04:57 | 20 ноября, Пн

Махачкала

20.11.2017
1EUR70.3604Руб0.0000
1USD59.6325Руб0.0000

Память о родных

A- A+

rasulmagomedov1.jpgПочтительная и благодарная память о предках занимает среди горских обычаев одно из первых мест.





Первое ее проявление - это долг живого перед умершим. Известно, с какой горечью, тяжелой душевной болью воспринимают горцы невозможность похоронить близкого человека на родине или по крайней мере увековечить память своего родственника, умершего на чужбине или пропавшего без вести. Во время войн дагестанцы, как и другие кавказские народы, делали все от них зависящее, чтобы останки умершего земляка похоронить на родине.

Об этом обычае горцев свидетельствовал знаменитый хирург, участник Кавказской войны в Дагестане Н.И. Пирогов: «Все племена на Кавказе дорожат трупами своих единоверцев. Уходя с поля сражения, они обыкновенно забирают их с собой или выменивают после на наших пленных. Отправляясь на битву, горцы давали взаимное обещание приносить с собою трупы родственников и товарищей, обязуясь в противном случае содержать все семейство убитого».

Это находило свое выражение в сооружении надгробных памятников-стел. Они ставились над каждой могилой. Надгробные памятники воплощали в себе признательность покойнику, стремление сохранить о нем память.

На могилах мужчин памятники довольно час­то имели навершия в виде вытянутого, сужающегося выступа, увенчанного шаром – вместе это оставляло впечатление человеческой фигуры: голова, шея, плечи; рельефный узор на шаре напоминал чалму. Для женщин верхний край надгробной плиты чаще всего делали дугообразным или прямым. Надпись содержит имя покойного, часто год его смерти. Нередко к ним добавляют короткую строку молитвы, просьбу к Аллаху о прощении. Но порой встречаются и надписи-размышления элегического характера.

Вот две сходные по настроению надписи: «Мир сей преходящий, вечности для него нет, будущая жизнь вечная, и для нее нет конца».

«В этом мире готовься в дорогу, ибо воистину должен будешь отправиться в путь… Люди и вещи есть не что иное, как данное нам на срок, и неизбежен день, когда данное на время должно быть возвращено…» – это надпись из Дербента, на кладбищах которого на плитах XV века можно найти целые элегии на персидском языке.

Однако они не столь типичны для дагестанских эпитафий, – более лаконичных и суровых. Что и говорить: общий тон их серьезен и сумрачен, но ведь это соответствует их месту, да и жизнь человеческая не состоит ведь из одних бесконечных удовольствий. Главное – в другом: даже современного человека эти строки наводят на размышления точно такие же, как и наших предков четыре, пять, семь веков назад.

Кроме них, доступных лишь людям с образованием, поверхность плит была покрыта и другими знаками любви к умершему, которые понятны каждому. Это резные узоры, подчас переходящие в настоящий каменный ковер из стилизованных цветов и листьев – неувядающий букет на могиле родного человека. Кроме того, на мужских памятниках нередко вырезали употреблявшиеся ими вещи – шашку, кинжал, коня, ружье, пистолет, газыри, даже часы как знак благочестия: покойник постоянно и точно совершал молитвы; на женских памятниках – ножницы, прялку, гребень, колыбель.

Кладбища по традиции оберегались, благоустраивались джамаатом, на них нельзя было пасти скот, разводить огонь, рубить кустарник и деревья, а тем более вредить памятники и могилы. За нарушение могилы, например, а тем паче за похищение чего-либо из нее адаты шамхальства и Мехтулы (VIII-IХ вв.) повелевали убить виновного. Если же преступник успеет скрыться, то он в продолжение всей своей жизни не смеет показаться на родине под страхом немедленно быть убитым, дом его разрушают, а имущество и скот разбирают все желающие.

За кладбищем в любом ауле обычно присматривает несколько наиболее благочестивых пожилых людей, часто они же определяют места похорон и следят за порядком во время обрядов.

Расул Магомедов, профессор

Статьи из рубрики «Общество»