Сетевое издание «Дагестанская правда»

19:00 | 28 ноября, Сб

Махачкала

Weather Icon

Современная разруха в древнем Аксае – 2

A- A+

Что изменилось в селе после визита Главы республики? - Хорошо Рамазан Абдулатипов сказал на совещании в Хунзахе: «Столько лет хунзахцам аплодировали, теперь можно и тляратинцу похлопать», - восторгался на днях остроумием Главы республики мой случайный собеседник. Так он объяснил причину превосходства Хунзахского района в социально-экономическом развитии над Тляратинским.

Эти слова я поначалу записал в разряд народного эпоса, однако неподдельный восторг собеседника заставил задуматься. Спустя несколько дней, оказавшись с редакционным заданием в Хасавюртовском районе, я вспомнил их вновь. 
В Хасавюртовский район я ехал в роли того гоголевского ревизора. После апрельской моей публикации, вышедшей под заглавием «Современная разруха в древнем Аксае», в селе побывал Глава республики с группой министров и прочих чиновников. Поручения Правительству, которые по итогам визита дал Рамазан Абдулатипов, были конкретными: разобраться с вопросами водоснабжения села, навести порядок в участковой больнице, решить вопрос с выделением помещения для сельского Дома культуры, помочь располагающемуся в селе районному Дому детского творчества, который ютился в дряхлом тесном помещении. 
Руководящий Домом детского творчества Анвар Байсонгуров в этот раз встретил меня в своем новом кабинете. Правда, назвать новым это помещение нельзя. 
— После визита Рамазана Гаджимурадовича был поставлен вопрос о предоставлении нам более просторного помещения. Глава сам обратил внимание на здание бывшего колхозного правления, указав на необходимость выкупить его или арендовать у нынешнего владельца. Теперь мы здесь, две недели как переехали. Но, как видите, многое еще нужно сделать, — рассказывает Байсонгуров. 
«Сделать нужно все», — констатирую я про себя. Сгнившие оконные рамы и двери во всех помещениях рассыпаются, крыша местами течет, трубы отопления раскурочены, а ржавые радиаторы валяются во дворе. И лишь одна из комнат вновь арендованного помещения радует взгляд свежими стеклопакетами. 
— Этот зал отведен под сельский Дом культуры, — объясняет собеседник, показывая мне комнату размером четыре на восемь метров, в которой из мебели одни плинтусы на свежем ламинате. Сами плинтусы столь же свежие, как и сам ламинат, но как они могут помочь в развитии местной культуры, понятно не совсем. Несмотря на то, что владелец помещения Магомед-Амин Баширов на пять лет передал районной администрации свое здание в безвозмездную аренду, средств у администрации пока хватило лишь на пять окон и ламинат.
— Глава администрации обещал помочь, — с энтузиазмом отвечает Байсонгуров на мой немой вопрос. – Пока своими силами порядок наводим, убрали мусор, стены побелили, покрасили полы. Здесь, как видите, ремонт уже закончили, а мебель выделят… Наверное.
— Занятия с детьми когда начать планируете? – продолжаю недоумевать, выглядывая на улицу со второго этажа через проем отсутствующей двери пожарного выхода. 
— До 15 сентября укомплектуем кружки и начнем работать, — с тем же энтузиазмом продолжает собеседник.
— А холода когда начнутся? – упорствую я, понемногу впадая в ступор.
— В октябре, — осекается голос педагога. Поймав мой взгляд, направленный на последний еще не до конца выломанный радиатор отопления, он на секунду теряет самообладание и, поникнув, молчит, но тут же, взяв себя в руки, вновь начинает улыбаться. 
– Все сделаем, обещали ведь помочь. Глава администрации Загир Боташев лично обещал, начальник управления образования тоже в курсе. Вот только боюсь, что старое наше помещение забрать могут. А мы там экологические и технические кружки сейчас разместили. Да и сад наш там, я столько лет бился, чтобы его сохранить. 
Идем в сад. Что характерно, описанная мною в прошлой статье разруха не исчезла и здесь, и даже как-то усилилась. Зато исчезла импровизированная сцена, где в теплую погоду на свежем воздухе выступали дети из вокально-хореографического кружка.
— «Что за кутанское сооружение?» — сказал тогда Рамазан Гаджимурадович. Пришлось убрать, — стеснительно поясняет Байсонгуров исчезновение дощатого строения, крытого рваным брезентом. – Зато Министерство образования помогло с костюмами для нашего детского ансамбля. Уже заказали черкески и платья для девочек. Да и скамейки вот выделили, — продолжает с тем же энтузиазмом директор, показывая на расставленные в саду скамьи. 
— Целых четыре штуки. Богато, — невольно заражаюсь его весельем, собственным весом проверяя на прочность одну из «трофейных» красавиц. 
— Нам осталось музей перенести в новое помещение, а то Абдулатипов сказал, что старое больше похоже на кладовку старых вещей, — продолжает Байсонгуров экскурсию.
Захожу в комнату — действительно кладовка. Открыв блокнот, спешу зафиксировать очередную цитату Главы. В принципе с ним нельзя не согласиться, ведь и в Махачкале некоторые музеи можно охарактеризовать так же. А уж «кутанских сооружений» в столице республики и вовсе не счесть. Эпохальные, должен сказать, фразы, которым я готов аплодировать с не меньшим энтузиазмом, чем участники вышеупомянутого собрания в Хунзахе. 
Наблюдая ситуацию в Доме детского творчества, понимаешь, что жить на селе тяжелее, чем в городе. Ведь, к примеру, для того, чтобы аплодировать главе района, затем аплодировать распекающему его за недочеты Главе республики, а потом вновь аплодировать взнузданному сверху районному руководителю, нужно быть человеком с достаточно крепкой психикой. Джордж Оруэлл, наверное, сказал бы про «двоемыслие», а Салтыков-Щедрин назвал бы «бонапартистами» и «ташкентцами». Мои изощренные умозаключения прервал встреченный на центральной улице села пожилой житель Аксая, вскричав: 
— Каждый месяц приезжал бы Абдулатипов! Хоть асфальт появился! 
«И этот бонапартист», — подумал я и зашагал дальше. 
Две улицы Аксая действительно недавно покрылись добротным асфальтом, который в народе уже прозвали «Абдулатиповским». До этого асфальт здесь был только «Магомедсаламовский» — сохранился на въезде в село со времен Магомедсалама Умаханова, который приезжал в Аксай наградить местный передовой колхоз. Посещали ли Аксай другие руководители республики, мне доподлинно установить не удалось. Судя по асфальту — вряд ли, но только ли асфальт нужен народу? Несмотря на распоряжение Главы республики, в Аксае уже вторую неделю нет воды. Вопрос об этом решаю задать руководителю Аксайского интерната для отстающих в развитии детей, депутату районного Собрания Майе Салаватовой.
На подходе к интернату издали слышу шум инструментов и грохот машин. Ремонтируют абсолютно все. Заменены крыши и окна зданий, фасады обшиты сайдингом, обустраиваются детские площадки и дорожки. Срезают даже добротные с виду трубы отопления, как оказалось — для последующего переноса согласно требованиям нормативов. Рабочие явно торопятся и работают без продыху.
— Если мешать не будут, то сдадим объект в срок. А то глава района недовольный был, что без его ведома ремонт начали, даже приостановить заставил сперва, — отвечает на мой вопрос один из строителей. 
Имея достаточный опыт работы в государственных ведомствах, смею предположить, что такое возмущение вызвано скорее не самим фактом начала ремонта, а направлением потока денежных средств на него, которые, обойдя стороной районный бюджет, поступили из Москвы непосредственно на счета фирмы подрядчика. 
«И здесь братья-«ташкентцы», — с некоторым даже удовлетворением отмечаю про себя этот факт. 
Встреченный в толпе рабочих прораб ООО «Центрстрой» Рашид Ибрагимов поясняет, что работы начаты с 1 июня и должны быть завершены уже на днях. Проводится не только ремонт, но и полное переоборудование, которое затронуло учебные классы, спальни, столовую, баню и все остальные помещения интерната. В скором времени появятся современное футбольное поле и собственный коровник, который обеспечит воспитанников интерната свежей мясомолочной продукцией. 
Дети – наше будущее, однако разница в подходе разительная и бросается в глаза. Ремонт в Доме детского творчества путем побелки стен – и капитальное переоборудование интерната. Оно и понятно: там весь ремонт – известка, купленная за счет средств коллектива, а тут — реконструкция по федеральной программе «Доступная среда», куда в этом году смогла пробиться республика. Да и малое число чиновников по пути продвижения средств, очевидно, сказалось. 
— Спасибо Главе республики, Председателю Правительства, министру образования и всем, кто помог с проведением такого ремонта. За пятьдесят лет такое у нас в первый раз, — начинает беседу директор интерната Майя Салаватова с предсказуемых слов благодарности. Для коллектива интерната, который своей работой охватывает всю северную зону республики, ремонт поистине должен стать огромным стимулом в работе, хотя нареканий к нему никогда и не было. Зато в ходе беседы с педагогами всплывает претензия к работе Минздрава. Как оказалось, дети в интернат попадают по сути от случая к случаю. Нет системы раннего выявления нарушений в развитии детей и направления их на обучение в спецучреждения. Учиться в интернат дети приезжают, лишь когда сами родители начинают бить тревогу.
— Но почему же в селении нет воды? – спрашиваю Салаватову уже как депутата. 
— Так не платят же! Установили сборы за воду по 70 рублей с хозяйства в месяц, но даже этого не хотят платить люди. Долг муниципалитета перед «Энергосетью», которая обеспечивает электричеством насосы, составил 320 тыс. руб. Пришлось прекратить подачу воды хотя бы до момента частичного погашения долга, иначе, проиграв в арбитраже, пришлось бы выплачивать полумиллионный штраф. Да и глава района был возмущен размером задолженности. Половину уже удалось заплатить, сейчас ведем активную разъяснительную работу с населением, но эффект пока слабый, — сетует депутат. Однако услышав, что не желающие платить муниципальный семидесятирублевый тариф сельчане в то же время покупают привозную воду по 500 руб. за машину, понимаю, что не все так однозначно и требует разбирательства. 
Оценив работы по асфальтированию улиц, задаю депутату вопрос о дальнейших планах развития инфраструктуры села. Главным намеченным преобразованием, по ее словам, должно стать благоустройство мемориала воинам-аксайцам, растрескавшуюся штукатурку которого планируется заменить кафелем по мере изыскания средств. Остается надеяться, что для этого не придется ждать очередного визита Главы республики и мемориал памяти защитникам Родины в скором времени обретет достойный вид. 
Последним пунктом моей своеобразной ревизии в Аксае стала местная участковая больница, двор которой теперь красуется гладким асфальтом и новыми побеленными бордюрами. 
– Асфальт и бордюры районная дорожная служба сделала, а столик и скамейки мы уже за свой счет установили, — поясняет встретивший нас местный завхоз. Опрятно стало и внутри здания – потолки побелены, а осыпавшаяся штукатурка на стенах прикрыта добротным слоем краски. Конечно, не верх мечтаний, но брезгливости уже не вызывает. Поручение Главы республики здесь можно назвать выполненным, однако сама постановка вопроса оставляет осадок.
После апрельского визита Р. Абдулатипова в Аксай у традиционно ссылающейся на отсутствие средств райадминистрации нашлись возможности и благоустроить тер­риторию больницы, и заасфальтировать целую улицу. Средства для того, чтобы заасфальтировать вторую улицу, смогли изыскать даже в сельсовете, проведя сбор средств среди местного населения. Напрашивается вопрос, почему же это не произошло без визита Рамазана Абдулатипова? Или мы уже разучились самостоятельно и систематически работать, а способны только аплодировать по случаю визита начальства?
Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Политика»