22:28 | 17 ноября, Пт

Махачкала

17.11.2017
1EUR70.7040Руб-0.4681
1USD59.9898Руб-0.2592

Не проклинай, а пожелай мне благ

A- A+

Ученые Института истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН собирают благопожелания и проклятия, принятые у аварцев. О том, с чем им пришлось столкнуться в ходе экспедиции и какой материал удалось собрать, ученые рассказали в беседе с нашим корреспондентом.

– Казалось, собрано, систематизировано все касательно фольклора. И вдруг такая необычная, такая интригующая тема? Понятно, что она важна, но как вспомнилась, что натолкнуло на нее?
Хайбулла Магомедсалихов, старший научный сотрудник: 
 
– Действительно, благопожелания и проклятия еще никем не собирались и глубоко не изучались. И напрасно: уже сейчас мы рискуем потерять целый пласт духовной культуры дагестанцев. Правда, некоторые наши коллеги отнеслись к затее скептически, посчитав, что это «бабушкины забавы». Мы же, это научный сотрудник Джамалудин Маламагомедов, младшие научные сотрудники Заира Ибрагимова и Зайнаб Магомедова и я, решили взяться за это всерьез. Подали заявку, выиграли грант Российского гуманитарного научного фонда и начали работу. Почти месяц провели в Цумадинском, Ахвахском, Ботлихском, Гумбетовском, Гунибском и Гергебильском районах. 
 
Заира и Зайнаб подготовили вопросники и раздали их жителям горных аулов – так собирали материал. И, представьте, все охотно помогали. Ведь и благопожелания, и проклятия никто, так сказать, не отменял, их использовали всегда, к ним прибегают и сегодня. Это поистине философские изречения, несущие в себе глубокий смысл. И в этом их ценность. Благопожелания создают положительный эмоциональный фон в общениях между людьми, их произносят по каждому случаю жизни, и в каждом случае они разные. По случаю рождения мальчика одни, а девочки – другие, ночью, когда прощаются, когда провожают в путь и т. д. Вот, например: «Да проживешь ты столько лет, пока сам не наступишь на свою бороду» – так горцы с давних времен желали друг другу блага.
 
Не менее красноречиво и одновременно гротескно звучат и проклятия. К примеру: «Кто даст остыть дружбе, у того пусть конь издохнет и человек помрет». Но люди с неохотой говорили о проклятиях, хотя в каждом селении они, конечно, употребляются, пусть и нечасто. Закон жизни: там, где есть добро, должно быть и зло. Но надо уточнить: проклятий в памяти людей меньше, чем благопожеланий. А некоторые звучат так пафосно, что приобретают шуточный характер. Вот послушайте: «Сколько на небе звезд, столько коз тебе желаю, и сколько на каждой козе волос, столько тебе проклятий». И в ответ на такое пожелание многие улыбаются. Оно теряет смысл, оттого что нереальное.
 
– Удивительно, но звучит так поэтично. Мы так длинно не говорим сегодня. Если кто-то кем-то недоволен, просто и коротко посылает, без всяких пожеланий. Хорошо, что вы соберете и сохраните это чудо устного народного творчества.
Джамалудин Маламагомедов: 
 
– Все собранное мы, конечно, соединим в одно целое, систематизируем, а потом, может, и издадим. 
 
К сожалению, выражать благо по традиции наших предков могут лишь единицы, в том числе и в селах. Большинство практически разучились говорить нужные слова в нужное время. Неумело выражают и соболезнования, и радость: без эмоций, сухо. На свадьбе, например, говорят просто «поздравляю», когда у аварцев есть такое красивое благопожелание: «Чтобы немногословной, а судьбой продолжительной оказался брак». На родном языке это звучит еще лучше, богаче. Но у нас у всех проблема с родными языками. Большинство их русифицируется. Когда слышишь современную аварскую речь, даже смешно становится – половина слов не на родном языке. Такая же картина и у других дагестанских народов. Изучение благопожеланий и проклятий – это своего рода изучение родного языка. 
– Понятно, что невозможно рассматривать благопожелания и проклятия только как речевые памятники, они неотрывно связаны с бытом и современных горцев, да? 
Хайбулла Магомедсалихов: 
 
– Да, нас интересовало и современное состояние горских районов, насколько там сохранились традиции гостеприимства, культура, горский менталитет. 
 
Можно с уверенностью сказать, что во многих селах условия жизни и быта сегодня мало чем отличаются от городских, есть все: газ, вода, электричество, отлаженные коммуникации, телевидение, Интернет. Уже мало кто из сельчан занимается земледелием и скотоводством как производством, разве что для собственных нужд. Продукты и прочее сельские жители покупают, как и горожане, в магазинах. Торговлей своих овощей и фруктов заниматься невыгодно – соотношение вложенных усилий и выгода сильно не в пользу последней.
 
Чем занимаются? В селении Кванхидатль Ботлихского района, к примеру, варят соль. Так было испокон веков. Они говорят, что их соль качественно отличается от той, что продается в магазинах. Кроме этого кванхидатлинцы откармливают бычков, потом их выгодно продают. Все же в некоторых селах еще по старинке возделывают землю. В селении Верхнее Гаквари Цумадинского района нам показали участок, вспаханный с помощью волов. Как правило, это земли на склоне горы – трактором их вспахать невозможно. Село Агвали окружает лес. Жители аула делают необычное варенье: из кедровых шишек и цветочной пыльцы. В строго определенное очень короткое время, когда пыльца сносится ветром, они собирают ее и готовят очень вкусное лакомство. В Казбековском районе женщины ткут интересные ковры-портреты, коврики, на которых изображена карта Дагестана. 
 
Припоминаю, в Анчихе есть женщина-тамада. Что характерно, в этом селе женщины активнее мужчин. Вообще-то мужчины обычно на заработках. Кроме того, у них есть женская мечеть, что тоже необычно. Так вот, женщина-тамада
вспомнила немало благопожеланий, рассказала много интересных преданий.
 
 – Вот вы говорите, что молодежь в селениях не задерживается. Не значит ли это, что села постепенно исчезнут?
Джамалудин Маламагомедов: 
 
– Это касается в основном горных аулов. Во многих положение катастрофическое. К примеру, Анчих Ахвахского района. Там живут чуть более 100 человек. Школа – малокомплектная, в каждом классе по 4-5 учеников. Многие семьи переехали в Волгоградскую область, в Махачкалу. Такая же беда в селе Кванхидатль. В некогда большом селе осталось приблизительно 100 человек. Нет даже 8-летней школы.
 
Зато хорошо сохранились Верхнее и Нижнее Инхело Ботлихского района. К числу больших сел можно отнести также Игали Гумбетовского района и Тлох Ботлихского. Они сохранили свои традиции, и население не уменьшается. Более того, именно в городах сельчане чувствуют дискомфорт, потому что это другая культура, другая атмосфера. Молодежь если и уезжает на учебу, то непременно возвращается и обу­страивается у себя в районе.
 
– Вы согласны с мнением, что сельский человек более энергичный, выносливый, крепкий?
Хайбулла Магомедсалихов: 
 
– Это действительно так. Ведь он растет на чистом воздухе, кушает натуральные продукты, пьет целебную родниковую воду, настоящее молоко… А главное – он всегда в гармонии со всем окружающим, тогда как мы, горожане, в постоянном стрессе. Поэтому люди там доброжелательные, приветливые. Никогда не пройдут мимо незнакомого человека – обязательно поздороваются, выразят благопожелание. Всегда рады гостю. Если мужчина проходит мимо, женщины обязательно встают. Таков адат дагестанцев. «Подбодри семью, радуй друга, будь ласков с родителями, уживчив с соседями и приветлив к гостю» – гласит закон горцев. Посмотрите, как все просто, мудро. Такие житейские правила никогда не бывают сложными в исполнении. Сложности начинаются тогда, когда мы отходим от них.
 
 

Статьи из рубрики «Общество»