Мужество жить

Мурад Гаджиев (на снимке) родился в 1993 году в Буйнакске. Окончил местную школу, занимался спортом. В общем, был совершенно обычным дагестанским парнем. После школы, чтобы помочь родителям, устроился работать на стройку. Конечно, у него были планы на жизнь. Конечно, были мечты. Но все сложилось иначе.

Началась спецоперация на Украине. Многие друзья и родственники Мурада отправились на СВО. Сам парень тоже стал задумываться о подписании контракта. Но родители со слезами на глазах умоляли этого не делать. Он сделал вид, что смирился. А 12 октября 2024 года подписал контракт, никому об этом не сказав. Просто поставил родителей перед фактом. Четыре его двоюродных брата к тому времени были на СВО. И парень не мог отсиживаться в тепле дома, зная, что они там. «Я бы просто потом не смог посмотреть им в глаза», – говорит Мурад.

Два месяца на стажировке во Владикавказе, и на передовую – в штурмовую бригаду. На Запорожское направление. Первое время часто выходил на связь с родными, но постепенно звонков становилось все меньше. В голосе все чаще звучали нотки усталости.

– Поначалу было сложно. Но уже через неделю адаптировался к взрывам, прилетам. Морально я был готов к этому. Братья многое рассказывали, – говорит он.

Вместе с Мурадом на СВО поехал племянник его отца. Он и позвонил родителям поздней ночью в начале февраля прошлого года с известием, что Мурад погиб.

– Стали собираться родственники. А в три часа дня пришло сообщение: «Ищем родных и близких Гаджиева Мурада Сайгидовича». Мы стали звонить по госпиталям, узнавать. На наше счастье, в одном из них оказалась медсестра из Буйнакска. Она сказала, что он жив, находится в ее части. Мой муж Сайгид с младшими сыновьями тут же поехали за ним, – рассказывает мать парня Савдат.

О том, что случилось, рассказал сам ­Мурад.

– Мы ехали на боевое задание. Вокруг крутились «птички». Ехали ночью, а фары включать было нельзя, и нарвались на противотанковую мину. Из девяти ребят в живых остался я один.

Раненого бойца эвакуировали в Ростов.

– Я поехал туда, – рассказывает отец. – Его только выносили из операционной. Когда увидел сына – земля ушла из-под ног. До этого я точно не знал, что с ним. Сначала говорили, что ампутировали одну руку, потом сказали, что еще и ногу. А в итоге – ампутировали обе руки, обе ноги и один глаз. Я не могу рассказать, что испытал в тот момент. Врачи стали меня успокаивать, сказали, что теперь Мурада переведут в Санкт-Петербург. Пообещали сообщить, куда именно. Как только сказали, я взял билет и тоже вылетел за ним.

Впереди у парня было 18 операций и почти год реабилитации. Плакала мать, скрывал скупые мужские слезы отец. И только Мурад не терял присутствия духа. Свои переживания он не показал никому. Наоборот, старался подбодрить товарищей, которые лежали вместе с ним в госпитале.

«Я восхищаюсь его неимоверной силой. Вы вырастили настоящего мужчину!» – сказал отцу главный врач госпиталя. Сам Мурад говорит, что после ранения и выхода из комы он долго не мог поверить в произошедшее. Боялся стать обузой для своих родных. Однако семья и внутренний стержень стали его главной поддержкой. Благодаря близким и собственной силе воли стоически принял новую реальность.

Недавно Мурад Гаджиев вернулся домой в родной город. Перед отъездом из госпиталя ему подготовили протезы рук и ног.

– Это очень хорошие немецкие протезы. И сами мы бы никогда не смогли такие приобрести, – делятся родители.

Но вот беда: для того чтобы научиться ими пользоваться, нужен дополнительный курс реабилитации. А еще – время, чтобы свыкнуться с фантомными болями, которые мучают ежечасно.

– Наш сын очень сильный, – говорит мама бойца. – Я знаю, что он терпит сильные боли, таблетки пьет горстями. Но никогда не жалуется. Младший сын постоянно с ним рядом, во всем помогает. Нас старается огородить от этого. Ему 15 лет. И он для Мурада – его руки и ноги. Учителя в школе пошли навстречу, разрешили свободное посещение. Я вообще очень благодарна людям, которые приходят на помощь. Если бы не их участие, не знаю, как бы мы пережили все это. Мы жили на квартире на пятом этаже. И первое время, пока выделят коляску, приходилось нам с мужем на руках сына поднимать. Глава города Махач Абдулмуслимов, узнав об этом, сам арендовал для нас квартиру на 1 этаже. Просторную, со всеми удобствами. Теперь Мурад может хотя бы на улицу выезжать. Спасибо и представителям фондов «Защитники Отечества» и «Память гор» – они постоянно с нами на связи. Всегда стараются решить любую нашу просьбу. И главный врач городской больницы Руслан Гафуров, и его заместитель по поликлинической работе Аида Расулова тоже наши частые гости и помощники. Благодарим и друзей Мурада, которые приезжают, забирают его с собой. Много людей неравнодушных. И каждого мы благодарим от всего сердца.

– Но есть и те, к кому у нас очень много вопросов, на которые нет ответа, – это представители военкомата. Ни военком, ни его сотрудники ни разу к нам не пришли. Не спросили, как мы живем, какие у нас проблемы. А их немало. Все документы Мурада сгорели в тот трагический день. И мы до сих пор восстанавливаем их. Есть вопросы с материальным обеспечением и выплатами. А еще его даже к медали не представили. Для нас это ничего не значит, а сыну – важно. И обидно, что нет награды, – говорит Савдат.

Перечисляя грани мужества, я забыла обозначить еще одну – мужество родителей, чье сердце обливается кровью, глядя на мучения сына. Савдат и Сайгид с честью проходят это испытание. «Главное, что живой!» – твердят они.

А сам Мурад на вопрос, не пожалел ли о том судьбоносном шаге, что сделал в октябре 2024 года, говорит твердо:

– Я ни о чем не жалею. Я сделал то, что должен был. Важно не скатываться в жалость к себе, в негатив, в уныние и мысли, что жизнь закончилась. Наоборот, нужно себя настраивать на то, что она продолжается.

Просыпаешься и видишь родных и друзей. Это позволяет отталкивать от себя плохие мысли и негатив. У меня нет уныния. Я осознанно пошел на СВО. Уже к этому моменту был сложившейся личностью, как я считаю. Внутренне я не сломался.

Этот сильный духом человек уверен, что впереди ещё много светлых дней, а серьёзное ранение – это не повод для отчаяния.

…Помните, в школе мы читали «Повесть о настоящем человеке»? Тогда нам казалось, что такие герои бывают только в книжках. Да, мы знали, что прототипом главного героя стал Герой Советского Союза, летчик Алексей Петрович Маресьев. Но казалось, что такие люди были только в Великую Отечественную войну. Теперь таких нет. А их много. И совсем рядом.

P. S. Очень надеемся, что эту статью прочтут те, в чьих силах помочь Мураду с реабилитацией, а его родителям – с оформлением всех документов и решением проблемных вопросов. А мы тоже будем держать их под конт­ролем.