Голос веков в музее

Марьям Джавадовна – ученица выдающегося археолога-кавказоведа, доктора исторических наук Владимира Ивановича Марковина. Он был ее научным руководителем в московской аспирантуре. От своего учителя она переняла преданность науке, которая помогает ей сегодня в ее непростой, но очень важной работе по сохранению и популяризации исторического наследия.

«Наш фонд состоит из материалов, поступивших в результате раскопок, проводимых на территории республики, все они описаны и пронумерованы, – рассказывает Марьям Джавадовна. – Археологи используют криминалистические методы: точность, скрупулёзность. Мы стараемся зафиксировать прошлое именно в том виде, в котором оно застыло в земле. Важна каждая деталь: как лежал человек – на боку или на спине, согнуты ли ноги, в каком порядке расположены те или иные предметы. Для нас это не просто вещи, а свидетельства истории».

Каждая найденная вещь получает индивидуальный паспорт и инвентарный номер. По этому шифру в музее можно восстановить абсолютно всё: место находки, глубину залегания, век, сопутствующий инвентарь. Строгая система учёта позволяет не только физически сохранять реликвии, но и совершать новые научные открытия спустя десятилетия после того, как предмет был извлечён из земли.

Путь Марьям Сагитовой в профессию был предопределен самой эпохой. В советские годы археологическая практика была обязательной частью обучения историков, но для Марьям она стала призванием. Свою первую экспедицию она совершила еще студенткой Дагестанского педагогического института под руководством известного ученого Мурада Магомедова.

Студенты исследовали Андрейаульское городище  – раннесредневековые памятники с оборонительными сооружениями и курганы сарматского времени. Там были и палатки, и гитара у костра, и походная кухня на открытом огне – та самая романтика, о которой слагают легенды. В последующем раскопки с ее участием велись на Агачкалинском могильнике в Буйнакском районе, Верхнечирюртовском курганном могильнике в Кизилюртовском районе и других памятниках.

После окончания вуза и аспирантуры в связи с замужеством и рождением ребёнка активная полевая работа стала невозможной. Многие годы Марьям Джавадовна была в отрыве от раскопок и археологических открытий. В начале 90-х она поступает на работу в Дагестанский государственный объединенный музей (ныне Национальный музей РД), где начала работать в фонде «Археология».

«Фонд был в плачевном состоянии, – вспоминает она. – Сырость, прогнившие коробки, ржавые стеллажи. Потребовались годы, чтобы классифицировать и систематизировать тысячи находок».

Пока дети росли, Марьям Джавадовна вела свою тихую музейную деятельность, но при этом старалась не терять связи с наукой. Она сосредоточилась на публикациях, выступала на крупных конференциях, в том числе на знаменитых Крупновских чтениях. А когда археологические исследования активизировались, снова вернулась в поле, участвуя в раскопках в Моздоке, Табасаране и других территориях.

Одной из ярких страниц последних лет в археологической науке Дагестана стали раскопки могильника Черкес-Кутан, относящегося к сарматскому периоду (IV–II века до нашей эры). Ирония судьбы заключается в том, что этот уникальный памятник скрыт под слоями мусорной свалки на окраине Махачкалы.

«Чуть правее этой свалки должны были прокладывать газопровод, – объясняет Марьям Джавадовна. – Строительные работы открыли доступ к систематическим раскопкам, что позволило нашим ученым собрать богатейший исследовательский материал».

Экспедиция под руководством Рабадана Магомедова исследовала 103 погребения. Работать приходилось в суровых зимних условиях: сырая земля и плохая сохранность вещей требовали от археологов предельной осторожности и скрупулезности. Но результат превзошёл все ожидания. Учёные извлекли уникальные артефакты. Часть этих предметов фонд «Археология» представил в эти дни на выставке «Приморский Дагестан. На стыке культурных миров».

Среди находок имеется биметаллическое оружие, где рукояти бронзовые, а клинки железные. Особый интерес вызывают украшения конского убора, так называемые фалары с изображением сцен терзания хищником лани. Найден уникальный железный меч с рукоятковидным перекрестьем.

Однако центральное место в экспозиции занимают ритуальные предметы.

«Вот курильницы – сосуды, в которых окуривали благовония или, возможно, галлюциногенные растения во время религиозных церемоний, – показывает экспонаты Сагитова. – А это сосуд-погремушка. Если его встряхнуть, он гремит: в полое дно заложены керамические шарики. Такие вещи использовали во время религиозных обрядов».

На витринах представлено потрясающее разнообразие украшений: многовитковые и одновитковые браслеты с сомкнутыми и разомкнутыми концами, зооморфные пряжки, ажурные бляхи, перстни, височные подвески, которые пришивались к головным уборам. Отдельного внимания заслуживают так называемые ложковидные булавки. Ими закалывали одежду наподобие римских тог, и встречаются они в массовом количестве только на дагестанских памятниках.

«Посмотрите, какое разнообразие бус. Тут и колоколовидные подвески, и бусоразделители из пасты, раковин, полудрагоценных камней. Очень много изделий из сердолика, – с гордостью демонстрирует коллекцию наша героиня.– А вот раковины каури. Они поступали сюда из Индийского океана и Персидского залива по Великому Шёлковому пути вдоль побережья Каспия и часто играли роль валюты».

Каждая из этих крошечных бусин – свидетельство торговых связей Приморского Дагестана две тысячи лет назад. Здесь, в музейных витринах, предметы обретают свой голос.

«Каждая вещь привязана к конкретной культуре и эпохе. Месторасположение тоже играет роль: на равнине, в горах, на юге или севере Дагестана. Потеря контекста для науки недопустима», – подчеркивает Марьям Джавадовна.

Сегодня, в эпоху активного строительства, прокладки газопроводов и дорог, в республике начались масштабные работы на известных археологических памятниках, которые многие годы были законсервированы. Массовые раскопки в Хасавюртовском районе, близ Дербента, частично в Табасаране дают новые коллекции. Их необходимо принять, учесть, обработать и ввести в научный оборот. Одновременно идет масштабная цифровизация – работа над Государственным каталогом Музейного фонда России. Но, как это часто бывает, для ведения такой разноплановой работы критически не хватает времени и рабочих рук. Марьям Сагитова с горечью констатирует: несмотря на богатейший материал, в музее никогда не существовало отдела археологии, как это практикуется в крупных музеях страны.

«Я уже в возрасте, когда надо будет уходить, и хочется оставить после себя всё в надёжных руках: не просто сдать дела, а передать свой опыт, – говорит она. – У нас единственный музей, куда обязаны сдавать все материалы с раскопок, а площадей и людей не хватает. Благо с недавних пор при поддержке нашего директора в фонд приняли нового специалиста, человека с опытом работы в этой области Зухру Кузееву. Это большая помощь, но я всё же очень надеюсь, что со временем мы создадим при нашем музее отдел археологии, в котором бы была поставлена работа на уровне лучших музеев страны. В наших фондах много уникальных археологических артефактов, мы их не только исследуем, но и стараемся популяризировать. Хотелось бы расширить эту деятельность, чтобы об археологических богатствах Дагестана узнало как можно больше людей».