Лермонтов и Темир-Хан-Шура

Впервые Михаил Юрьевич побывал на Кавказе в 1819 году, будучи пятилетним ребенком. Жил в станице Шелкозаводской, где находилось имение его родственников. Через шесть лет снова приехал со своей бабушкой Арсеньевой на Кавказ. Отдыхали они в Кисловодске. Любознательный мальчик очень непосредственно и живо общался с жителями гор. И эти простые люди с каждым днем всё больше овладевали его впечатлительным воображением.

В 1830 г. шестнадцатилетний юноша пишет свои первые поэмы «Черкесы» и «Кавказский пленник», но никому не показывает их. Хотя втайне мечтает о том, чтобы эти произведения были напечатаны.

В 1832-м в журнале «Московский телеграф» была опубликована повесть о Дагестане А. Бестужева-Марлинского «Аммалат-бек». Несмотря на то, что это произведение считалось в художественном плане не совсем удачным, им всё равно зачитывались.

К примеру, Александр Пушкин охарактеризовал повесть так: «Несомненно, что Бестужев-Марлинский весьма талантлив. «Аммалат-бек» показывает истинные, настоящие характеры горцев. Но есть и недостатки. Повесть чрезмерно страдает длинными фразами. Отсутствует краткость».

Лермонтов тоже зачитывался этим произведением и даже стал делать к нему свои иллюстрации. Интерес юноши к Дагестану и Чечне был всегда велик.

Этот интерес подогревали и его товарищи, сыновья кумыкского шамхала Тарковского Шах-Вали и Мехти Гасан-хан, которые учились вместе с ним в школе гвардейских прапорщиков и кавалерийских юнкеров в Петербурге.

Шах-Вали бывал в ауле Буйнак, на родине Аммалат-бека, и многое рассказывал Лермонтову об этом легендарном человеке, о Дагестане. Как, впрочем, и Мехти Гасан-хан, который впоследствии служил вместе с ним в лейб-гвардии гусарском полку.

***

В 1837 году, после того как Лермонтов написал стихотворение «Смерть поэта», посвященное памяти Пушкина, его по указанию императора Николая I отправляют на Кавказ.

В это время в Дагестане, недалеко от Темир-Хан-Шуры, имамом Шамилем было организовано крупное восстание горцев. Лермонтов был командирован туда в составе гвардейского экспедиционного корпуса.

Поэт записал в своем дневнике: «Сражение у «Грозной скалы» было коротким, но яростным. Наши солдаты немного растерялись и отступили за речку. Горцы отличные стрелки, и очень метко попадают в цель. Я чудом остался жив».

Известно, что Михаил Юрьевич был смелым воином. Он мог один на лошади скакать неподалеку от позиций, где находились горцы, нисколько не думая о том, что может быть убит. Также известно, что сами горцы очень уважали Лермонтова за его беспримерную храбрость.

Один из его сослуживцев вспоминал: «Лермонтов был отчаянно храбр, удивлял своей удалью даже старых кавказских джигитов. Солдаты любили своего отважного поручика, который был вместе с ними в жарких делах».

А вот что мы читаем в дневнике самого поэта: «Следующим утром снова был бой. Мы оттеснили горцев. В этом бою я получил ранение». Он был ранен в грудь, рана оказалась неопасной. Возможно, именно после этого сражения поэт написал такое стихотворение:

В полдневный жар в долине Дагестана
С свинцом в груди лежал недвижим я;
Глубокая еще дымилась рана,
По капле кровь точилася моя…

***

Интересен случай, когда сенатор и руководитель всех почтамтов России Александр Булгаков приехал по приказу императора в Темир-Хан-Шуру по делам и встретил там Михаила Лермонтова.

Чиновник, широко раскинув руки, слегка приобнял поручика и спросил:

– Как вы поживаете?

Любивший часто иронизировать поэт ответил:

– Благодаря вашим молитвам, как видите, до сих пор я не убит. Правда, был ранен, но излечился.

Булгаков усмехнулся.

Потом поэт тихо попросил:

– Не могли бы вы, сударь, оказать мне услугу?

– Чем же я вам могу быть полезен?

Лермонтов серьезно сказал:

– Я написал письмо госпоже Лопухиной, которая ныне имеет фамилию мужа Бахметева. Не могли бы доставить письмо ей в Петербург?

– Хорошо. Я отправляюсь через три дня.

– Очень прошу вас, только не потеряйте и никому иному не передавайте.

– Господин поручик, не вразумляйте меня. Я всё прекрасно понимаю.

– Извините, не хочу, чтобы оно попало в чужие руки.

Через три дня сенатор выехал в Петербург. А через два месяца Лермонтов получил короткое послание от Лопухиной.

«Счастлива, что есть вы на свете и что имею возможность ответить вам. В обществе все только и говорят о вашем романе «Герой нашего времени». Хотела бы и я побывать в Темир-Хан-Шуре. Но получится ли? У меня ведь строгий муж. И вы об этом знаете. Господин Булгаков говорил, что крепость окружена надежно со всех сторон высокой стеной. Значит, вы в безопасности. Я спокойна за вас. Он интересный и весьма грамотный дяденька. Был со мной весьма любезен. Буду ждать вашего приезда в Петербург.

Кланяюсь вам и целую вас. Ваша Лопухина-Бахметева. 1840 г.».

***

Исследователь творчества Михаила Юрьевича, писатель Павел Висковатов, который знал при жизни Булгакова, писал:

«Александр Яковлевич, узнав о гибели Лермонтова, был потрясен печальной новостью. Так вышло, что спустя некоторое время он случайно в Петербурге встретил секунданта Лермонтова князя Васильчикова. Не стал здороваться с ним и грозно спросил о том, почему не предотвратили дуэль? Васильчиков ничего внятно не мог ответить. И тогда Булгаков, не сдержавшись, стал кричать:

– Вы все, кто был там, являетесь убийцами, а не только господин Мартынов! Как могли вы, супостаты, допустить такое? Привлечь вас надобно к строгому суду за это преступление.

Васильчиков попытался оправдаться, но Булгаков лишь презрительно глянул на него».

А еще сенатор рассказывал Висковатову о своей приятной встрече с Лермонтовым в Темир-Хан-Шуре. После этой беседы он и занялся исследованием творчества поэта.