Сетевое издание «Дагестанская правда»

08:00 | 29 сентября, Вт

Махачкала

Weather Icon

Бить или не бить?

A- A+

Сегодня ни для кого не секрет, что в практике силовых органов существует такая проблема, которая на официальном языке называется незаконными методами получения показаний с применением насилия. Если говорить обыденно, речь идет об избиениях, иногда даже пытках, чтобы принудить жертву дать необходимые показания.

При этом они не могут не знать, что подобные методы прямо запрещены существующим законодательством, в том числе Основным законом страны. Так, статья 21 Конституции РФ гласит, что «… никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию…». Запрет на пытки содержится и в Уголовно-процессуальном кодексе. А в Уголовном кодексе есть статья 117, предусматривающая за это уголовное наказание на срок от трех до восьми лет.

Так что же заставляет оперативных сотрудников переступать через нормы закона и этические соображения? Конечно, это не какие-то особые садистские наклонности, а желание отчитаться в раскрытии преступления любой ценой. Ведь не секрет, что эффективность работы правоохранительных органов оценивается прежде всего по количественным показателям. От этого зависят поощрения, продвижение по служебной лестнице. И если на твоем участке долгое время «висит» нераскрытое преступление, всего этого можно не ждать.

Причем, как отмечают эксперты, этому явлению присуща высокая латентность. Начальство, как правило, пытается скрыть такие факты. А если они все же становятся достоянием общественности и спрятать информацию под сукно не удается, то привлечь виновных к ответственности становится большой проблемой.

Как пишет член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Евгений Мысловский, «при расследовании пыток следователей, как и прокуроров, словно подменяют.  Не видят они преступления в том, что оперативники далеко не в меру применяют силу. И не только при задержании».

Между тем еще в 2012 году в Следственном комитете России было создано специальное подразделение, которое занимается именно такими случаями. Уголовных дел, связанных с насилием со стороны силовиков, не так много, но они есть. В том числе и в Дагестане. Наиболее резонансным из них является дело по жалобе жителя селения Муцалаул Хасавюртовского района Мусы Алиева.

В сентябре 2019 года он был доставлен сотрудниками полиции в здание ОМВД России по Хасавюртовскому району. По словам М. Алиева, полицейские сказали, что он должен дать свидетельские показания по факту убийства, совершенного несколько месяцев назад в соседнем селе. Но в райотделе полиции его стали избивать, требуя признаться в изнасиловании несовершеннолетней жительницы села.

Как рассказал Алиев общественникам, ему наносили удары по ногам, спине и лицу, а также ставили на «растяжку» и держали его в таком положении более часа.

Несмотря на оказываемое давление, Алиев отказался признаваться в преступлении, которое не совершал, и в тот же день его отпустили домой. При этом никаких процессуальных документов о его допросе, равно как и регистрации в журнале доставленных в райотдел, составлено не было.

Алиев обратился в Хасавюртовскую городскую поликлинику за медицинской помощью. Эксперт зафиксировал у него сотрясение головного мозга и ушиб мягких тканей лобно-теменной области, которые были вызваны воздействием твёрдого тупого предмета и причинили лёгкий вред здоровью.

На основании обращения Мусы Алиева в медицинское учреждение в Хасавюртовском следственном отделе СУ СК РФ по Республике Дагестан было возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий с применением насилия») в отношении заместителя начальника уголовного розыска ОМВД России по Хасавюртовскому району Рамазана Сулейманова и оперуполномоченного уголовного розыска Юсупа Магомедова.

В ноябре Хасавюртовский районный суд вынес постановление о заключении их под стражу. Однако спустя месяц нахождения в следственном изоляторе тот же суд принял решение отпустить их под домашний арест. Потом решение о мере пресечения менялось еще дважды. Так, Рамазана Сулейманова перевели с домашнего ареста на содержание под стражу. Как установили в суде, причиной этому стало то, что обвиняемый нарушил режим домашнего ареста: не проживал по месту, определенному судом, а также через своих родственников пытался оказывать давление на потерпевшего, чтобы тот не давал показания против него. Однако, несмотря на это, через некоторое время суд снова возвратил Сулейманова под домашний арест.

Что касается непосредственно расследования дела, то там тоже хватало неожиданных поворотов. Так, в феврале 2020 года и.о. руководителя следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Дагестан Олег Потанин постановил изъять уголовное дело по факту пыток Мусы Алиева из производства следователя Хасавюртовского межрайонного следственного отдела и передать его для дальнейшего расследования в третий отдел по расследованию особо важных дел республиканского следственного управления. Как указано в постановлении, это сделано потому, что «производство предварительного следствия по уголовному делу представляет значительную сложность, по нему предстоит выполнить значительный объем работы», а также «в целях полного и объективного расследования».

И вот, наконец, примерно месяц назад сотрудники СУ СК РФ по РД, ведущие это дело, заявили об окончании расследования. Заместитель прокурора Республики Дагестан утвердил обвинительное заключение в отношении Сулейманова и Магомедова. Уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу.

Как отмечают представители общественной организации «Комитет против пыток», в данном случае сотрудники Следственного управления проявили оперативность и профессионализм, что позволило закончить расследование дела в достаточно быстрые сроки и собрать достаточную доказательную базу.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Правопорядок»