Сетевое издание «Дагестанская правда»

03:00 | 25 ноября, Ср

Махачкала

Weather Icon

Глазами очевидца…

A- A+

События августа-сентября 1999 года перевернули сознание многих дагестанцев. Несмотря на все трудности и невзгоды, люди смогли дать достойный отпор бандформированиям и показать свое единство и нерушимость Дагестана.

«Мила, Мила, просыпайся – война…». Этими словами меня будила старшая сестра утром 5 сентября 1999 года, рассказывает очевидица тех событий М.Мирзаева. — Открыв глаза и увидев на часах 6:15, громко возмутилась, что еще рано. Сестра твердила что-то о войне, а я посмотрела на заготовленные с вечера наряды, улыбнулась и повернулась на другой бок. «Брат двоюродный сегодня женится! Надо выспаться перед свадьбой», — думала я. Вот только сестра все не умолкала. Минут через пять она снова меня растолкала, повторяя со встревоженным видом: «Война, война!». Я думала, это розыгрыш, встала и начала громко хохотать, спрашивая у сестры, почему она решила назвать свадьбу брата войной.

Беззаботный смех Миланы Мирзаевой уже через несколько минут перерос в истерический. Увидев нервно суетящуюся маму, она начала осознавать, что крики сестры — это не шутка. За окном были слышны отзвуки выстрелов.

— Мы знали из новостных сообщений, что весь последний месяц в некоторых дагестанских районах велись боевые действия, но даже не представляли, что такая участь постигнет и нас, — делится воспоминаниями Милана.

В тот год Мила только перешла в шестой класс, новенький школьный портфель еще не успел в полной мере ощутить груз учебников, зато ему пришлось выполнять совсем другую роль – в него наспех накидали самые необходимые для девочки вещи и собрали ее в «неизвестность».

— В нашем дворе жило несколько семей, в общей сложности только детишек было 14 человек, вместе со взрослыми это была уже достаточно большая команда. Полдня все мы прятались в подвале у дяди. Те, кто посмелее, выглядывали наружу и рассказывали о том, что по двору бегают вооруженные люди, стреляют, обороняются. Мне было страшно, но в глазах младших братишек и сестер я видела непередаваемый ужас. Нет, они даже не плакали, это было хуже.

Отец Миланы в тот период работал в милиции, и это больше всего беспокоило семью.

— Папу срочно вызвали по тревоге, я даже не видела, как он уходил. Я даже не понимала, что папа может не вернуться… Мама, собирая вещи, в первую очередь спрятала все признаки того, что в доме жил представитель правоохранительных органов, не то бы нас расстреляли в одночасье.

Вспоминая события, происходившие в 1999 году, свидетельница нападения бандформирований на Новолакский район Милана Мирзаева не прячет слез и волнения. Кажется, картины тех дней и сейчас живо стоят перед ее глазами.

— Кроме выстрелов и криков, мы слышали встревоженный гогот и мычание из соседнего сарая: животные, перепуганные непонятным для них шумом, подняли настоящий гвалт. Дядя не смог бросить любимых питомцев на произвол судьбы. Рискуя жизнью, перед тем как покинуть дом, он подошел к одному из боевиков и просто по-человечески попросил присмотреть за живностью. Сказать честно, никакой надежды на то, что эти варвары, безжалостно убивающие людей, не тронут скот, не было, но, к нашему удивлению, вернувшись домой после окончания боестолкновения, мы обнаружили почти всех питомцев на месте. Они были накормлены и напоены. Только двух кур дядя недосчитался, их, видимо, боевики «удержали» за присмотр.

Это, пожалуй, единственный проблеск человечности в поведении боевиков, напавших на село. В большинстве своем они убивали людей, грабили дома, вели себя как хозяева жизни, не зная ни страха, ни жалости.

— Собравшись все вместе, мы вышли из подвала и начали двигаться в сторону Хасавюрта. Шли пешком… Долго… Слезы… В голове не было ни одной мысли, лишь безысходность, провал. Казалось, это конец, мы не надеялись остаться в живых, не надеялись ни на что, просто шли, убегая от выстрелов и взрывов. Некоторых подбирали проезжающие мимо машины. Примерно в районе села Новокули нас тоже подобрал автобус. Братья поехали в Махачкалу, мы с мамой и несколькими родственницами добрались до бабушки.

Первые дни в своем убежище беженцы провели как во сне, пытаясь осознать произошедшее и обдумать дальнейшие действия.

— Я не видела папу уже несколько дней, тогда не было мобильных телефонов, Интернета, мы не знали, где он, что произошло. Мама на глазах теряла силы и надежду. Неизвестность была страшнее всего. Только спустя 15-20 дней на пороге появился папа. Выглядел он неважно, первые его слова были о том, что войны больше нет, все закончилось. Он старался скрыть слезы, выступавшие на глазах, ведь он для нас всегда был самым сильным и мужественным, — слезы с новой силой покатились из глаз Миланы.

Спустя какое-то время семья вернулась в родные пенаты. От дома, на строительство которого ушло столько сил и времени, остались лишь развалины.

— Пол был усеян шприцами, видимо, смелость и решительность боевики черпали в наркотиках, — рассказывает очевидица тех событий. — Как же больно было видеть родной дом в таком состоянии… Его так долго строили, а разрушили за считанные минуты.

Семье Мирзаевых повезло, никто из них не пострадал в период вооруженного нападения, да и на восстановление жилья они получили средства от государства. Однако ужас и страх, перенесенные в те дни, отложили свой отпечаток на сознание всех, кто однажды утром проснулся «в войне».

— Мы научились ценить жизнь и не гнаться за мелочами, в то же время поняли, насколько хрупка человеческая жизнь. В тот момент мы все поддерживали друг друга, если бы мы не были вместе, последствия были бы намного страшнее. Самое главное — бережно относиться к близким, понимать, что разрушить спокойствие и мир можно в считанные минуты, отстраивать это все заново придется годами.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Общество»