Купить PDF-версию
18:10 | 27 февраля, Вт
Махачкала
X
04:47 17.01.2013

Ставим амбициозные задачи

Со времени создания Северо-Кавказского федерального округа прошло три года. За это время одни требовали немедленного чуда, другие утверждали, что, сколько ни «заливай» Кавказ деньгами, ничего не получится. О том, какие особенности экономического и социального развития СКФО выявились за эти три года, «РГ» рассказал вице-премьер Правительства РФ – Полпред Президента РФ в СКФО Александр Хлопонин.

— В свое время Стратегию социально-экономического развития СКФО до 2025 года пытались довольно активно критиковать…

— В целом Стратегия подготовлена достаточно качественно. Это некая конструкция, на которую можно «нанизывать» дополнительные задачи, всеобъемлющий, гибкий документ, который учитывает не только экономику, но и особенности межнациональных и межконфессиональных отношений, противодействие экстремизму. Собственно, за это ее и критиковали – где-то недоработали развитие системы образования, миграционные вопросы, вопросы земельных отношений, что-то нечетко прописано. Критику экспертного сообщества стараемся учесть в других нормативных документах, в так называемой дорожной карте, которая нами в течение двух лет разрабатывалась и сейчас передана руководству страны.

— Планировалось, что развитие СКФО будет строиться на четырех китах-кластерах: энергетическом, агропромышленном, инновационно-образовательном и туристическо-рекреационном. «Курортный» увеличился – добавились Ингушетия, Дагестан, особым проектом идут Кавминводы. А по другим направлениям есть изменения?

— В Стратегии 2012–2013-й годы обозначены как подготовительный этап. Но уже сегодня можно назвать предварительные итоги развития. Серьезно продвинулся тур-кластер. Туда начали добавляться новые проекты, но я всегда говорю – давайте работать поэтапно. Есть Архыз, это «пилот», на котором мы должны показать, как проект работает. Потом двинемся дальше и все, что планировали, начнем реализовывать. Туристический кластер самый «продвинутый» и с точки зрения подготовки инструментов: законодательных и нормативных актов Правительства РФ, создания институтов, которые могут реализовывать этот проект.

Энергетический кластер тоже достаточно эффективно развивается. В числе уже утвержденных находятся проекты энергетических монополий: по «РусГидро» – 14 проектов, по ФСК – 78, по МРСК – около 200 мероприятий и объектов. Общий объем инвестиций составляет 114 миллиардов рублей. Это около 6,5 тысячи рабочих мест, которые будут созданы.

В АПК должны выйти на проекты глубокой переработки продукции, на сельскохозяйственные индустриальные парки, разработать бренд экологически чистой продукции Северного Кавказа. Вот здесь, честно могу сказать, пока немного отстаем, хотя это одна из ключевых отраслей, которая будет стимулировать развитие округа.

Инновационный кластер. Тоже не могу сказать, что здесь достигли результатов, которых хотели, но в этой области находимся на подготовительном этапе. Создан Северо-Кавказский федеральный университет как стартовая площадка – это та задача, которая была поставлена и которую мы реализовали.

— С начала 2011 года шла разработка госпрограммы развития Северного Кавказа. Не затянулось ли ее принятие?

— Правительством была поставлена задача – внести проект госпрограммы в конце минувшего ноября и в декабре ее утвердить. Все прошло в соответствии с планом. Согласование между министерствами шло трудно: слишком много задач накопилось, и необходимы значительные ресурсы для их решения. У нас есть наборы социальных и инфраструктурных объектов с высокой степенью готовности к реализации, с проектно-сметной документацией и выделенными площадками. И по мере появления дополнительных доходов в 2013-2015 годах в бюджете Российской Федерации средства будут направляться именно на эти объекты.

Второй этап – 2016-2020 годы. Здесь Минфином также определены предельные лимиты финансирования, объем которых составляет примерно 200 млрд руб. Проблема развития социальной инфраструктуры на Северном Кавказе является критической. Не хватает детских садов, школьники учатся в две-три смены. Поэтому значительная часть ресурсов из этих средств будет направляться на строительство дошкольных учреждений, школ, объектов здравоохранения.
В округе очень высокая рождаемость, но и очень высокая смертность – 164% от среднероссийского показателя. Нужно строить перинатальные центры, роддома.

— А что вошло в экономический блок госпрограммы?

— Прежде всего якорные проекты, которые реализуются без господдержки. Есть готовые к запуску проекты на сумму около 80 млрд руб., которые создадут более 8 тысяч рабочих мест. Есть проекты, которые будут реализовываться с поддержкой государства через Инвестиционный фонд, через механизмы госгарантий. Их у нас на общую сумму около 52 млрд рублей. Отдельной строкой пойдет развитие Кавминвод. Если говорить о показателях по госпрограмме в целом, в социальную инфраструктуру должно быть инвестировано около 300 млрд руб. Планируется построить 1200 объектов образования и здравоохранения. По экономическому блоку программы общий объем внебюджетных инвестиций составит около 2,5 трлн рублей. В этих проектах исходя из наших расчетов будет создано 135 тысяч новых рабочих мест.

— Государство пошло на предоставление беспрецедентных госгарантий в объеме 100 млрд руб. инвесторам, которые вкладывают средства в развитие курортов Северного Кавказа. Однако есть жалобы, что технология получения госгарантий настолько сложна в оформлении, что проще взять кредит в банке…

— Сам механизм предоставления госгарантий действительно был достаточно сложный с точки зрения оформления и согласования документов. Но за счет определенных операций удалось за год минимизировать административные риски, и теперь механизм предоставления гарантий достаточно прозрачный. Но вопрос еще и в том, что ликвидность банков недостаточна для предоставления долгосрочных кредитов – «длинных денег» нет, и риски достаточно велики. Нам казалось, что механизм, когда банки не должны под госгарантии резервировать ресурсы в Центробанке, повлечет за собой снижение процентной ставки. Это не сыграло, потому что сумма в 100 млрд руб. в общем «триллионном» портфеле, который существует в финансовом секторе, минимальна. Если процентная ставка и снижается, то на один-два процентных пункта, что в целом не облегчает экономику. И любому предпринимателю, если он проходит кредитный комитет, на сегодняшний день проще пойти напрямую в банк и взять кредит, чем проходить длительную процедуру согласования для получения госгарантии. Тем не менее этот механизм и дальше будет работать.

На получение госгарантий подготовлено проектов более чем на 20 млрд. Также работаем над деривативами (производными финансовыми инструментами для страхования рисков и извлечения дополнительной прибыли). Под госгарантии мы можем выпускать облигации для размещения и привлечения дешевых денег, в том числе с западных рынков, и за счет их реализовывать проекты на Северном Кавказе.

— Появилось немало серьезных зарубежных инвесторов, готовых вкладывать сюда деньги, невзирая на неспокойную обстановку. Создается ощущение, что они более бесстрашны, чем российские, или лучше просчитывают риски и свои выгоды. Это так?

— Считаем, что в своем доме лучше знаем все риски и поэтому больше боимся. Это проблема. Вторая проблема связана с тем, что у нас сегодня главный инвестор – государство. Если вы посмотрите на проекты, то, как правило, это крупные корпорации и государство. И есть негативная, с моей точки зрения, тенденция, когда российские инвесторы говорят, что будут разрабатывать проект, только денег нет, как государство вы мне их дайте, я его реализую, но все риски тоже пусть будут на государстве. А я сам рисковать не хочу. Такая ментальность имеет место быть в российской экономике. Западники в этом плане более профессиональны. Нельзя в экономике оценивать фактор экстремизма. Фактор коррупционной составляющей или фактор административного давления они могут оценить. И когда мы говорим зарубежным инвесторам о том, что готовы все административные барьеры для реализации проектов снять и защищать их от административного риска, то они готовы работать.

— Один из самых острых вопросов для Кавказа – земельный…

— Небольшая территория, большая плотность населения, много горных районов, мало равнинных территорий, при этом республики многонациональны, поэтому в основе большинства проблем и конфликтов лежит земельный вопрос. Это границы, отгонные пастбища, вопросы проживания отдельных народов и т.д. И каждый вопрос по земле приходится решать в ручном режиме. Начиная от КЧР и на восток к Дагестану работаем в режиме оперативной дорожной карты, все эти вопросы находятся на контроле. Много попыток разыграть через земельные отношения национальную проблематику. И то, что эти проблемные точки сегодня не «горят» – это потому, что главы субъектов, представители Федерального центра, администрации президента, полпредства держат каждую такую точку на контроле.

«Российская газета», регион Северный Кавказ, январь 2013 г. (публикуется с незначительными сокращениями)

 

 

 

 

 

 

 

Статьи из «Экономика»

Форум содействия развитию АПК

35
В Каспийске во второй раз открылся двухдневный...

«…Косточку в теплую землю зарою»

139
Помните эти бессмертные стихи великого Булата Окуджавы?...

Дагестан богат не только теплицами

96
Овощеводство защищенного грунта стало одним из...

Виноградарство: реалии и перспективы

54
Виноградно-винодельческий комплекс Дагестана...

«Дербент Вино»: уважение к прошлому

60
Дагестан – один из старейших регионов России, сердце...

Здесь учат работать и зарабатывать

124
Когда выпускник школы выбирает для поступления...