Сетевое издание «Дагестанская правда»

23:00 | 16 января, Сб

Махачкала

Weather Icon

Средневековые джамааты

A- A+

Место тухума

Н ачиная с ХVI века наши предки в массе своей окончательно перешли к джамаатским общественным порядкам. Для людей того времени это был настоящий общественный переворот: ведь их недавние предки могли строить свои отношения с окружающими по образцу внутрисемейных, так как каждый из прежних мелких поселков был населен родственниками и мог сохранять родовые традиции. Соответственно не было проблем и с управлением, и с решением общих вопросов: во главе небольшого родственного коллектива стоял старший, вернее, тот из старших, кто в повседневной жизни показывал себя наиболее сведущим и толковым распорядителем; его суждения по обыденным делам были лишь рекомендациями, советами. В то же время противопоставить ему себя не мог никто: сородичи бы этого не потерпели и уж нашли бы средства для обуздания нарушителя. Решения же старейшины по общественно важным делам в критический момент исполнялись беспрекословно, их не оспаривал никто, хотя власть старейшины не подкреплялась какой-то особой силой или группой, а опиралась на его авторитет, по которому, собственно, его и выдвигали сородичи без всяких формальных выборов и ограничения срока.

Одним из главных отличий горской общины-джамаата было то, что с самого начала она развивалась не как мелкая часть какого-то государства, а довольно самостоятельно. Коллектив горцев-общинников был полным хозяином земли своего джамаата; сам устанавливал на ней угодные порядки, сам ее защищал, ни от кого не завися и никому не подчиняясь. Это делало общину суверенной, она развивалась как отдельное государство – крохотное, но самостоятельное, приобретая те права и выполняя те обязанности, которые в большинстве стран берет на себя государственная власть. В других странах в свое время тоже существовали земледельческие общины со своим порядком пользования землей, определением прав и обязанностей своих членов-крестьян. Однако нигде и никогда они не имели столь полного объема административных, судебных, военных, внешнеполитических и т.п. государственных полномочий, как дагестанская горская община.

Наша горская община-джамаат к ХVI веку сложилась не из отдельных мелких одиночек-земледельцев, а из родственных коллективов, веками живших самостоятельно, а теперь объединившихся по принципу соседства. При этом они не «растворились», а превратились в тухумы – составные части джамаата. В этих новых условиях каждый общинник, конечно же, чувствовал себя более уверенно – он не одиночка, а член сплоченного родственного коллектива. Само собой, в джамаат при этом были привнесены и многие прежние родовые порядки и традиции. Иначе говоря, у нас родовые отношения не сменились гражданскими, а как бы совместились в рамках джамаата.

Выходит, что тогдашний горец-общинник выступал как бы в двух общественных ролях: с одной стороны, он входил в джамаат как индивидуальный его член, а с другой – он входил туда в рядах своей родственной тухумной корпорации, которая гарантировала его права в новых условиях, но имела в джамаате и свои отдельные интересы: они могли и не совпадать с интересами других тухумов.

Такая двойственность таила в себе серьезную опасность соперничества, предпочтения групповых интересов общественным, тем более, что джамаат суверенен и вмешательство государственной власти как «верховного арбитра» в случае внутренних противоречий здесь было невозможно. Что и говорить, положение складывалось непростое. Но история Дагестана показывает, что наши предки сумели с честью выйти из него, создав весьма оригинальную и жизнеспособную политическую систему.


Джамаатское собрание

Высшим органом власти джамаата было собрание всех его полноправных, совершеннолетних членов-мужчин. Такие собрания созывались по мере общественной необходимости для решения всех общественно значимых дел. В большинстве старинных дагестанских сел в памяти старшего поколения до сих пор осталось то место в окрестностях, где постоянно проходили такие собрания. Каждый его полноправный участник, бесспорно, имел здесь право голоса, а тем самым и возможность лично влиять на любое решение общества. Но не каждый житель села! Не говоря уже о том, что женщины не участвовали в собраниях (а это половина взрослого населения), к голосованию не допускались и члены неполноправных тухумов. Это пришлые (даже если они родились в этом селе), не участвовали и жители мелких аулов и хуторов, разбросанных на земле джамаата, но решения собрания были обязательны и для них.

Еще сложнее было с правом каждого участника высказать свое предложение или оценку. Прежде всего есть организационные сложности. Каждый двор в среднем выставлял двух воинов – значит избирателей было еще больше, дворов было не меньше сотни, а нередко и больше: как же высказаться всем? Преимущества оказывались у лидеров организационных групп – в тех условиях это могли быть лишь тухумы. Устами их представителей и лидеров каждый тухумный коллектив высказывал свое мнение, свои оценки, свои предложения, которые ставились на голосование и в случае одобрения большинством превращались в обязательные для всех решения или даже в адатные нормы. Таким образом, джамаатское собрание было не только высшим органом здешней власти, но и источником права.


Совет старейшин

Понятно, что слишком часто отрываться от повседневных практических дел для целей управления и законодательства общинники не могли, а в длительные промежутки между собраниями община нуждалась в постоянной исполнительной и судебной власти и контроле. Постоянным органом исполнительной власти и суда была коллегия старейшин.

Записи адатов, сделанные в XVIII в., а особенно в XIX в., и дополненные этнографическими сборами нашего века, остаются пока единственными сведениями об этом своеобразном органе управления. В разных землях и селах Дагестана обнаруживается больше различий, и часто значительных, нежели сходства. Сходных черт немного, зато они существенны. Так, нигде не видим единоличного правителя (хотя бы и выборного) – везде это коллегия. Члены этой коллегии нередко делятся на две группы, которые различаются либо по исполняемым функциям, либо по объекту своих прав и полномочий. Иногда один из членов коллегии наделяется функциями ее главы – «первого среди равных», но отнюдь не правителя. Принцип выдвижения кандидатов – либо потухумный, либо поквартальный.

В остальном этот исполнительный орган (в старинных книгах его именуют советом старейшин) поражает разнообразием местных отличий: число его членов колеблется от 2 до 22. Иногда кадий включается в их число и даже считается главой, в других случаях его функции полностью отделены. Часто члены коллегии делятся на два разряда, но различия между ними иногда в функциях либо судебные, либо административные, иногда – в объеме полномочий. Например, в Шуркантском магале «были старшины в каждой деревне, решения и приказания… которых исполнялись беспрекословно. Различно и не всегда ясно само наделение их полномочиями – эта процедура чаще всего так или иначе выборная, но в одних случаях кандидатов выставляют все полноправные тухумы, в других – лишь несколько, имеющих традиционное право на это, в третьих – кандидатов выставляют кварталы (но они чаще всего традиционно связаны с тем или иным тухумом). Выборная процедура иногда обычная, иногда проводилась по кварталам, иногда дело ограничивалось ежегодным решением джамаатского собрания о продлении или непродлении полномочий существующей коллегии – без альтернативных кандидатов, а иногда срок избрания указан лишь для части членов коллегии.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Общество»