Сетевое издание «Дагестанская правда»

04:00 | 28 ноября, Сб

Махачкала

Weather Icon

Дело в папахе

Народные промыслы
A- A+

Хорошая папаха – лишь та, что сшита вручную. И как гласит народная мудрость: «Была бы голова, а папаха найдется».

С каждой новой победой Хабиба рос интерес к его головному убору. Дело, которое увядало, вдруг стало весьма востребованным. Все знают, что дело это семейное и передается только по мужской линии – от отца к сыну. Каждый скорняк в селе свою вещь узнает на глаз издалека. Сегодня мало какой дагестанский гость без папахи! А если и уедет, то обязательно вернется. Обязательно за белой. У нас к этому времени, может быть, уже построят тот самый комплекс в виде папахи, о котором так много говорилось и было громко заявлено в прошлом году.

Один скорняк мне говорил: «Папаха – особый предмет гордости для каждого горца, и в гардеробе их должно быть несколько на разные случаи». Тем временем, пока одни шьют папахи, а другие покупают, ученые изучают и рассказывают.

– Кто из мужчин хотя бы раз не носил, не примерял традиционные папахи-шапки цудахарцев. Сегодня их шьют на «любую погоду», сезон, на любой вкус. Шьют из овчины, меха, кожи, каракуля. Жаль, никто не коллекционирует их разновидности, фасоны. Я не знаю такого любителя, да и в больших музеях не встречал. Получилась бы, конечно, уникальная коллекция, которая бы рассказывала о таланте цудахарских мастеров, исторической судьбе этого промысла, эволюции такого интересного элемента одежды, как шапка. Ведь было же время, когда на кладбище общественное мнение запрещало заходить с головным убором в виде кепки, получившей устойчивое название «русская шапка». Затем, когда такая шапка широко распространилась среди молодежи, те, кто шел на кладбище, поворачивал козырек на затылок, – рассказывает доктор исторических наук Амирбек Магомедов.

В сегодняшних реалиях шапка стала аксессуаром, элементом новых культурных веяний. Все помнят, в 1990-е годы новая элита в желании показать свое этническое лицо, выделиться от старой, советской бюрократии сделала акцент на этом виде головного убора. Точно так же «бухарская» шапка из каракуля в начале ХХ века стала знаком состоятельности и достатка. В этом смысле она нашла отражение и в фольклоре, поэтическом творчестве народов Дагестана.

– Словом, можно сказать, что без шапки и ни туда, и ни сюда. История цудахарского шапочного дела, как сказали бы ученые, еще не написана. Многое здесь не ясно, окутано исторической пеленой. Можно привести лишь некоторые сведения. А. Тихомиров, преподаватель Северо-Кавказского рабочего факультета, летом 1929 г., проводя обследование кустарной промышленности Даргинского округа, записал, что исторически шапочный промысел в народе связывают с неким Муртазали Гаджиевым из с. Хвали-Бухна, который примерно в 30-е годы XIX века продал на цудахарском базаре первую шапку за 50 копеек. Надо сказать, это был период формирования унцукульского художественного промысла, многих оружейных, ткацких промыслов Дагестана, – говорит ученый.

В дальнейшем, особенно в начале ХХ в., шапочный промысел цудахарцев развивается благодаря новой моде на «бухарские» каракулевые шапки. Поездки в Среднюю Азию за материалом, выезды для работы в города Северного Кавказа стали обычными для многих народных мастеров этого селения. Поэтому не случайно тот же А.Тихомиров обратил внимание, что в 1920-е годы цудахарцев-шапочников можно было видеть во всех городах Северного Кавказа. Даргинские и лакские шапочники и портные, писал он, обшивают и обувают все горское население Дагестана, других национальных республик. Многие из них уезжают на заработки в сентябре – октябре, возвращаются в июле.

В первые годы советской власти в этом деле появилось и много нового. По сравнению с дореволюционным периодом упал спрос на дорогие шапки, сказывалось общее обнищание населения, упали и заработки мастеров. В эти же годы в Нижнем Дженгутае и Буйнакске были организованы и первые артели шапочников. На Кавказе начинает расти популярность шапок-ушанок – формы, перенятой у русских. Но здесь популярными стали ушанки из каракуля. Их шьют на взрослых и детей, мужчин и женщин. Хотя их шьют и местные мастера, но каракулевые ушанки стали брендовыми изделиями.

– В последующие десятилетия, особенно в 60-80-е годы, спрос вырос, – продолжает рассказ собеседник. – Цудахарцы легко приспособились к рынку, к новым модным веяниям. Сложившаяся система комбинатов бытового обслуживания населения позволяла работать «под крышей» госпредприятия. Освоение нового ассортимента модных меховых ушанок народными мастерами надолго расширило рынок цудахарских шапочных изделий. Их можно было продавать по всей России. В условиях новых рыночных отношений 90-х годов и начала ХХ в. шапочное дело дагестанских мастеров стало одним из элементов возрождения традиционного предпринимательства, активного приспособления к тенденциям мировой шапочной моды, известным во всей России знаком дагестанского мастерства. Очевидно, чтобы скроить и сшить ту же ушанку из ценного меха, требуется мастерство исполнителя. Сегодня несколько поутих интерес к каракулевым шапкам, но можно еще найти их ценителей.

У дагестанцев с папахой связаны обычаи. Когда-то она служила разведчикам в делах сердечных, была средством объяснения с любимой. Парень закидывал шапку в окно или на балкон девушки и ждал. Если папаха оставалась в доме, можно слать сватов, вылетела… Ну, вы поняли. И шел он искать счастья в других окнах.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Народные промыслы»