05:00 | 20 июля, Сб

Махачкала

Weather Icon

Линия жизни, у которой нет конца

Личность
A- A+

Про него говорят живая легенда. А он отмахивается: да какая там легенда, живу в родном городе много лет, отсюда родом мои предки. Здесь прошла вся жизнь…

У дербентского ветерана Нажмутдина Султанова даже генеалогическое древо жизни есть. Его предки, состоятельные люди, на протяжении веков торговали в Астрахани, Казани, прокладывая торговые пути по всей России.

– Не боялись рисковать, добиваясь достатка тяжёлым трудом, теряя и приобретая, но никогда этих честолюбивых людей не покидало присутствие духа.– Я, видимо, в своих предков пошёл, – отшучивается Нажмутдин Гаджиевич,– упорство и жажда жизни помогали мне выживать в самых непростых условиях, справляться со всеми передрягами, коих судьба преподносила немало.

Дербент для Нажмутдина Султанова – больше чем родина, скорее внутреннее состояние свободы, что дает привычная среда обитания, ближний круг, даже улицы, по которым ходишь, а еще люди со своей особой ментальностью – дербентской.

С возрастом он все чаще вспоминает детство, улочки магалов, на одном из которых, почти примыкающем к крепости, обосновалась семья Султановых. Жили как все, но никогда не бедствовали. Отец рассказывал, что за него, выходца из богатого семейства, без слов отдали семнадцатилетнюю Наджабат, помня о богатстве, знатности рода Султановых. У Наджабат не было образования, и она во всем полагалась на своего мужа, работавшего и в дербентском финотделе, и колхозным бригадиром, и начальником участка городской сольдобычи. А когда началась война и к Грозному подошел немец, он ушел на фронт добровольцем, хотя и было ему за пятьдесят.

– Кто тогда думал о себе, – вспоминает Нажмутдин Гаджиевич, – слава богу, вернулся отец с войны домой и сразу за работу: семью, троих детей надо было кормить. А ушел из жизни в 63 года, тогда ведь мало кто жил дольше. Братья ушли служить в армию, и мы остались вдвоем с матерью, растерянные, все никак не могли сообразить, что же нам делать. Помню, в дом пришел брат отца, сразу поставив ребром вопрос: кто-то должен идти работать. И я шестнадцатилетний подросток, решился на мужской поступок – я и только я должен содержать семью. Горводконтрест стал для меня школой жизни. Тогда же я, ученик русскоязычной мужской школы №1 имени Сталина, впервые загорелся футболом, оказавшимся для меня не просто увлечением, а профессиональным делом, да таким, что со временем этот вид спорта стал визитной карточкой древнего города.

Тогда, в далекие пятидесятые годы, вспоминает ветеран, в Дербенте располагалась и женская русская школа, в остальных же преподавали на азербайджанском языке. В старейшей школе учились дети самых разных национальностей: армяне, евреи, русские.

– Дербент был интернациональным городом, где никто не интересовался, какой ты национальности, люди жили одной семьей, – говорит Нажмутдин Гаджиевич, проводя параллель между прошлым и настоящим и констатируя, что, несмотря на разность условий жизни, здесь сохраняется дух древнего города, веками скрепляющего судьбу народа, многое пережившего, впитавшего в себя древние культуры Великого шелкового пути.

Он так говорит:

– Выйди на улицу и сразу ощутишь поразительное чувство единой семьи, хотя, что скрывать, богатство, роскошь вроде и разделяют людей, а вот не чувствуется той социальной разницы, какую можно встретить в крупных ­центрах.

Коренной дербентец, Нажмутдин Гаджиевич рассказывает о городе с любовью, как о близком человеке. И у него, несмотря на более чем почтенный возраст – девятый десяток пошел – отношение к городу трогательное, он не мыслит себя вне своих горожан, соседей, близких.

– Дом, как видите, у меня скромный, – говорит он. Дом действительно более чем скромный, постройка пятидесятых годов явно нуждается в капитальном ремонте. Здесь он живет со своим внуком, правнуками. – Сколько раз предлагали новую квартиру, да я всегда думал: есть более нуждающиеся, – замечает он.

Я спрашиваю про супругу Елену Ильиничну.

– У дочки, не успели предупредить, чтобы пришла, – улыбается Нажмутдин Гаджиевич, – мы с ней уже более шестидесяти лет. Так и прожили всю жизнь душа в душу и никогда ни о чем не пожалели, ни она, ни я, теперь она тоже коренная жительница нашего города, хотя и русская, а говорит с азербайджанским акцентом, и для нее Дербент, без преувеличения, – настоящая родина. А это так важно.

– Что же это я вам про футбол не рассказываю, – спохватывается ветеран. – Еще в школе мой учитель физкультуры Анатолий Юрышев определил меня в футбольную школьную команду, а потом и в юношескую сборную города. Тогда ведь футбол был массовым видом спорта, и не только футбол, художественная гимнастика, бокс, борьба, да много чего еще. И страстные дворовые матчи вылились не просто в увлечение, а в серьезную игру на поле. В 16 лет впервые попал в сборную команду города. При мне дербентская команда «Спартак» не раз становилась призером чемпионата России среди любительских команд общества «Урожай», проходившего в Ростове. А уже в 1955 году дербентская команда оказалась обладателем Кубка Дагестана среди юниоров и представляла Дагестан на Кубке РФ.

Позже работавший машинистом насосной станции Нажмутдин в составе сборной Дагестана по футболу защищал честь республики на спартакиаде народов РФ. Тридцать лет Н. Султанов отдал футболу, двадцать лет – дербентской команде, тренером которой был. Тогда периферийная команда гремела, не раз становилась призером среди команд общества «Урожай». В 1982 году дербентский «Спартак» добился таких результатов, что дагестанский тренер стал главным тренером сборной коман­ды России общества «Урожай», заняв первое командное место.

– Это был настоящий, не договорный, как теперь иной раз бывает, футбол, азартный, мужской,– задумчиво говорит он. – Тогда было важно защищать честь города, республики. К нам, знаете, какие люди приезжали: известный на весь мир тренер сборной СССР Константин Бесков, на дербентском стадионе в воротах стоял сам Лев Яшин. Это был настоящий советский футбол. Я ведь и в армии играл в футбол, защищал честь Северо-Каказского округа.

Был и такой период в жизни нашего героя – бакинский. Семья решила переехать поближе к родне. Но, недолго проработав на заводе имени Дзержинского, выпускавшего нефтяные насосы, он вернулся в Дербент. Нажмутдин Гаджиевич признается: его очень тянуло домой, а однажды приехали дербентские друзья и сказали, давай возвращайся.

Период тренерства профессиональной команды мастеров класса «Б» оказался самым счастливым для него. Тогда дербентская команда на первенстве Союза среди команд мастеров класса «Б» не раз выигрывала с убедительным счетом.

Но в 70-х третью лигу футбольного первенства, участвующую в первенствах СССР по классу «Б», упразднили, и подопечные Султанова перешли в махачкалинское «Динамо».

Новый этап в жизни Нажмутдин Гаджиевич воспринял философски. И когда его пригласили работать на Дербентский консервный комбинат, отказываться не стал. Начинал мастером. И сразу оказался на виду.

– Я ведь не мог работать вполсилы, ярым общественником был, еще и техникум успел окончить сельскохозяйственный и, можно сказать, оказался в центре заводской жизни, – рассказывает он. – Тогда продукция комбината пользовалась спросом, не успевали отгружать, обеспечивая всю страну. Компоты, соленья, варенья, мясные консервы – все уходило вмиг. Мощности позволяли производить 32 миллиона условных банок консервов. Сейчас такое трудно себе представить.

Начальник цеха, председатель профкома ДКК, заместитель гендиректора, директор сокового завода, председатель совета директоров ОАО «Дербентский консервный комбинат». Нажмутдин Гаджиевич вспоминает: более двух тысяч человек работало на предприятии-гиганте. Коллектив был всем на зависть. Но в начале 90-х многие предприятия позакрывались, обанкротились. Комбинат сохранился, но о прежних мощностях речи уже не было.

Нажмутдин Гаджиевич вынимает из серванта кипу почетных грамот, среди которых есть и штучные: за наивысшие результаты во Всесоюзном соцсоревновании, в честь 70-летия Октябрьской революции, за достижения в развитии физической культуры и спорта, за многолетнюю плодотворную работу.

Он и сегодня не просто пенсионер, ветеран, а человек, которому небезразлично, какими проблемами живет древний город и что должно стать его мощной преобразующей силой. По сердцу ему то, что руководство города в руках надежной команды, современного управленца Хизри Абакарова, для которого город не только строительная площадка, а история, которой дышит современный Дербент, той стариной, древностью, что, сохраняя прошлое, привносит новое, не нарушающее, а сохраняющее необычность, уклад жизни, характер горожан.

Ветеран надеется, что в ближайшие годы Дербент превратится в туристическую жемчужину на Северном Кавказе, и говорит, что мечта о канатной дороге от крепости до моря, еще с 60-х годов прописанная в планах городских глав, сбудется. Верит в то, что будут наконец построены очистные сооружения, исчезнут проблемы с питьевой водой.

У Нажмутдина Гаджиевича восемь внуков и одиннадцать правнуков. Дочери Эльмира и Тамила живут в Дербенте. Сын Гаджи работает строителем в Ростове. Каждый член семьи – состоявшийся, достойный человек. Род Султановых можно назвать традиционным, уважаемым. Его начало идет из глубины веков. А преемственность, сами понимаете, – та самая линия жизни, у которой нет конца. Значит, Дербент наполняется новым содержанием, новой жизнью. Да будет так.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Личность»