11:12 | 17 июля, Вт

Махачкала

31.05.2018
1 EUR 72.5211 Руб -0.0058
1 USD 62.5937 Руб -0.0483

Угол отражения

Газета «Горцы»
1 2
A- A+

12 мая Андрею Андреевичу Вознесенскому исполнилось бы 85 лет. Публикую отрывок из книги (может быть, когда-нибудь её напечатают) о встречах с гением поэзии. И несколько фото. На двух из них поэт с усами.

Было это в Беловежской пуще. «Юра, сними меня усатого. Больше мои усы никто не увидит!» – просьбу Вознесенского я выполнил.
Андрей Вознесенский приехал в Минск на поезде №1 «Москва – Минск». Была зима 1971 года. Шёл снег. Крупные хлопья снега налипали на лицо. Фотоаппарат я прятал под пальто за пазухой. На перроне вокзала стояло несколько встречающих, среди которых был Виктор Жак, доцент политехнического института, организатор приезда поэта. Виктор Герасимович и меня пригласил на встречу. Мы стояли у вагона. Все пассажиры уже покинули его, и кто-то предположил, что мы ошиблись номером вагона.
Прошло около тридцати минут, и взору встречающих предстал человек в меховой шапке-ушанке со смущённой улыбкой. Это был Андрей Вознесенский. Поэт получил запорошенный снегом букет цветов, и все сфотографировались на память.
В концертном зале филармонии состоялся концерт. Зал был полон. Андрей Андреевич читал стихи, отбивая такт рукой, как бы подчёркивая значение каждого слова:
Свисаю с вагонной площадки,
прощайте,
прощай, моё лето,
пора мне,
на даче стучат топорами,
мой дом забивают дощатый,
прощайте…

И «Антимиры»:
Да здравствуют Антимиры!
Фантасты – посреди муры.
Без глупых не было бы умных,
оазисов – без Каракумов…

В фотоаппарате «Никон» есть функция, позволяющая сделать многократную экспозицию на один кадр. Когда я слушал «Антимиры» в исполнении автора, мне захотелось на один кадр скомпоновать несколько изображений Вознесенского. Получилось забавно.
Я подарил снимок Андрею Андреевичу. Он улыбнулся:
– Вот это – я, – он показал на снимке своё изображение справа. – А это – Вознесенский озорно улыбнулся, – а это – мои клоны…

Вознесенский познакомился с Владимиром Леонтьевичем Бедулей, председателем колхоза «Советская Белоруссия».

Нет правды на земле.
Но правды нет и выше.
Бедуля ищет правду под землёй.
Глубоко пашет и, припавши, слышит,
как тяжко ей приходится, родной!
Его и славословили, и крыли.
Но поискам – не до шумих.
Бедуля дует на подземных крыльях!
Я говорю: «Летающий мужик».

Это из поэмы.

Мы с Владимиром Леонтьевичем дружили, и я частенько бывал в его хозяйстве по редакционным заданиям АПН. Однажды, это было летом 1975 года, я приехал в колхоз, и Бедуля, сославшись на занятость, сказал, чтобы я пошёл в ресторан, пообедал, а он придёт попозже.
– Там вы встретите ещё одного человека, так составьте ему компанию, – загадочно произнёс Владимир Леонтьевич.
Я отправился в банкетный зал, ожидая увидеть кого угодно, только не Вознесенского. За столом сидел он.
Андрей недавно приехал из Америки, и наш разговор был о его американских впечатлениях.
– Можно ли сделать фотомонтаж? – сразу спросил меня Вознесенский. И пояснил, что ему в Америке подарили фотографии, на которых были запечатлены летающие тарелки над водной гладью океана. – У меня создалось впечатление, что все инопланетяне живут где-то в океанских глубинах.
Я не успел ответить, потому что принесли знаменитые Бедулевские «драники». Они были с пылу с жару, сдобренные сметаной и поджаренные с корочкой на топлёном масле.
Андрей рассказал мне историю, которую я привожу полностью.

Рассказ Андрея Вознесенского
Живёт в Москве писатель Н., который пишет на сельские темы и только о жизни простых людей из глубинки. Сам он недавно оказался в Москве, его творчество заметили, и он получил однокомнатную квартиру в высотном доме на Котельнической набережной. Жили они в квартире вдвоём с женой. Была глубокая ночь, писатель сидел за письменным столом перед стопкой чистой бумаги. На ум ничего не шло. Он смотрел в тёмное окно на ночную Москву. Зрелище было впечатляющим. Квартира размещалась на двадцать четвёртом этаже. Жена давно спала.
Вдруг ему показалось, что с ним кто-то общается. Ему абсолютно не было страшно, он отвечал на вопросы. Они касались обыденной жизни и не были заумными. Проснулась жена и включилась в беседу. Это была беседа друзей. Единственное, что было непонятно, они не видели беседующего с ними, да и вопроса об этом не возникало. Всё было естественно и реально. «Вся беда вас, землян, в том, что вы не можете использовать энергию отражённого луча!», – изрекло это что-то или кто-то. Писатель помолчал, а голос произнёс повелительно: «Пишите!».
Перед писателем лежала стопка чистой бумаги, он взял ручку и под диктовку записал длинную формулу в три строчки.
Что-то или кто-то исчезло, и супруги, измождённые ночной беседой, вмиг заснули.
Утром они вспомнили произошедшее с ними и пришли к мысли, что это был сон. Боясь подойти к столу, на котором лежала стопка чистой бумаги, Н. всё-таки осмелился. Ещё издали он увидел непонятные цифры и буквы, перемежающиеся знаками, написанными его рукой.
Дрожащей рукой он показал жене лист бумаги.
В этом же доме жил один из братьев Стругацких. Н. показал ему исписанный формулами лист и путано рассказал про ночное приключение. Стругацкий пообещал показать это своему знакомому в Академии наук.
Через некоторое время Стругацкий сообщил, что ему ответили: «Абракадабра!».
В это время пришёл Бедуля, и мы поехали в Беловежскую пущу.

Эта загадочная история имеет своё продолжение.
В следующий раз с Вознесенским мы встретились в Минске через три года. Обедали мы в Раубичах при горящем камине. Андрей Андреевич любил открытый огонь, и Виктор Жак выбирал для встреч залы с камином. Кто-то из присутствующих попросил поэта почитать из неопубликованного. Вознесенский отмахивался, а потом сказал:
– Есть заготовка для стиха. Про заграницу. Что это будет, не знаю, прочитаю две строчки.
Андрей Андреевич помолчал, пауза была долгой. Присутствующие почтительно молчали.
– Это про заграницу. «В витринах сыр и ветчина, / и прочая антисоветчина!» – прочитал он под общий хохот и аплодисменты.
Тосты произносились по очереди. Очередь дошла до меня.
– Ваш приезд, уважаемый Андрей Андреевич, всегда для нас праздник, – сказал я. Все согласились. – Но после каждого визита остаётся неразрешимая тайна. – Присутствующие внимательно слушали, я продолжал: – В последний раз мы с вами встретились у Бедули, и я услышал историю о том, как один из ваших друзей, писатель-аграрник, который живёт в доме на Котельнической набережной, ночью разговаривал с…
Я увидел лицо Андрея Андреевича, немного растерянное и непонятное для меня.
– Как фамилия того писателя? – упавшим голосом спросил я.
– Я не знаю, о ком ты спрашиваешь, – Вознесенский потерял интерес ко мне и моему вопросу.
– За наши встречи! – сказал Будинас, сглаживая острый угол.
История с энергией отражённого луча имеет продолжение.
Спустя несколько лет в газете «Известия» была опубликована заметка:

ОТКРЫТИЕ СОВЕТСКИХ УЧЁНЫХ-ФИЗИКОВ
Советские учёные-физики (далее следовали две фамилии) доказали теоретически, что угол падения не равен углу отражения.
Может быть, это открытие – путь к новой энергии?

Следите за новостями в нашем Telegram-канале - @dagpravdaru

Статьи из рубрики «Газета «Горцы»»