14:00 | 20 июля, Сб

Махачкала

Weather Icon

Молния войны

Газета «Горцы»
A- A+

1.

Сверкнула в небе молния войны,
Смертельным громом оглушая разум.
В мгновенье ока горе всей страны
Достигло гор советского Кавказа.
Те, в чьих сердцах слова святые «мать»
И «Родина» в одно понятье слиты, –
Готовы за Отчизну жизнь отдать
Лихие дагестанские джигиты!
Я расскажу вам о судьбе семьи,
Что стала каплей огненного моря.
Пусть прозвучат в сердцах слова мои
О мужестве, о чести и о горе…
Газмановы. Семь братьев – на подбор —
Орлиная отчаянная стая!
Они из тех, кого сынами гор
Мы в Дагестане гордо величаем!
И разумом, и силою Аллах
Их щедро наделил своею властью.
Пример другим и в мыслях, и в делах
Они являли на дороге к счастью.
Объездить скакуна умел любой,
Чтоб стал не конь, а птица для полёта!
И, как в огне пожара сухостой,
В руках горела всякая работа!

Один из братьев только был женат.
На остальных лукавые подруги
Бросали, не таясь, за взглядом взгляд –
Нет женихов завиднее в округе!
Но не до свадеб стало на земле,
Когда война вокруг людей косила,
Когда насквозь погрязшая во зле,
В наш дом ломилась вражеская сила…
Войны начало. Сорок первый год.
Фашистских бомб смертельная сноровка.
И безоружный новобранец ждёт
Товарища убитого винтовку…
Дрожит земля. Орудия гремят.
Живое губит дьявольское пламя.
Каков он, самый настоящий ад?
Не надо представлять – он перед вами.
И кажется, что солнца в небе нет,
Что пронизал всё сущее сегодня
Зловещей пеленой кровавый свет,
Врагами сотворённой преисподней…
Здесь пыль и пепел делают солдат
Похожими, как братья, друг на друга.
Плечом к плечу они в бою стоят,
Превозмогая огненную вьюгу.
Здесь в очи смерти мужество глядит,
Которому в сраженье страх неведом.
Что ожидает смелых впереди,
Готовых жизнь отдать ради Победы?

2.

Беда явилась вскоре на порог
Газмановых с далёкого предела
И на невестку траурный платок
И вдовье платье навсегда надела.
В одну минуту поседела мать,
Узнав о смерти дорогого сына.
Лицо отца – трагедии печать –
Избороздили скорбные морщины.
Седлают братья младшие коней,
Сердца пылают праведною местью.
В сраженье жизни не щадить своей
Они клянутся родовою честью.
Джигиты-удальцы во всей красе
Родителей обняли на прощанье.
А те вопрос: «Зачем же сразу все?»
Едва сдержали рвущийся с рыданьем…
Уходят вместе братья на войну,
Никто не дрогнул в этот час суровый.
Свой дом, свой Дагестан, свою страну
Они сердцами заслонить готовы!
Невесты зарыдали им вослед,
Окаменела мать от горькой муки,
И постарел отец на много лет,
Предчувствуя грядущие разлуки.
Что побеждает: зло или добро
В сражении характеров и стали?
Скупые сводки Совинформбюро
У репродукторов, как откровенья, ждали.
Народ трудился, не жалея сил,
Ни праздников, ни отдыха не ведал.
Воистину едины фронт и тыл
В стремлении приблизить час Победы!
Последнее готовы все отдать,
Чтоб одолела Родина в сраженье
Неистовую вражескую рать.
И девушки снимают украшенья –
Пусть превратятся в пули и штыки!
Газмановы живут одним законом –
Быть ручейком великой той реки,
Которая течёт в Фонд Обороны.
Но об одном в заботах и трудах
Отец и мать неистово молили,
Чтоб уберёг в бою детей Аллах,
Чтоб каждый сын был в здравии и силе.
Усаживала часто у окна
Главу семьи отцовская тревога –
Ведь из него так хорошо видна
Заветная аульская дорога.
Которою вернутся сыновья.
Осилив испытания и беды,
Придут они в родимые края
И принесут желанную Победу!
Родителям еда была не впрок –
Вернётся вкус её – о том они мечтали, –
Когда вернутся за сынком сынок,
Развеяв все тревоги и печали…

3.

Некрепкой оказалась жизни нить
У сыновей… За первою вдогонку
В аул не письма стали приходить,
А чёрные посланцы – «похоронки»…

Родителям прислали ордена,
Которые сыны не получили.
Посмертная награда не нужна
Тому, кто упокоился в могиле.
Конечно, остаются доблесть, честь –
У памяти людской такая сила!
Но маму наповал шестая весть
О гибели кровиночки сразила…
Не удержала тот листок она.
Разжались пальцы, и закрылись очи.
Воистину, везде убьёт война,
Когда того зловещая захочет.

«Семерых сыновей Вы вырастили. Семерых родных людей Вы благословили на ратные подвиги. Шестеро из них своими подвигами приблизили Победу. Солдаты Вас называют своей матерью» – (из письма с фронта).

О, как мне это горе описать?
Неизмеримы скорби и печали…
Для всех солдат родною стала мать,
А сыновья об этом не узнали.
Все шестеро ушли навек туда,
Откуда нет исхода и возврата.
Не отпускает мёртвая вода
Реки беды, реки войны проклятой.
Страдания и смерть она несёт,
И никакого дела нету лютой,
Что губят на земле за родом род
Её существования минуты…

4.

Глава семьи, похоронив жену,
Утратил на глазах остаток силы.
Её на то, чтоб сесть опять к окну,
В тот скорбный день ему едва хватило.
И больше он со стула не вставал,
Надежду видя, словно свет в колодце,
На то, что младший одолеет шквал
Сражений страшных и домой вернётся.
Не мог работать больше он в саду,
Невспаханным его осталось поле.
И мимолетной мысли про беду
В душе своей гнездиться не позволил.
К нему сыны, как будто наяву,
Всё чаще приходили в сновиденьях.
«Я вижу их, а, значит, я живу, –
Шептал отец, – придёт он, день весенний!
Победы день, день торжества людей
Над нечистью, заполонившей дали,
Тот день великий, тот заветный день,
Что и мои джигиты приближали!».
Соседи помогали, как могли,
Осилить горе – каждый по щепотке…
Ведь в этом суть и честь родной земли!
Отец глядел в окно и слушал сводки
О том, что продолжаются бои
Едва ль не на последнем перевале.
А утром утешали соловьи,
Что письма с фронта просто запоздали.
И вот письмо – с дороги на Берлин –
От храброго джигита прилетело.
Хвала Всевышнему! Воюет младший сын
С врагом жестоким смело и умело!
Отцу он написал: «Ещё чуть-чуть

Осталось до Победы долгожданной!
Уже не за горами добрый путь –
Обратный путь на землю Дагестана!».
Как счастлив тем посланьем был старик!
Как часто повторял родное имя!
Уже так близок тот заветный миг,
Когда седьмого сына он обнимет!

5.

Увы, не любит радости война,
И у разверстой собственной могилы
Не выстрелом последним ли она
Надежду заповедную убила…
Не знала пуля о слезах отца,
Не ведала она о павших братьях.
Слепой кусок горячего свинца,
Тебе проклятье и войне проклятье!
Оборвана таинственная нить,
Что род связала заповедью строгой:
Ведь сын отца был должен проводить
Когда-нибудь в последнюю дорогу…
Враг жизни – так войну зовут.
Когда грохочут огненные грозы,
То у неё единственный маршрут –
Через сердца разбитые и слёзы.
Она плодит безжалостно сирот,
Увещеваньям совести не внемля.
Людским могилам потерявши счёт,
Проворно ими засевает землю.
В одной из них аварец погребён
В Германии погожим днём весенним.
И не решился сельский почтальон

Придти к отцу со страшным извещеньем…
В почтовой сумке спряталась беда,
Готовая взорвать надежду мина.
Совсем других известий ожидал
Газманов старший в этот день от сына…
Он ордена, которым нет цены, —
Детей награды — нежно гладил снова.
Листал альбом, в котором все сыны
По-прежнему и живы, и здоровы.
Был так высок души его полёт:
Вернётся младший сын в края родные
И на груди широкой принесёт
В родимый дом награды боевые!
Упал альбом нежданно из руки,
Хотя держал его надёжно вроде —
Увидел он: аула старики
Во двор его, понурившись, заходят.
Походка аксакалов тяжела,
Словно на плечи неподъёмной ношей
Упала им известия скала,
Не может эта тяжесть быть хорошей…
О, как не хочет сердце принимать
Трагедии мучительную ноту.
Он понял: горе чёрное опять
Готово постучать в его ворота…
Неужто же опять лицом к лицу
Ему столкнуться предстоит с бедою?
И сердце вдруг солдатскому отцу
Предчувствие пронзило роковое.
Не выдержало страшного пути

Несчастное и биться перестало.
И на прощанье вымолвив: «Прости!»,
Ему глаза закрыли аксакалы…
О, эти горемычные глаза!
Война за их страдания в ответе.
Застыла в них последняя слеза,
Пролитая отцом на белом свете…

6.

Страдальца хоронили всем селом.
Жены и мужа рядышком могилы.
Дыша на род людской вселенским злом,
Война семью Газмановых убила…
Как беспощадна молния её!
Разит она налево и направо
С небес высоких огненным копьём
Всех на земле — и правых, и неправых.
Не забывайте, люди, о былом –
Ведь если мы о боли той забудем,
Утратим право величать потом
Сами себя великим званьем – «Люди»!
Мешают слёзы мне вести рассказ –
Ведь не сонет, не праздничную оду –
Я рассказала правду без прикрас
О гибели Газмановского рода.
Эпохи боль не вычерпать до дна,
И никуда от этого не деться:
Несёт народам смерть всегда война,
В ней Бухенвальд, Майданек и Освенцим,
В ней миллионы судеб на земле,
Что в одночасье стали скорбным прахом.
Когда сверкают молнии во мгле,

Я об одном тогда прошу Аллаха:
«Помилосердствуй! С горней вышины
В земные беззащитные пределы
Не посылай ты молнии войны –
Карающие огненные стрелы!
Пусть мирных гроз привычно рвётся нить,
Даря дожди и ливни белу свету!».
Готова на коленях я молить
И день, и ночь у Бога я об этом.
Пусть льётся с неба мирная вода,
Чтоб лоно жизнью наделить земное!
Чтоб не забыли люди никогда,
Какое горе рождено войною…
Достойны будут самых страшных кар
В глубинах преисподней, в лютом мраке
Те, кто забыть посмеют Бабий Яр,
Треблинку, Хиросиму, Нагасаки!
Те, кто забыть посмеют, что легли
Мильоны жизней на алтарь Победы!
Да будет для народов всей земли
Тяжёлый грех беспамятства неведом!
О, Дагестана славные сыны,
Я заклинаю материнским словом:
Да не увидеть молнию войны
Вам никогда под мирным небом снова!

Перевод с аварского Юрия Щербакова

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Газета «Горцы»»