Непридуманный мир

Мир, сотворённый тобой

Трудно сказать, в какой момент керамист Эльмира Омарова (на снимке) приняла решение изменить привычный ход вещей и заняться искусством, требующим не навыков, а размышлений, поиска, творческого куража, некой одержимости. И каждый раз она задавалась вопросом: по силам ли ей то, что требует вдохновения, хватит ли умения избежать создания того, что можно увидеть в любой лавке, полной глиняных поделок, не вызывающих желания их приобрести. Она, создавая свое видение, старалась запечатлеть то, что складывалось из детских ассоциаций, ощущений цвета и формы.

– Из исторических реалий, – рассказывает Эльмира, – сложился и своеобразный уклад жизни людей, рожденных с желанием сохранять старинные ремесла. И мне неосознанно хотелось создать свое рукотворное искусство, чтобы удивить людей творческой задумкой. Мои родители (папа – ветеринар, мама – швея) не заморачивались «придуманным» миром. Перерастет, сама поймет, что нужно, чтобы крепко стоять на ногах будущей матери, хозяйке дома, рассуждала родня, посчитав, что Кизлярский медколледж лучшее для этого учебное заведение.

Сказано – сделано. Эльмира отлично училась, на ней держалась вся общественная работа. И вроде бы и не мечтала о творческой карьере, но втайне ей хотелось попробовать свои силы в искусстве дизайна, о котором тогда мало кто знал.

Рождались мечты попробовать себя в деле, создающем особое настроение, что могло бы вызвать восхищение у зрителя современным интерьером горского дома, где все сделано твоими руками. Но все шло своим чередом. И год работы в детской поликлинике, в городской больнице подтолкнул к желанию освоить модную тогда косметологию. На это ушло шестнадцать лет.

Последние годы Эльмира проработала в Краснодаре. Успешный бизнес, благодарная клиентура. Коллеги удивлялись, считая, что она уходит в никуда – ну какая там керамика!

– Но я приняла решение и отказываться от желания открыть гончарную мастерскую не собиралась, – вспоминает Эльмира. – Всё сошлось, и я облегченно вздохнула, решив для себя, что теперь точно займусь любимым делом. И в свободное от работы время брала в руки кисть, передавая через холст свое настроение, развивая пространственное мышление, отображая свои мысли в философских сюжетах, понятных только мне. Это трудно объяснить, но моей рукой словно водила неведомая сила, давая простор мыслям и чувствам.

Мой горский дом

– Керамика в моей жизни появилась не случайно, – замечает Эльмира, – и мечта о доме, который я смогу обустроить в традициях горской сакли, подтолкнула к изучению ремесла, где я смогла бы реализовать себя, создавая глиняный мир во внутреннем интерьере, совмещая его с современными технологиями.

Люди по-разному приходят в творчество, но каждый горит желанием развиваться, достигать духовного совершенства, иначе говоря, познавать тайны природы, создавать из природного материала произведения, наполненные энергетикой живого человека, передающего по кругу душевное тепло. А еще – заряжать зрителя авторской энергией, что делает его не просто искусством, а мощным инструментом внутренней работы над собой, элементом самопознания.

Эльмира говорит, что многие её рассуждения исходят из творческого гена предков. «Знаменитых балхарских корней у меня нет, – говорит она, – хотя мои предки из Акушинского района. А моя сестра напоминает, что я лепила из пластилина целые города, собирая соседских детей, чтобы они могли полюбоваться детской композицией».

Творческая личность, Эльмира рассказывает, как впервые отправилась на мастер-класс в одну из гончарных студий в Махачкале и буквально за три-четыре урока освоила новое для себя дело. Хозяева были удивлены природной сноровкой, навыками, предложив ей сразу преподавать. Она с удовольствием занялась работой с новичками. Тогда же талантливому мастеру предложили взять соцконтракт на открытие собственного дела.

Она купила муфельную печь для обжига, гончарный круг, все необходимые принадлежности, и вот студии уже больше трех лет. Мастер-керамист признается, что каждый день для нее – встреча с творчеством, радость от предстоящей работы, в которой она использует все богатство дагестанской орнаментики различных ювелирных, художественных школ, элементы школ ковроткачества горного края.

По ее мнению, кубачинская орнаментика отличается особой структурированностью, а каждый нанесенный штрих несет в себе смысловую нагрузку. У мастера есть свой сайт, на который могут зайти ее коллеги, чтобы поделиться уникальным опытом, необходимой информацией. Немало творческих контактов у Эльмиры Омаровой с питерскими коллегами, где в свое время она проходила онлайн обучение.

Тепло рук мастера

Прочные рабочие контакты завязались также с Москвой и Ростовом, где сосредоточены гончарные центры, переживающие всплеск популярности.

– В век цифровизации, – замечает Эльмира, – люди тянутся к ручной работе, обладающей неповторимой индивидуальностью, несущей в себе тепло рук мастера, рождая ощущение особой эксклюзивности. Многое, над чем экспериментируешь, несет в себе не утилитарный подход, а в большей степени декоративный, используемый по дагестанским мотивам в качестве украшений, посуды, созданных с утонченным вкусом. Друзья признаются: кофе из таких кружек особенно вкусный и ароматный.

Для мастера ручное производство, соединяющее современные и традиционные техники, – один из основных принципов, за каждым из которых исторические корни. В этом предметная ценность каждой чашки, пиалы, тарелки, функциональность которых сохраняется со времен неолита.

Эльмира замечает, что для нее важен сам процесс создания глиняной эстетики, подчеркивает важную роль керамики среди средств художественной выразительности. Увлеченная личность, Омарова не пытается следовать модной конъюнктуре. В ней та основательность, что придает уверенность в творческом поиске. Использует для этого зашифрованные древними мастерами стилизованные растительные мотивы, геометрические узоры, символические знаки, придающие современным образам глубокий сакральный смысл, который еще неведом новым поколениям.