Сетевое издание «Дагестанская правда»

23:00 | 23 ноября, Пн

Махачкала

Weather Icon

На виду у гор

Из поэтического сборника «Сон кизилового дерева»

Газета «Горцы»
A- A+

Селение Ак-Су (Белая речка) находится километрах в десяти к югу от города Нальчика, на виду у вечно белеющих вершин Главного Кавказского хребта. Его со всех сторон окружают чинаровые и ореховые леса, оно – одно из живописных мест очень живописной Балкарии, к которой в этом смысле жизнь была милостива и щедра, создав на ее маленькой земле много шедевров природы.

Тут стоит вспомнить хотя бы Эльбрус с его великим окружением высоких гор, Чегемское ущелье, Черекскую теснину, Голубые озера. Летом на склонах рядом с Ак-Су так замечательно багровеет созревший кизил, и чинары в зной бросают тени на дорогу.
В этой и впрямь замечательной местности родился не один из балкарских поэтов. Их колыбели качали матери в маленьких двориках в тени горы и в тени ореха. Здесь родился и Салих Гуртуев. Его мать, Абат, близкая подруга моей сестры Мариам, родом из Чегемского ущелья, моя землячка. Ее я знал с детства, помню и ее родителей – трудолюбивых крестьян. Молва о них в ауле всегда оставалась доброй. Род отца поэта, Султанбека, спустился в Ак-Су с Холамских гор. Султанбек сражался против гитлеровцев и погиб на фронте. Говорят, он был хорошим воином.
Салих совсем маленьким остался без отца. Его с братом вырастила, воспитала и учила мать, пройдя исключительно тяжелый вдовий путь, живя далеко от родных мест, проявив завидную энергию, стойкость, незаурядные душевные силы, поддерживаемая бессмертной материнской любовью к детям. Поэтому легко понять, почему мать в жизни и поэзии Гуртуева занимает такое большое место. Традиционная тема матери в поэзии народов Кавказа, да и не только Кавказа, остается неисчерпаемой, вечно новой, как и сама материнская любовь к детям, как и материнское молоко.
Балкарская поэзия занимает свое место в семье братских литератур народов Советского Союза, она пользуется в стране уважительным к ней отношением, она признана далеко за пределами родной республики. Ей советская Родина присудила три государственные премии. А это большое завоевание для литературы такого малочисленного народа, каким является балкарский. Нынешние достижения нашей поэзии – это результат труда не одного поколения поэтов, продолжавших и продолжающих дело своего гениального учителя – Кязима.
Поэты, которым сейчас от тридцати до пятидесяти лет, умножая открытия старших мастеров, много сделали для сегодняшнего расцвета балкарской поэзии. Это касается в одинаковой мере содержательности произведений, их идейной глубины и совершенства формы. К этому поколению относится и Салих Гуртуев. О мере талантливости Салиха, разумеется, убедительнее всех наших слов скажет сама его книга, являющаяся самым правдивым свидетельством. Так обстоит дело с книгами любого автора. Гуртуев уже внес свою долю в родную поэзию, но мы верим и в то, что его лучшее слово и самые зрелые песни еще впереди. Характером, так же необходимым поэту, как и талант, Салих не обделен. Есть и знания, которые он, надеемся, будет умножать. Дело поэта требует от него постоянно быть в движении, в поисках. Гуртуев, судя по его книгам, понимает это. Непокой – неизменное состояние тех, кто хочет быть верным назначению поэзии.
Мне кажется, что Салиху присуще и это. Он в таком возрасте, когда необходимо умение в полную меру и мудро пользоваться всеми своими творческими возможностями.
Поэзия любит беспредельную преданность ей. Шутки с ней плохи. Она существует не для шуток и забавления бездельников, она – народное достояние. И честнейшим, искреннейшим образом выражает душу человека. Служить ей – великая радость и большое бремя. Надо иметь огромную смелость тому, кто решил посвятить себя поэзии.
Пути не устланы розами, их чаще предавали анафеме, чем венчали лаврами. Об этом я решил сказать и в этой заметке, считая, что мы почаще должны напоминать друг другу о трудности нашей работы и ее святости, чтобы не низводить дело поэта до жалкого зубоскальства и стремления к дешевой популярности.
На балкарском языке в переводе Гуртуева издана великая поэма Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре». Это большой труд. Перевод Салиха я считаю вкладом в нашу поэзию, событием в ее развитии. Такая работа потребовала от поэта не только незаурядного дарования, но также большого трудолюбия, усидчивости, дисциплины, знаний. Кроме прочего, поэма переведена размером подлинника – шаири. Это удавалось далеко не всем переводчикам в республиках. Поэт взял на себя большую ответственность, решив переводить Руставели, но, по-моему, трудная задача решена им успешно. А это, я думаю, большая радость и честь для него.
Встреча с поэтической книгой – то же, что и встреча с новизной весны, с ее теплом, с голосами птиц, говором ручьев, с зеленью деревьев, с небывалой голубизной неба над белизной горных вершин. Я желаю книге Салиха Гуртуева той участи, которая суждена только произведениям большой поэзии.

1982 г.

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki