Месть привередливого кота

Вот и в этом году на День единства они решили куда-то поехать. На этот раз они сыновей не взяли: отец отвез их к своей тёще в город Кизляр. Как я понял из их разговора, они собирались провести три выходных дня то ли в Домбае, то ли в Дубае. Я часто путаю названия этих двух городов и ошибаюсь при определении их места расположения.

Я звоню сыну и прошу привезти ко мне их кота Краба на эти три дня. Он всегда один проводит свои дни на четвёртом этаже в одной из квартир огромного здания в городе Каспийске. Его хозяева, сын мой с супругой и их дети, дома бывают только с десяти вечера до восьми утра. А кот сидит на подоконнике и смотрит на улицу и ждёт: вдруг появится там его любимчик Джамал.

Вот потому прошу я сына привезти кота ко мне. И ещё одно обстоятельство побудило меня к этому шагу: в настоящее время из-за болезни супруги я остался один в квартире. «Вдруг умный кот приукрасит моё одиночество», – думаю я.

Краба со всем своим хозяйством привезли ко мне в Махачкалу, чтобы он развеял мою тоску и печаль. Трудно старику без жены в пустой квартире.

Перед отъездом в Домбай или Дубай сын сказал мне, как быть с котом. По его словам, его кормят два раза в день. Утром и вечером надо давать ему специального кошачьего корма из двух пакетиков. И больше ничего. Сын налил воду в миску и сказал, что этой воды коту на три дня хватит. «Понял, – говорю я, – утром и вечером по два пакетика. Всего четыре пакетика в день, и больше ничего».

Я три дня кормил Краба, как советовал сын. Правда, однажды я дал ему немного жареной рыбы, а в другой раз и варёного мяса. Он всё это съел с большим аппетитом.

Когда утром и вечером пил кофе, я подзывал кота и подносил к его морде чашку. Он принюхивался, фыркал и быстро отходил. Отсюда, наверное, он сделал вывод, что я люблю кофе, и запомнил это.

В самом начале своего проживания со мной Краб был настороже: даже прикоснуться к себе не позволял.

В Интернете я прочитал о том, почему кошкам нравится, когда гладят и чешут их шею. Оказывается. когда ему чешут подбородок и шею, кот вспоминает своё самое раннее детство и ему кажется, что это мать облизывает его.

Второй день он позволил мне почесать свою шею и наслаждался этим. Видимо, он вспомнил свою мать. Но когда ночью я позвал его в свою кровать, он не пришел. Когда проснулся в полночь третьего дня, я увидел рядом с собой Краба. Я осторожно протянул к нему руку, чтобы обнять его. И он свои передние лапы положил на мою руку и уснул. Может быть, он вспомнил, как я гладил его по шее, когда два года назад его, маленького, привезли к нам. И, конечно же, он опять вспомнил свою мать.

Я же никак не мог уснуть, боясь нечаянно во сне вытащить свою руку из-под лап кота и этим движением разбудить его. А когда проснулся, заметил, что кота рядом нет. Думаю, что кот постеснялся своей сентиментальности и вовремя исчез.

Поздно вернувшийся из поездки сын в третий день вечером ко мне не заехал, и потому Краб остался со мной и на четвёртый день. Чтобы покормить кота, я утром купил еду у нас в магазине на первом этаже.

Вечером того дня кот раньше обычного засуетился: начал ходить туда-сюда, звал меня и показывал на свою пустую миску. Я понял, что он проголодался. Подумал, что кошачья пища из нашего магазина была менее калорийной. И всё равно, я решил покормить кота попозже, как это делал в предыдущие три дня.

Что же делает эта усатая морда?…

Я сидел за столом, приготовившись пить вечерний кофе, и смотрел телевизор. Кот взобрался на стол и, как бы случайно толкнув боком чашку, разлил мой кофе по столу. Потом, даже не обернувшись, гордо прошёлся по столу, перебрался на подоконник и сел там.

«Случайно ли это было? – думаю я. – Или это была самая настоящая месть привередливого кота?».