09:00 | 16 ноября, Пт

Махачкала

31.05.2018
1 EUR 72.5211 Руб -0.0058
1 USD 62.5937 Руб -0.0483

Через Гимринский тоннель на Шпицберген

A- A+

«Интересная жизнь только в приключенческих книгах и кино», – привычно думаем мы, порой свысока глядя на жителей высокогорных сел, при том, что дальше Буйнакска сами никогда не бывали. И сильно ошибаемся — жители наших горных аулов порой умудряются побывать там, где никогда еще не бывал никто из наших самых продвинутых земляков. К примеру, уроженец селения Тунзи Гергебильского района Рамазан Исмаилович Зайнудинов.

Родился он в 1959 году в высокогорном селении и уже с малых лет начал вести жизнь путешественника. Правда, его путешествия были поначалу не столь романтичны, как, наверное, хотелось мальчику, проучившемуся школьные годы в интернатах республики. Видимо, со школьной скамьи привыкнув к невольным скитаниям, наш герой и всю оставшуюся жизнь относился к даже очень дальним и долгим путешествиям легко и спокойно.

Окончив в 1982 году филиал Куйбышевского энергостроительного техникума, который в те годы функционировал в поселке гидростроителей Дубки, Рамазан Исмаилович всю жизнь посвятил гигантским стройкам, раскинувшимся по бескрайним просторам Советского Союза. Запущенная еще в 30-е годы прошлого века индустриализация продолжает обеспечивать строителей работой до сих пор, а возводимые ими объекты можно обнаружить и в предгорьях Памира, и на берегу Северного Ледовитого океана, где довелось побывать и нашему герою.

После прохождения службы в армии свой трудовой путь Рамазан Исмаилович начал простым водителем самосвалов, которые и сегодня снуют по дорогам, ведущим к продолжающим строиться гидроэлектространциям, ежедневно перемещая сотни тонн грунта и скальных пород.

За рулем грузовика он успел поработать и на строительстве Чиркейской ГЭС, являющейся и ныне самой мощной гидроэлектростанцией на Северном Кавказе, где гидростроители возвели крупнейшую в стране арочную плотину. Расположенная в узком ущелье глубиной более 200 метров, Чиркейская ГЭС поражает туристов крутизной своих склонов. Сложно сегодня представить, что испытывали строители, перед которыми стояла колоссальная задача — обуздать эту невероятную природную мощь.

Успел поработать Рамазан Исмаилович и на строительстве Гимринского тоннеля. Проходка, обслуживание механизмов, бетонирование и последующее обслуживание тоннеля знакомы ему не понаслышке, однако рассказывает об этом периоде работы он без энтузиазма. Для опытного строителя это обыденность, изнурительные будни. А вот когда он начинает рассказывать о своих командировках, глаза его зажигаются.

— 28 лет я проработал на строительстве гидротехнических сооружений. После Чиркейской работал на строительстве Миатлинской ГЭС, участвовал в пуске ее первого и четвертого агрегатов. Затем был мастером на строительстве Ирганайской ГЭС, позже – там же начальником участка. Работа была тяжелая, но знакомая и привычная. Получил звание ветерана труда. А в 2005 году попал в командировку в Таджикистан на строительство Сангтудинской ГЭС. С тех пор пришлось много поездить, — говорит Рамазан Исмаилович, погружаясь в воспоминания.

Расположенная в 110 км к югу от Душанбе Сангтудинская ГЭС-1 построена на средства Российской Федерации, став крупнейшим российским инвестиционным проектом на территории СНГ. Её строительство велось в 2005-2009 гг., когда там оказался Рамазан Исмаилович. Участниками проекта стали десятки российских и таджикских предприятий и компаний. На площадке ГЭС трудились тысячи строителей и специалистов, в том числе из России. Основанное в 1963 году ОАО «Чиркей­гэсстрой», построившее в нашей большой стране – СССР – около 130 гидротехнических объектов и теплоэлектростанций, обеспечило строительство водоприёмников этой ГЭС, а также участвовало в сооружении плотины и здания электростанции.

— На этой стройке я познакомился с представителями компании «Геоизол» из Санкт-Петербурга, в которой проработал в последующем около пяти лет, – добавляет Рамазан Исмаилович, рассказывая об опыте гидроизоляционных работ. – Работа была знакомая, но со своей спецификой. Закачивали гидроизолирующие смолы. Закончив работу в Таджикистане, попал в командировку вновь на Ирганайскую ГЭС уже от этой компании. Позже уехал на ремонтные работы на Вилюйскую ГЭС. Тоже непростая работа была. Приходилось бурить на глубине 10 метров под водой. Водолазы устанавливали под водой станок. Необходимо было всё точно рассчитать, пробурить, забетонировать, снимать керн, закачивать смесь.

Каскад Вилюйских ГЭС – главный энергообъект Якутии, обеспечивающий электроэнергией всю алмазодобывающую промышленность страны и население Западной Якутии. С 1968 года, когда был введен в эксплуатацию четвёртый, последний агрегат первой очереди станции, прошло сорок лет. Вилюйская ГЭС строилась в чрезвычайно тяжёлых условиях вечной мерзлоты. Многие конструктивные решения отрабатывались впервые, поэтому износ был повышенный.

— Позже пришлось заниматься берегозащитой на Зейской ГЭС. Бурили на глубине тридцать метров. Тоже водолазы устанавливали станок под водой, бурили, тысячами кубометров закачивали бетон, – продолжает рассказ Рамазан Исмаилович, и мое воображение уже рисует в уме красоты Приамурья. Летом 2007 года в результате проливных дождей и накопления больших объемов воды в резервуаре Зейской ГЭС был произведен вынужденный сброс воды. Наводнение того года было самым сильным за историю наблюдения на реке Зее. Водохранилище ГЭС сыграло свою защитную роль, предотвратив масштабное затопление населённых пунктов на Зее и Амуре, однако позднее строителям пришлось защищать от разрушения саму ГЭС.

— С востока страны потом попал на север, в Карелию. Довелось заниматься ремонтом шлюзов Беломорканала. Того самого, который заключенные долбили вручную кирками. Необычное и печальное место, но канал нужный и до сих пор большую пользу приносит людям. Демонтировали старые створки шлюзов, устанавливали новые. Еще лет пятьдесят, думаю, послужат. Уже оттуда занесло еще севернее, в края, которые всегда вспоминаю, – архипелаг Шпицберген. Никогда не думал, что в таких краях окажусь, а тем более что так полюблю. Суровое лицо моего собеседника теплеет.

— Мы там свайными работами занимались. Командировки по четыре месяца, пока лето и светло. Все остальное время года там полярная ночь, зима, и вести работы невозможно. Самые теплые воспоминания остались об архипелаге, хотя там холоднее всего было. Летом температура воздуха выше 11 градусов не поднимается, вода в Баренцевом море – 4 градуса. Но, несмотря на это, мы в море купались. Как сейчас говорят, экстрим. Сама жизнь в таких краях экстремальна. Озоновый слой тонкий, кислорода недостаточно. Легко можно встретить белого медведя, а уж северных оленей сколько – не налюбуешься. На рыбалку ходили, ловили треску, выходили на кораблях в море. Тот период жизни всегда вспоминаю с ностальгией. Хочется вновь окунуться в ту суровую романтику Севера. Работали мы в поселке Баренцбург. Крошечный поселок, где живут 400 человек. Все семьи шахтеров. Большинство приехали на заработки с Украины. Живет поселок добычей угля – и ты удивишься — туризмом. Регулярно круизные корабли заходят в бухту, туристы на берег высаживаются, прогуливаются, сувениры покупают. В эти моменты поселок оживает. Мы с напарником первыми там с Северного Кавказа были. Других кавказских фамилий в журнале регистрации прибывших мы не нашли.

Баренцбург – второй по величине населённый пункт на архипелаге Шпицберген. Своё название получил в честь голландского мореплавателя Виллема Баренца, посетившего Шпицберген в 1596-1597 гг. Именно Баренцу архипелаг обязан своим названием – Шпицберген, что значит Остроконечные горы. Располагаясь на территории Норвегии, Баренцбург имеет также и Генеральное консульство Российской Федерации.

До экспедиции Виллема Баренца на архипелаг ходили на промыслы моржа, тюленя, оленя и пушного зверя русские поморы. Об их походах сюда свидетельствуют многочисленные археологические находки: деревянные кресты, предметы быта, остатки судов. В XXI веке на Шпицберген попали и дагестанцы. Хотя архипелаг и находится под норвежским суверенитетом, уникальный договор о его статусе (Шпицбергенский трактат от 1920 года) предоставляет гражданам всех подписавших его стран равные права по экономической эксплуатации природных ресурсов. В настоящее время Россия – единственная страна, кроме Норвегии, поддерживающая своё экономическое присутствие на Шпицбергене.

— После Шпицбергена вновь вбивали сваи в вечную мерзлоту. В этот раз уже в Новом Уренгое — строили газораспределительные станции для нового газопровода. Оттуда попал на юг, полгода занимался противофильтрационными и берегоукрепительными работами на Рогунской ГЭС в предгорьях Памира, строительство которой вновь возобновилось. В Таджикистане познакомился со специалистами китайской компании, которая с 1953 года занимается сбором и переработкой активного ила со дна водоемов, в том числе водохранилищ. Договорился с ними о начале проекта по очистке Гергебильского и Кизилюртовского водохранилищ.

Приехав в Дагестан, обратился к министру транспорта, энергетики и связи Дагестана Сайгидпаше Умаханову, который помог с оформлением документов. Сегодня ждем получения рабочих виз для китайских специалистов. Внедрение их технологий позволит решить проблему заиливания наших водохранилищ и наладить выпуск из добываемого ила высококачественных удобрений. Этот проект принесет большую пользу республике, и хочется надеяться, что будет поддержан руководством Дагестана, ведь сегодня многие водохранилища сильно заилены, что приводит к снижению выработки электроэнергии, – поясняет Рамазан Исмаилович.

В 59 лет он активно продолжает работать, засиживаться ему некогда. Гидроэнергетике посвятил свою жизнь и его сын Зайнудин, который сегодня занимается ремонтом силовых агрегатов Зарамагских ГЭС в Северной Осетии-Алании.

Опыт, накопленный этой династией гидроэнергетиков, продолжает приносить пользу Дагестану. Остается надеяться, что их рекомендации будут услышаны.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Общество»