История вечной любви
- Сегодня вечером я иду на балет, - сказала я друзьям. - А кто к нам приехал? - Никто. Это наш, дагестанский балет. - Балет? Дагестанский?
В этих двух восклицаниях со знаком вопроса было все… И недоумение, и удивление, и недоверие.
Меня это, честно говоря, даже задело. Ведь Дагестанскому театру оперы и балета в этом году исполняется уже 16 лет. И постановок ярких, интересных, неординарных было немало.
В 1998 году создание театра оперы и балета стало огромным событием в истории, культуре и искусстве Дагестана. Начало театру дала постановка национальной оперы «Хочбар» классика дагестанской музыки Готфрида Гасанова.
Если с оперой все еще было более-менее понятно, то будущее дагестанского балета имело весьма смутные очертания. Оно стало вырисовываться, когда в республику приехал ингушский хореограф Муса Оздоев, имевший богатый опыт танцовщика в разных театрах СССР, педагога. С 2003 года он живет в Махачкале, с 2005 года — художественный руководитель Дагестанского театра оперы и балета.
И с тех пор балетные премьеры – каждый театральный сезон. Балеты «Горянка», «Энигма», «Чарли-великий маг», «Имам Шамиль», «Легенды о любви», «Загадка Кавказа», «Поэт и муза», «Гамлет», «Ромео и Джульетта». А еще были «Солнечный диск», «Земля и небо», «Колесо жизни» в Лакском музыкально-драматическом театре.
Изначально М.Оздоеву приходилось работать с ребятами из ансамблей национального танца, порой, что называется, с улицы. О классическом балете они мало что знали, а о том, чтобы встать на пуанты, и речи быть не могло. Но те 16-18- летние девушки и юноши, которых Муса Хасботович набрал в 2005 году и с которыми кропотливо работал, за эти годы поднялись на несколько серьезных ступеней в мастерстве. Этого удалось добиться неимоверным физическим трудом, энергией и желанием самих соучастников этого процесса. Заложена база классического, современного модерн-балета Дагестана. Премьера этого сезона – балет «Людвиг ван Бетховен. К бессмертной возлюбленной» — яркое тому подтверждение.
В основе балета – музыка великого венца, которая, по его же определению, «высекает огонь из человеческих сердец». Бессмертная возлюбленная — кто она? Конкретное лицо или образ, который композитор искал и не находил всю жизнь? Мелькают на сцене образы женщин, в которых Бетховен был влюблен.Таинственная, страстная, несвободная. Робкая, застенчивая, только вступающая в пору цветения. Дерзкая, бросающая вызов, экспансивная. Совершенство, вдохновение, революция. И все это она – бессмертная возлюбленная.
Фоном звучат слова из писем композитора к Джульетте Гвиччарди, Магдалине Вильман, Жозефине фон Брунсвик – женщинам, сыгравшим большую роль в его жизни.
Наверное, нет человека, который бы не слышал пленительной «Лунной сонаты», сонаты, посвященной любимой женщине, одной из наиболее замечательных бетховенских адажио, отличающихся внутренней глубиной, проникнутых чувством безнадёжной обречённости и безысходной скорби. Кто знает, не было бы той безответной любви к женщине, не родилась бы в душе композитора такая музыка.
Заслуженный артист Республики Дагестан и Республики Ингушетия Арсен Курбанмагомедов, исполняющий роль главного героя, так тонко и так образно передает внутреннее состояние композитора, что становятся понятными боль от разлуки с любимой, страх и ярость, охватившие его при потере слуха, сила, восторжествовавшая над отчаянием, и высшее предназначение – дарить красоту, ведь музыку нужно слушать душой, а душа не может лишиться слуха.
… Занавес. Время переосмысления. Конечно, в постановке еще есть шероховатости, но есть и достижения – переход труппы от современного балета к классическому. Партии главных героинь Джамиля Курбанова, Джамиля Алибекова, Бадрижат Адамова танцуют на пуантах легко, воздушно. Отточены и выверены движения солиста, исполняющего роль Бетховена, он выполняет интересные поддержки.
– Нельзя не отметить, что в зале среди зрителей большое количество молодежи. Значит, утверждение иных, что «балет — искусство не для нашей ментальности», безосновательно?
— Когда я приехал в Дагестан, мне тоже говорили, что балет не в ментальности народов Кавказа. В ответ таким скептикам отвечал, что не во всех государствах Европы, Америки могут принять классический балет. Кому-то нравится модерн-балет, где-то отдают предпочтение классике. У людей разные вкусы. Вот с этих позиций я и создаю базу для балета, и ввожу в репертуар театра спектакли разных стилей, — рассказывает Муса Оздоев. – Когда я ставил «Имама Шамиля», приходилось слышать осуждение, что я имама чуть ли не в трико одеваю. Были и противники постановки балета, которые требовали его запрета. Когда пришли те же скептики на премьеру, то были приятно удивлены – спектакль удался, он не претил никаким канонам ментальности Дагестана. Таким образом, я привлек сторонников и широкую публику в театр через балеты «Горянка», «Имам Шамиль». Уже потом я обратился к европейской современной модерн-классике. Это балеты «Энигма» на музыку рок-группы и «Чарли-великий маг» на знаменитые шлягеры Западной Европы и Америки и музыку самого Чарли Чаплина. Этими двумя спектаклями я заинтересовал разные поколения, не только молодежь. Ностальгия по прекрасной мелодике песен Эдит Пиаф, Мирей Матье, Адриано Челентано, Фредди Меркьюри привела в театр и молодежь, и людей зрелых.
— А к сегодняшней постановке зритель готов?
— Сама идея, что зрителя нужно «готовить», мне претит. Нужно суметь поставить балет так, чтобы вызвать его заинтересованность. Надеюсь, мне это удалось. Музыка Бетховена может вызывать разные эмоции, но оставаться к ней равнодушным невозможно.
— Что вы испытываете сейчас, когда премьера сыграна?
— Опустошение. Вакуум.
— Но ведь он не будет долгим…
— Нет, конечно. Уже задумываюсь над следующим проектом.
— Каким он будет?
— Пока не знаю, вижу его только в общих чертах. Это будет постановка, посвященная святому для меня празднику — Дню Победы. Возможно, в основе будет стихотворение Константина Симонова «Жди меня». А еще… Еще расскажу друзьям, что балет в Дагестане все-таки есть! И приглашу их на спектакль.
Индира Гасанова
фото Юрия Иванова