Сетевое издание «Дагестанская правда»

05:00 | 18 января, Вт

Махачкала

Weather Icon

И чтобы не взвёлся курок ружья Исмитдина

Газета «Горцы»
A- A+

В один из дней поздней осени, перед конторой совхоза с утра собралась группа мужчин и в ожидании разнарядки оживленно судачила. Каждый из них, горячась, старался преподнести свой рассказ так, будто ничего придуманного в нём нет.

– А вы знаете, что вчера вечером не вернувшуюся со стада корову моего соседа Абдуралима волки разодрали, будто и не было её. Остались одни рожки да ножки, – рассказывал совхозный водитель Тагир-Гаджи.
– Да не может быть. Что за напасть на наши головы. Кто скажет, как нам избавиться от расплодившейся стаи волков, – отозвался Саид.
– Сейчас даже и не сосчитать, сколько скота эти волки уничтожили, – продолжал Тагир-Гаджи. – На то они волки. Мало ли у нас «двуногих» волков. При первом удобном случае уведут затерявшуюся скотину.
– Причину размножения волков я связывать с чем-либо не смогу, – вмешался в беседу бригадир строителей Камбулат. – Они выбирают более безопасные края. Возьмите, к примеру, диких уток. Они садятся на речку и озера у окраины села, а бывает что и прямо во дворы сельчан. Приходилось часто видеть, когда они, буквально из клювов кур отнимали корм. Как бы там ни было, дичи в наших краях увеличилось. Прежде всего, это я связываю с отъездом браконьера Исмитдина.
– Хорошо, что ты напомнил его имя, Камбулат, – начал своё Муташ. – Когда Исмитдин проживал в селении, приходилось ли кому-нибудь видеть хоть раз волка или лису? Нет. А как только Исмитдин переехал в город, вся дичь стала вести себя вольготно, не чувствует страха. А волки и лисы стали даже наведываться во дворы, выбирая себе на обед самых жирных барашек или кур.
«Эти люди настолько наивны, что принимают всё рассказываемое за чистую монету. Попробую и я что-то наврать. Не воспользоваться таким случаем грех», – подумал Мугутдин.
– Не поверите, удивительную картину посчастливилось видеть мне на днях, – на его лице появилось самодовольство, и он обвёл окружающих лукавым взглядом, не прерывая затеянный рассказ. – В один из вечеров пришлось мне как-то бродить в окрестностях села в поисках не вернувшейся из стада коровы. Найдя корову, погнал её вниз, к подолу урочища «Тавхана», а для этого надо было перейти речку через мостик. И тут-то я заметил удивительную картину. В лощине была собрана вся животная фауна, которая водится в наших краях. Собралось зверьё по поводу отъезда браконьера Исмитдина. Пьют, закусывают. Словом, балдеют. В каждом тосте тот или иной зверь желал, чтобы Исмитдин никогда не вернулся обратно.
Медведь, волк, лиса, куры и петухи дружно сомкнулись вокруг яств. В праздничной атмосфере и намёка не было на проявление их природных инстинктов. Все дары лесов и полей они делили поровну.
Справа от медведя восседал волк, а слева – лиса. Явился на пир и заплывший жиром барсук. Прервав свой полёт в тёплые края, приземлились дикие утки и гуси. Тостам не было конца. В общем кругу веселилось все лесное зверьё.
Наконец, дошла очередь сказать тост и до лисы.
– Теперь твоё слово, рыжая, – на правах тамады пробурчал косолапый.
Лиса ласковым взглядом поблагодарила косолапого, вильнула отливающим золотом пушистым хвостом и положила его на спину своего покровителя. Мишка ощутил приятную лисью лесть. А та, почуяв благосклонность хозяина, лукаво взглянула на петуха, нахохлившегося и раздувшегося больше чем когда-либо. «Погоди, вот завершится и я тебе такое устрою, чтобы ты не пыжился! – подумала лиса, смачно облизнув губы.
– О, Медведь, опора наша, – начала лиса. – Спасибо за то, что предоставил мне слово. Будь среди нас всегда. И Волк, что сидит справа от тебя, пусть всегда живёт среди нас. И я, тоже пусть буду всегда среди вас, мои лесные братья. И чтобы не перевелись у нас петухи и куропатки, гуси и дрофы, утки с индюками. Все они наши лесные друзья. Без них нет жизни нам. И чтобы у Исмитдина никогда не взвёлся курок его ружья. Я пью за безвозвратный отъезд нашего врага Исмитдина. Я пью, мой покровитель, и за тебя, за то, что организовал этот чудесный пир. Ты наш спаситель. Да здравствует наш Медведь, да будет конец Исмитдину.
Сказал свой тост и заяц. Он буквально извергал хвалу Медведю. Не забыл он и волка с лисой. И от него досталось Исмитдину.
– Да отсохнут ноги Исмитдина, чтобы он не смог ступить на наши земли.
Тосты, бокалы с вином, всё это было до самой поздней ночи. Зверьё хорошо повеселилось по случаю отъезда врага. И мне, увлекшемуся этой картиной, удалось попасть домой только под утро.
«Я не знал, что у тебя есть дар придумывать небылицы», – подумал Камбулат и сказал вслух.
– Слушай, Мугутдин. У каждого вранья должна быть доля меры, чтобы можно было верить. Но ты слишком загнул, даже перегнул.
– Камбулат! – отозвался Мугутдин. – Вашей брехне хоть бы одним словом я возразил? Нет. Слушал. То, что вы несёте, я разве опровергнул? Нет. Так, если вам можно врать, то почему бы и мне не придумать. Во всяком случае, ушёл Исмитдин из села? Ушёл. Вот и конец сказке. Пойдёмте, пора делом заняться.
И он направился к дверям, увлекая за собой всех остальных.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Газета «Горцы»»