17:31 | 17 декабря, Вс

Махачкала

17.12.2017
1EUR69.4298Руб0.0000
1USD58.8987Руб0.0000

Отец, мой папа, дир дада

A- A+

Однажды мне довелось услышать, как мой сын говорил о своем отце на дне рождения. Со мной такое случилось впервые. Он не знал, что я его слышу, а у меня ком подступил к горлу от волнения. Не знаю, случалось ли такое с Сайгидпашой, но теперь он, во всяком случае, сможет прочесть, что его дети думают о нем, семье, роде Умахановых.


Собрать всех детей вместе оказалось делом непростым. Кто-то приболел, кто-то еще не приехал из Санкт-Петербурга, кто-то – из Дубаи. Зато когда они наконец собрались в родительском доме, картина предстала удивительная. Но это было позже, а сначала мы поговорили с Якубом, Магомедом и Хаджимурадом.

Якуб, который работает заместителем управляющего банком, говорил степенно, как и положено женатому мужчине, к тому же занимающему солидную должность. Хотя выразительная внешность его больше подходила для киноактера, который бы легко справился с ролью Камалил Башира – легендарного горского юноши, красота которого сводила женщин с ума. Но он нашел свое призвание на ином поприще, в чем-то продолжая путь отца, который в свое время тоже работал в банке. Но путь его был несколько иным – Санкт-Петербургское военное Суворовское училище, армия, юридический факультет Санкт-Петербургского университета.

Отца он считает, кроме прочих его заслуг, большим тренером, воспитавшим и олимпийских чемпионов, и чемпионов мира. Он и детям привил любовь к спорту. О характере отца Якуб говорит просто:

– Жесткий, и в то же время справедливый.

И тут же приводит пример семейного воспитания:

– Он всегда нас учил слушать старших. Например, в семье что-то случалось, кто-то кого-то обидел, ударил. Он тогда всех вызывал, младшему брату внушал, что нужно слушать старшего. А когда младший уходил, то старшему говорил еще жестче: «Если бы ты вел себя, как положено вести старшему брату, младший бы тебя слушал и никаких драк бы не было». Отцовское воспитание сказывалось, и строгости Суворовского училища не были для него проблемой.

– В Суворовском всё как в армии, по режиму, – говорит Якуб. – Подъем, зарядка, уборка кровати, развод, завтрак, подготовка, спортмассовые или культурные мероприятия, свободное время полчаса-час, ужин, вечерняя прогулка, проверка, отбой.

Учеба учебой, но в сыне проявлялась и отцовская приверженность к спорту.

– В Суворовском я три года был первым номером по дзюдо в своем весе. Там вольной борьбы просто не было, и я занимался дзюдо. Наша команда выезжала на соревнования и всегда выигрывала. У нас майор Сидоров был – начальник физподготовки и спорта, он нас иногда даже от занятий освобождал, чтобы тренироваться, особенно перед большими соревнованиями. У меня грамоты остались на память.

Однако творческие наклонности у Якуба все же проявляются. Он любит поэзию. Стихи ему всегда нравились, и многие он помнит наизусть. В этот раз с удовольствием прочитал отрывок из «Армии» Н. Грибачева.

Когда в 1999 г. над Хасавюртом нависла угроза вторжения боевиков, Якуб был еще маленьким, но тогда-то и сложились его первые яркие впечатления об отце:

– Двор и всё вокруг дома было заполнено вооруженными ополченцами, и отец ими руководил. Детей из дома не выпускали, но мы понимали, что происходит что-то значительное. Низко летали военные самолеты, вертолёты… Потом армия начала подходить. И помню, как все радовались, когда победили.

Я спросил Якуба, как к нему относились друзья, зная, что он сын такого человека?

– Отношения ведь не только из этого складываются, – ответил Якуб и продолжил: – У нас нормальные дружеские отношения со всеми, у нас нет такого расслоения в общении. Отец всегда говорил, что нет разницы, какой нации человек. Мы в детстве дружили в основном с двоюродными, а отец говорил: «Надо и с кумыками, и с чеченцами, и с даргинцами – со всеми надо дружить». Так и получилось.

Невестка – аварка Айшат, которую, по старой доброй традиции, решили сосватать Якубу родители, пришлась ему по душе.

Магомед, больше похожий на мать, приехал на каникулы. Он учится на факультете международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета и собирается стать дипломатом. Его внешность вальяжного аристократа вполне соответствует такому роду деятельности, тем не менее до университета он тоже окончил Суворовское училище и говорит, что учеба в этом военном заведении пошла ему только на пользу.

Способности, которыми одарен Магомед, проявились еще в детстве. В первом классе школы он даже не учился, сразу пошел во второй. Вместо шестого класса пошел в Суворовское военное училище, а в пятнадцать лет уже был студентом университета. В свои девятнадцать успел стать бакалавром и теперь заканчивает первый курс магистратуры. Английский и немецкий языки, которые пригодятся ему на дипломатической службе, Магомед знает почти в совершенстве.

Недавно он женился на дальней родственнице Раисат.

Как и другие братья, отца он глубоко уважает.

Главным из того, чему учил детей отец, Магомед считает необходимость соблюдать горские традиции, уважать старших, старательно учиться, получать знания. И, конечно, всегда заниматься спортом.

– Он не настаивал, чтобы мы занимались именно борьбой. Спрашивал, какой спорт нам нравится, чтобы сами выбрали, но мы выбрали борьбу.

– Магомед – парень гуманитарного направления, – добавляет Эльмир Якубов, директор библиотеки, которого в этой семье называют «учителем». – Математика, точные науки ему не очень нравились, но нужно было сдавать зачёты. Вернее, уже пересдавать. И я поехал в Петербург, чтобы помочь. Даже в троллейбусе по дороге в университет мы повторяли систему алгоритмов. Магомед решил одолеть то, что требовалось, и результаты не заставили себя ждать.

– Мы поехали в Петродворец на математический факультет, – вспоминает Магомед. – Туда собрались на пересдачу студенты физического и математического факультетов, и я им подсказывал, потому что все выучил.

15-летний Хаджимурад, во многом похожий на Магомеда, тоже учится в Санкт-Петербурге, в 56-й гимназии. И не просто учится. Созидательная, творческая энергия Умахановского рода проявилась в нем особенным образом. Он уже победил на нескольких всероссийских творческих олимпиадах. Написал исследовательские работы «Образы Петербурга и Дагестана – диалог культур в творчестве Лермонтова» и «200-летие присоединения Дагестана к России». Защиты работ и награждение победителей происходили в Царскосельском лицее и в Московском Кремле.

Его работу о Лермонтове признали столь интересной и новаторской, что опубликовали в трех федеральных журналах.

Исторической работой о присоединении Дагестана к России Хаджимурад в некотором смысле опередил время и заглянул в будущее, потому что тема эта сегодня очень популярна в Дагестане, и праздновать 200-летие знаменательного события будут на государственном уровне.

А что касается М. Лермонтова, то он воспел Дагестан как свою вторую родину. Бывал поэт и в Хасавюрте, недалеко от которого располагалось имение Е. Хостатовой – сестры его бабушки.

Хаджимурад изучил всё, что связывало Лермонтова с Дагестаном: маршруты поездок, места сражений, в которых поэт принимал участие, сосланный на Кавказ за стихотворение на смерть Пушкина.

«Как сладкую песню отчизны моей, люблю я Кавказ!» – восклицал поэт. Это и стало символом диалога культур России и Дагестана, которым Хаджимурад посвятил свою работу. А разве сам он, ученик Санкт-Петербургской гимназии, не есть наглядное воплощение диалога культур, начатого русскими писателями на Кавказе? И даже, в определенном смысле, его продолжателем: услышав, как его зовут, одноклассники начали читать «Хаджи-Мурата» Л.Толстого.

Работа с источниками, изучение разнообразных материалов, способность ярко и убедительно представить свой оригинальный взгляд на исследуемую тему наводят на определенные предположения насчет будущей профессии Хаджимурада. Но он и не скрывает своих планов:

– В будущем я бы хотел стать политиком, общественными делами заниматься. А для начала хочу поступить в МГИМО.

Я и сам немало писал о Лермонтове, и тема эта столь увлекла нас, что я едва не забыл об изначальной цели нашей беседы.

Отец. Что скажет о нем Хаджимурад?

– Я хотел бы стать похожим на своего отца.

Братья вспоминали, как боролись с отцом в спортзале и как он им поддавался. А когда я попросил их сказать что-то друг о друге, брат о брате, то слышал в ответ:

– Строгий, но добрый, щедрый, мягкий, справедливый…

Главным словом, которое произносили все, было «добрый».

Настал день, когда все дети Умаханова собрались вместе. И мне удалось поговорить с тремя другими сыновьями и дочерью.

Умахан – старший из братьев, который, как и Якуб, похож на отца, хотя и по-своему. Ему двадцать семь лет, и у них с женой Муминат три дочки, которые украшали это впечатляющее семейное собрание.

Умахан, учившийся в Санкт-Петербургском университете МВД на следственном факультете, работает помощником прокурора в соседнем районе. Работа у него интересная, хотя и тяжелая: следствие, надзор и множество бумаг.

– Отец всегда учил, чтобы жил как мужчина, – рассказывает Умахан. – В спортзале, можно сказать, воспитывал, на сборы брал. Мое детство так и прошло, рядом с отцом. Занимался борьбой, стал кандидатом в мастера спорта. Но дальше с борьбой не получилось, потому что поступил в университет, а там борьбы не было. Пришлось переключаться на самбо, на рукопашный бой. Я почти не тренировался, но помогало, что раньше занимался борьбой. Дважды выступал за университет, на чемпионате России. Но выше четвертого места пройти не удалось. Мне было тогда всего семнадцать лет, а противники все были взрослые. Еще и вес у меня был маленький, а бороться приходилось в более тяжелой категории.

Об отце Умахан отзывается с большим уважением. Он бы многое мог о нем рассказать, но чувствуется, как неудобно ему хвалить отца. И все же:

– Мужественный человек он, справедливый. Ненавидит ложь.

Однажды с Умаханом случилась история, которая многому его научила. В Санкт-Петербурге он оказался первым из братьев. Многое там было непривычно, и очень тянуло домой. После очередных соревнований уехал домой, на праздник Ураза-байрам. Он с детства привык, что этот праздник отмечается торжественно, всей семьей, всем родом. Он не видел в этом ничего предосудительного, но когда отец спросил, отпустили ли его из университета, растерялся и сказал, что отпустили, хотя на самом деле ни у кого разрешения не спрашивал. А тем временем в Петербурге искали пропавшего студента и даже подали на него в розыск. Когда розыск ничего не дал, позвонили отцу. Тогда-то все и выяснилось. Отец, конечно, рассердился, отчитал сына за неправду и отправил Умахана обратно, сказав, чтобы он сам решал свою проблему с университетом. К счастью, все уладилось, учился Умахан хорошо, а когда приезжал отец, они вместе гуляли по Северной столице.

– В 2008 году, после учебы, – рассказывает Умахан, – я устраивался на работу следователем в Санкт-Петербурге, и надо было проходить проверку в Управлении собственной безопасности. Так получилось, что меня вызвали на следующий день после того, как В. Путин наградил отца орденом Почета. Меня стали спрашивать про отца, где работает и т.д. Тогда я показал им видеосъемку награждения отца Президентом РФ. Они удивленно просмотрели съемку до конца, а затем стали меня поздравлять и больше вопросов не задавали. Мы потом даже подружились с сотрудниками УСБ. Следователем в Санкт-Петербурге я проработал почти два года. Затем вернулся в Дагестан и работал в УСБ Махачкалы. А с 2011 года работаю в прокуратуре Казбековского района.

Как самый старший, Умахан хорошо помнит своего деда Дарбиша. Когда тот заболел, Умахан всегда был подле него, стараясь чем-то помочь. Дарбиш радовался внуку, говорил, что он его отец, потому что сам был сыном Умахана, от которого и пошла фамилия рода.

Мне показалось, что глаза Умахана стали влажными, когда он говорил, как однажды на уроке почувствовал, что с дедушкой что-то не так. Он бросился домой. В тот день Дарбиша не стало. Не стало его мудрого дедушки, который любил собирать вокруг себя родных и рассказывать веселые поучительные истории. Таким Умахан его и запомнил.

– Бабушка нас всех научила молиться с пяти лет, – рассказывает Умахан. – Маленьких нас еще учила название улицы запоминать, чтобы мы не потерялись. Один раз это очень выручило, когда мы с двоюродным братом потерялись.

13-летнего Шамиля братья зовут Дубайским, потому что он там и живет, в Дубаи. Шамиль учится в шестом классе Дубайской международной школы с ребятами из разных стран. Обучение, разумеется, на английском языке. Кроме обычных предметов, в школе преподают арабский язык. Там же учится и его двоюродный брат.

– В Эмиратах все по-другому, – говорит Шамиль. – Более современно, но дома все равно лучше.

Его первые впечатления об отце тоже связаны с борьбой. Они тренировались, боролись, и отец позволял ему побеждать.

Родители его навещают. Мама приезжает чаще и постоянно звонит или использует скайп, беспокоясь, вовремя ли Шамиль и его двоюродный брат поели, не слишком ли много гуляют и достаточно ли уделяют времени учебе.

Любимице всей семьи, сестре шестерых братьев Саиде всего одиннадцать лет. Она очень волновалась и отвечала на мои вопросы тихо, будто делясь своими секретами. Зато ответы ее были интересны и не по-детски лаконичны.

– Учусь на домашнем обучении, – сообщила мне Саида. – Маме помогаю. С детства научили – поэтому привыкла.

– Как тебе живётся, когда столько братьев?

– Отлично. Они дружелюбные, общительные и смотрят за мной.

– Кем бы ты хотела стать, когда вырастешь?

– Дизайнером одежды. Я шью, рисую. Книги люблю читать. А еще люблю кататься на роликах и коньках.

– Расскажи про своего папу.

– Папа добрый, хороший, много для нас делает. И у нас с ним день рождения в один и тот же день. Я бы сказала, что он может следить за городом, он порядок в нем навел. Сразу про него все не расскажешь. Целый день на это надо. Я всегда им горжусь. И еще папа поддерживает мое желание стать дизайнером.

– А мама?

– Мама такая же добрая, хорошая, как и папа. Терпеливая, умная. И к бабушке я всегда хожу.

Саида помолчала, переводя дух, а затем добавила:

– Самое интересное – это праздник Ураза-байрам, когда пост заканчивается и мы все-все собираемся вместе.

Самый младший в семье – семилетний Сайгид. И самый бойкий. Мне подумалось, что таким же, наверное, был в детстве и его отец Сайгидпаша.

Сайгиду все интересно, и у него грандиозные планы. Пока он только закончил первый класс, зато на одни пятерки, круглый отличник. А в будущем собирается стать президентом, как Владимир Путин.

Сайгид любит рисовать, кататься на велосипеде и на роликах. Занимается дзюдо и танцами. Скоро будет выступать на фестивале в Турции.

– Танцую три танца, осетинский и еще два.

– В школе у тебя друзья есть? – спрашиваю я.

– Все у меня друзья.

– А твой папа кто?

– Папа? – удивлённо отвечает Сайгид и уточняет по-аварски: – Дир дада.

– Кем он работает?

– Глава муниципального образования, – без запинки отвечает Сайгид. – Самый главный в городе.

– Ты его за что любишь?

– За всё. Сильный, смелый, справедливый.

– А что он говорит, если ты, например, с кем-то подерёшься?

– Он меня никогда не ругает, потому что я не дерусь и не ошибаюсь.

– Ты с папой боролся?

– Да.

– И кто победил?

– Я!

После этих бесед слова Бурлият Умахановой о том, что всё, о чем она мечтала, сбылось, наполнились для меня новым смыслом. Быть матерью такого семейства – редкое счастье. И еще меня не покидало ощущение, что Сайгидпаша Умаханов передал своим детям многие свои замечательные качества, а дети развивают их на новом уровне.

Хотел бы я увидеть всю их семью лет через двадцать: президента крупного банка Якуба, посла России Магомеда, депутата Государственной Думы Хаджимурада, прокурора Умахана, ученого алима Шамиля, модного дизайнера Саиду. Сайгид будет еще молод для президентства, но ради этого можно будет немного и подождать.

Почему бы и нет? Все может быть, когда перед детьми пример отца, который не раз доказывал, что возможно даже то, что кажется невозможным.

Из книги «Сайгидпаша Умаханов: возможность невозможного»

Статьи из рубрики «Общество»