Этническая общность

Языковеды указывают на существование у народов Дагестана в далеком прошлом единого праязыка, который, как полагают исследователи (проф. У. А. Мейланова), распался в III тыс. до н. э. Данное предположение подтверждается существованием общего лексического фонда, свойственного не только для дагестанских языков, но и для многих языков иберийско-кавказской семьи, объединяющей четыре группы: картвельскую, абхазо-адыгскую, вайнахскую, дагестанскую. Этническое родство палеокавказских народов (представители палеокавказской этнической семьи являются древнейшими обитателями Кавказа, отсюда и название – «палеокавказские») прежде всего подтверждается данными их языков. Академик И. А. Джавахишвили в работе «Первоначальный строй и родство грузинского и кавказских языков» показал, что чем в более ранние периоды истории коренных кавказских языков удается заглянуть, тем более явственно выступает родство между ними как в лексике, так и в грамматическом строе. Исходя из этих фактов, А. С. Чикобава также утверждает, что «кавказские языки – это понятие генеалогическое».

Вывод о языковом единстве – едином дагестанском субстрате у далеких предков всех коренных народов Дагестана подкрепляется данными археологии. Подобно языковым материалам, археологические данные говорят об удивительном единстве археологической культуры на обширной территории Кавказа и невольно наводят исследователей на интересную мысль, что культура древнейших земледельческо-скотоводческих племен (III тыс. до н. э.) является подосновой кавказского этнического субстрата. В свете уже давно высказанных положений об этнокультурной общности древнего населения Дагестана, по данным языка и последних археологических исследований, вывод об этнической общности его населения приобретает наибольшую убедительность по данным антропологии.

По имеющимся данным, с древнейших времен предки дагестанских племен жили на Восточном Кавказе. Согласно археологическим исследованиям последних десятилетий, на территории Дагестана наблюдаются непрерывность культурного развития и присутствие в основном одних и тех же антропологических типов. В эпоху поздней бронзы и раннего железа на территории Дагестана возникли племенные объединения. Греко-римские и раннесредневековые авторы упоминают о предках некоторых нынешних дагестанских народов. Процесс консолидации дагестанских племен в народности был длительным, и для некоторых из них он завершился к середине I тысячелетия н. э., а для других – в раннем Средневековье и позже.

Легенды, древние предания народов Дагестана также говорят об их этническом единстве. Еще средневековые авторы выдвинули теорию этнического родства кавказских народов. Грузинский летописец XI века Леонтий Мровели в самом начале своего исторического труда ставит вопрос о единстве происхождения коренных народов Кавказа: грузин, армян, азербайджанцев, народов Дагестана, чеченцев, ингушей и других. Впоследствии сложные исторические процессы, прежде всего экономическая и территориальная разобщенность, воздействие внешнеполитических факторов, миграции и т. д., привели к расчленению первоначально существовавшего единого этноса на множество народностей и этнических групп.

В процессе непрерывных нашествий извне, ослабления экономических связей различных частей Дагестана всё больше усилились различия между жителями края. С древнейших времен они являлись ближайшими соседями. Более того, в течение ряда веков горцы Дагестана входили в состав единого политического образования – Албанского государства. Связи между ними не прекратились и с распадом Албании. И позже некоторые владетели Дагестана неоднократно делали попытки объединиться в единое политическое образование.

Следует отметить, что чувство единства, общности никогда не покидало рядовых горцев, хотя этому мешали господствующие классы, иноземные завоеватели, которые натравливали одних дагестанских владетелей на других.

Постоянными были экономические связи. Каждая из дагестанских народностей обменивалась продуктами своего хозяйства: население горных районов поставляло скотоводческие товары, плоскостные районы являлись житницей для его населения. Кубачинские изделия проникали во все уголки Дагестана. Лезгинские и табасаранские ковры пользовались спросом как внутри, так и за пределами Страны гор.

Культурно-историческое единство Дагестана отложилось и в географо-этнической традиции, номинации области – если средневековые авторы еще не знали этого понятия и говорили об отдельных нескольких «царствах», владениях, то уже с XIV – XV вв. появляется термин «Дагестан», это несомненно свидетельствует о складывающемся географическом, культурном и отчасти этнополитическом единстве Дагестана.

Еще теснее дагестанские горцы сплачивались в периоды иноземных нашествий. Многочисленные факты говорят о совместной борьбе народов против иноземных завоевателей – римских легионов, парфян, арабов, тюрок-сельджуков, татаро-монгол, сефевидов, турок, полчищ Надир-шаха и прочих.

Несмотря на этническую и политическую разобщенность, дагестанские горцы в период иноземной опасности совместно поднимались на борьбу с завоевателями. Так было в период нашествий греко-римских завоевателей, когда объединенными военными силами народов Кавказа, в том числе и Дагестана, завоеватели были разгромлены.

В раннем Средневековье народы Дагестана вели борьбу против сасанидов. За весь период существования Сасанидского Ирана (III–IV вв.) не прекращалась борьба народов Дагестана против иноземных нашествий. Письменные источники сообщают о том, что одиннадцать «царей» Дагестана выступили против персов.

Особую тяжесть горцам пришлось испытывать в период арабских нашествий, огнем и мечом насаждавших ислам в Дагестане. Народы его в совместной борьбе отстаивали свою независимость. Завоевательные походы арабского полководца Мервана на Лакз (феодальное владение в Южном Дагестане), Табасаран (современный Табасаран), Серир (современная Авария), Зирихгеран (Кубачи с прилегающими аулами), Туман (территория, населенная лакцами) и на другие части Страны гор были разрушительными. На дагестанских горцев арабы наложили значительную сумму налогов в виде скота, зерна, рабов и т д. Арабам долго не удавалось покорить горцев. Процесс подчинения горцев и утверждения ислама в горах был длительным, что лишний раз говорит об упорном сопротивлении дагестанских народов.

Древнегрузинские летописцы сообщают о борьбе народов Дагестана против тюрок-сельджуков. Имеются данные, говорящие о совместной борьбе горцев против, татаро-монгол. Западноевропейский путешественник Гильом Рубрук, автор сочинения XIII вв., писал, что лесги (дагестанцы) непокорны татарам (монголам).

Любопытные данные о совместной борьбе горцев Дагестана против полчищ Тимура сообщает арабоязычный автор Шереф-ад-дин Иезди. Например, когда Тимур осадил Ушкуджа (полагают, Акуша или Усиша), на помощь жителям пришли шамхал Казикумухский и Аухарский (аварский) с 3-тысячным войском.

Известны многочисленные факты о совместной борьбе народов Дагестана против сефевидов, султанской Турции и других завоевателей. Когда ширванский правитель Зульфукар-хан начал в подчиненном Табасаранскому правителю районе – Шабране – осуществлять свою власть и нанес поражение правителю Табасарана, тем самым Зульфукар-хан, как пишет Гасан Алкадари, обидел не только табасаран, но и всех дагестанцев.

В Дагестане аталычество и связанное с ним молочное родство были весьма распространены. Феодальные правители стремились сблизиться между собой, заключая брачные союзы. Так, сыновья шамхалов были женаты на дочерях аварских владетелей. Шамхалы и ханы аварские для этой цели вступали в брачные союзы с кумыкскими правителями, а последние имели связи с кайтагскими уцмиями.

С усилением угрозы со стороны Ирана в 1615 году в Тарках состоялся съезд, на котором присутствовали казикумухский правитель Алибек Андий шамхал, кайтагский уцмий Рустам-хан, эндиреевский Султан-Махмуд и другие. В период иноземной опасности участники съезда решили «прекратить междоусобицы и не искать поддержки друг против друга ни у кызылбашского шаха, ни у крымского хана, ни у турецкого султана».

«В случае войны, – писал турецкий путешественник XVII вв. Э. Челеби, – все правители и ханы Дагестана объединяются в единую силу и выступают против врага».

Особую солидарность народы Дагестана проявили в период борьбы против Надир-шаха, «Грозы вселенной», как его называли. Перед смертельной опасностью ранее враждовавшие общества, отбросив свои распри, заключали договоры и совместно выступали против врага. Согласно данным историографа Надир-шаха Мухаммед Казима, во время сражения в Табасаране на помощь местным жителям пришли аварцы, даргинцы, лезгины, лакцы. Сопротивление дагестанских народностей вылилось в настоящую народную войну. Полчища Надир-шаха окончательно были разгромлены во владении кадия Табасарана, в местности, получившей название «Иран-хараб» («Разорение» или «гибель» Ирана). Об этом свидетельствуют и фольклорные памятники горцев.

В конце XVIII в., когда иранский Ага-Магомед-хан Каджары угрожал Дагестану, требовал покорности от дагестанских владетелей, шамхал Тарковский, уцмий Кайтагский, кадий Табасаранский и другие собрались на общий совет и единодушно отвергли требования иноземного завоевателя.

Важное значение в развитии взаимоотношений народов Восточного Кавказа между собой и с Россией имел Георгиевский договор 1802 г., заключенный посланниками Кайгага, Табасарана, шамхальства Тарковского, ханств Дербентского, Бакинского, Шемахинского, Талышского и других. В том же году дагестанские феодальные владетели дали клятвенное обещание «перед всемогущим богом великим пророком Мухаммедом святым его Кораном», в нерушимости их дружеского союза.

Дальнейшим этапом во взаимоотношениях дагестанских народов явилось присоединение их к России в 1813 г. Однако этот акт не привел, да и не мог привести к социальному и национальному освобождению трудящихся горцев, наоборот, народы окраин подверглись еще большему угнетению. Поэтому в 20–50-х гг. XIX в. горцы Дагестана и Северного Кавказа совместно боролись против гнета царизма и местных феодалов.

Присоединение Дагестана к России содействовало прогрессу всех народов и этнических групп края. Русские ученые помогали в подготовке специалистов, в развитии экономики и культуры Дагестана. За годы советской власти в результате осуществления в республике социально-экономических преобразований общедагестанское единство вступило в дальнейший этап.

Единство народов нашей многонациональной республики (аварцев, даргинцев, кумыков, лезгин, табасаран и др.) выдержало суровое испытание в годы Гражданской войны, в первые годы советской власти, в годы Великой Отечественной войны.

Таким образом, история не раз бросала Дагестану вызов, но наши предки всегда находили достойный ответ, когда стоял вопрос: быть или не быть единому Дагестану с единством его народов. Так было и когда началось вторжение международных террористов в августе–сентябре 1999-го! В те дни никто не задавался вопросом, кто из дагестанских народов какой национальности – все ощутили, что прежде всего мы дагестанцы. Традиционно так было всегда – дагестанские народы сплачивались и создавали отряды самообороны для защиты родной земли и свободы. Патриотическим духом был охвачен весь Дагестан и вместе с Российской армией дагестанские горцы сражались до полного изгнания врагов со своей территории.

Единство народов – великое благо Дагестана. Жить и трудиться в единстве, где царят братство, труд и свобода, стало нашей традицией, частью нашей истории.