Чертовщина
Собственно, ботинки были еще ничего, и выкинуть было жалко. Сработал их испанский сапожник, возможно, из шкуры андалузского быка, а испанской обуви, как известно, сносу нет. Вахрамей достал из бронзовой шкатулки толстенную иглу и шило, жирно навощенную дратву, накинул на колени желтую клеенку и принялся за работу. Шилом проткнул дыру в подошве, а также на кромке задника и сунул туда иглу. Но игла не проходила. Кособукин приложил необходимое усилие. Игла вместе с дратвой исчезла в нутре ботинка, пробила клеенку и больно ужалила левое колено.
- Черт бы тебя побрал! - выругался Вахрамей. И тут без стука вошел волосатый мужик во фраке, с копытами и при рогах. С копчика свисал обшарпанный хвост.
- Абдулпатахыч, вызывал, что ли?
- Вызывал! – с вызовом ответил закаленный в битвах с налоговыми инспекторами мелкий предприниматель Кособукин.
- Тогда забираю!
Парнокопытный мужик вытащил из ботинка иглу с дратвой и был таков.
Вахрамей расстроился: игла была хорошая.
В это время из спальни вышла жена и начала пилить Вахрамея, что торговля с контейнера на оптовом рынке идет из рук вон плохо, другие давно уже заимели собственные магазины, а он все топчется на стадии первоначального накопления капитала. Расстроенный потерей иглы Кособукин не выдержал:
- Да чтоб ты сдохла!
Супружница грохнулась на пол. Кособукин вызвал скорую. Молодой врач пощупал пульс, взглянул на Вахрамея и поставил диагноз:
- Летальный исход. Вскрытие будем делать?
Расстроенный потерей иглы, да еще и благоверной, Вахрамей Абдулпатахович послал его к черту.
Парнокопытный мужик дважды просить себя не заставил, явившись, заграбастал реаниматора в охапку и был таков.
Вахрамей совсем загрустил. Направился в кухню, где в холодильнике была початая бутылка водки. Но споткнулся об лежащую супругу и упал.
- Да пропади ты пропадом! – не стерпел Кособукин посмертную месть жены.
И надо же: пропала супружница. И следа не осталось. Заодно исчезли и проблемы с похоронами.
В это время в дверь постучали. «Наверное, милиция», - подумал Вахрамей и мужественно пошел открывать дверь. Но это была не милиция. Это был инспектор Госпожнадзора.
- Ваш контейнер на рынке до сих пор не оборудован системой пожаротушения, - канцелярским голосом произнес инспектор.
Вахрамей достал из подвала огнетушитель и направил пенную струю на инспектора. Пока тот приходил в себя, выудил из-за унитаза заначку и заплатил штраф. Инспектор выписал квитанцию, глядя в вахрамеево зеркало, обрезал опаленные молнией усы и ушел не попрощавшись. «Ну и черт с тобой!» - хотел было сказать Кособукин, но передумал. Он вспомнил, как один знакомый адвокат говорил ему, что на одно правонарушение два наказания не бывает.
И тут его взгляд упал на злосчастный ботинок. «И все это из-за него», - подумал Вахрамей. И пошел выбрасывать ботинок.
- Будь здоров! - сказал Кособукин и бросил ботинок в мусорный ящик. Но тут же вытащил его обратно: ботинок был как новый! Не требовались ни игла, ни дратва.
«Надо было, оказывается, начинать именно с этого, - поздно спохватился Вахрамей, - черт бы меня побрал!»
Явился волосатый мужик во фраке, с копытами и при рогах. С копчика его свисал обшарпанный хвост. «А хвост-то от андалузского быка», - только и успел подумать Абдулпатахыч...
Монтер Фаза проснулся в холодном поту. Триллер кончился. Придя в себя, он поклялся на тестере, что никогда не изменит своей профессии. «А этим сапожникам я устрою короткое замыкание», - пообещал поклонник Вольта и Ампера.