Ген Победителя у нас не отнять!

Начало конца лидерства

Европейцы в ХХ веке «подарили миру» две страшные войны. Но и после них Европа и Запад в целом успели совершить много такого, чтобы заслужить себе славу вздорных и неуживчивых соседей.

В настоящее время направление главного удара для Запада – это Россия и Ближний Восток. Следуя своей привычке ставить все с ног на голову, они внушают всем нам: Запад должен подчинить Восток, чтобы обезопасить себя от нападений «невежественных и воинственных» людей. В политике Запада по отношению к «бесчеловечному, антидемократическому, отсталому, варварскому» Востоку бросается в глаза ещё одна тенденция или странность: чем больше Запад «помогает» восточным, развивающимся странам, тем глубже они увязают в кризисах и войнах. Лидеры этих стран (для примера можно взять шахский Иран, Афганистан, Египет, Ливию, Ливан, Ирак, Сирию, Турцию) сначала ходят в друзьях, затем наступает какой-то «час икс», когда как по мановению волшебной палочки эти лидеры объявляются врагами, затем вслед за войнами и импортом цветных революций почти сразу же начинается вывоз национальных богатств этих стран. Все мы помним, как США обвиняли Ирак в производстве и применении химического оружия. Не случайно время, когда бывший госсекретарь США Колин Пауэлл тряс пробиркой с фальшивым химическим оружием, многие политики и политологи называют началом конца США как лидера свободного мира.

Следуя уже сложившейся традиции, европейские ученые XIX–XX веков считали Запад оплотом борьбы за будущее человечества. На эту тенденцию обращает внимание, в частности, У. Черчилль в своём многотомном труде «Вторая мировая война». Атмосферу в Европе между двумя мировыми войнами Черчилль передает, в частности, на примере биографии Гитлера и истории зарождения фашизма в Германии. Согласно Гитлеру (см. его «Майн кампф»), человек есть воинственное животное, нация – боевая единица, обреченная вести борьбу за существование; боеспособность нации зависит от её чистоты; только грубая сила обеспечивает выживание расы, отсюда необходимость военной организации. Всем очевидно, что фашизм – плоть от плоти, порождение буржуазного общества и европейской «демократии»: согласно фюреру, «никакой союз с Россией недопустим. Вести войну с Россией против Запада было бы преступно, ибо целью Советов является торжество международного иудаизма».

Уинстон Черчилль не мог не видеть, что Европа органически – в силу ущербности своей идеологии и культуры – не способна подняться до осознания общемировых (общечеловеческих) потребностей и приоритетов: «Не достигнув заметных успехов в моральном совершенствовании и не обретя более мудрого руководства, оно (человечество, точнее, Европа и Запад в целом – О.М.) впервые получило в руки орудие, могущее послужить ему важнейшим средством самоистребления». Черчилль сожалеет, что агрессивным устремлениям гитлеровской Германии «страны европейской­ демократии» оказались в состоянии противопоставить лишь политику умиротворения и уступок, и он признаёт, что страны Запада поставили мир перед необходимостью вести «наихудшим путем наихудшую из всех войн».

Кто начал войну?

В развязывании Второй мировой войны и в бесчисленных страданиях европейцев и народов Советского Союза У. Черчилль винит кого угодно, только не родную ему Англию и себя как премьер-министра её правительства. Надев на себя тогу самого справедливого и объективного моралиста эпохи, Черчилль начинает излагать ход предвоенных событий с прямой лжи, чтобы затем переложить трагедию Второй мировой войны на… Советский Союз: по его мнению, «нацистскому режиму присущи худшие черты коммунизма. У него нет никаких устоев и принципов, кроме алчности и стремления к расовому господству; фашизм был тенью или уродливым детищем коммунизма».

Говоря о пакте Молотова-Риббентропа, Уинстон Черчилль планомерно, целенаправленно ставит на одну доску Гитлера и Сталина (хотя по духу и хищническим притязаниям Черчилль сам особо не отличается от Гитлера): «Только тоталитарный деспотизм в обеих странах мог решиться на такой одиозный и противоестественный акт». Между тем именно Англия первой сдала сначала свою союзницу – «молчаливую, скорбную, покинутую и сломленную» Чехословакию, а затем и «пресмыкавшуюся в подлости» Польшу (формулировки самого Черчилля). Лишь после того, как Германия стала фактическим хозяином Европы, Советский Союз вынужден был заключить с Германией пакт о ненападении, ибо в Европе в тот период просто не с кем было больше договариваться.

Согласно Черчиллю, Советская Россия «купила у Германии мимолетную безопасность и долю в добыче, которые позволили ей укрепить свои позиции для обороны страны». Истина же состоит в том, что вся широкоглазая Европа и правительства всех европейских стран (персонально Чемберлен и Черчилль, Даладье и Хорти и др., наряду с Гитлером и Муссолини) несут основную ответственность за развязывание Второй мировой войны. Как сын фронтовика, участвовавшего во взятии Берлина, могу ответственно заявить: врага надо было добить в его логове; многоопытный Сталин практически руководил не только Советской Армией, но и открытием Второго фронта, как это признаёт и сам Черчилль.

На Нюрнбергском процессе, международном трибунале над бывшими руководителями фашистской Германии, главный обвинитель от США Р. Джексон в своей вступительной речи торжественно провозглашал: «Цивилизация не может позволить себе какой-либо компромисс с нацистскими преступниками», «любое проявление к ним милосердия будет означать победу и поощрение всего того зла, которое связано с их именами». На деле же, если перефразировать его слова, США, Англия и Франция, укрывая от правосудия и ответственности десятки и сотни тысяч нацистских преступников, стали наглядным примером фактического отказа их от практического осуществления надежд человечества на свершение правосудия. А безнаказанность, как мы убеждаемся в очередной раз, порождает новые преступления.

А чья она, Победа?

В США основная нагрузка в гуманитарном образовании, в том числе и в вузах (там, где нет специализации в профильном обучении), падает на курс «История США и стран Западной Европы». Другие страны и народы их (т.е. властей от образования) мало интересуют. Поэтому там очень легко «доказать», что гитлеровскую Германию разгромил не Советский Союз, а США. За полтора года проживания в США мне довелось посмотреть около 20 фильмов, демонстрирующих «героические успехи» американских солдат во Второй мировой войне. Лишь один раз показали, пусть и не идеологизированную, но дорогую сердцу каждого советского человека «Балладу о солдате».

А разве сейчас не требуется новый Нюрнбергский процесс? Его можно организовать, но на скамью подсудимых должна сесть сначала вся буржуазная Европа, у которой «обе руки» по локоть в крови. Войны – зло, нужно использовать возможность избежать ошибок прежних поколений и обеспечить мир. Посмотрите, как меняется тональность высказываний английского премьера к концу войны: «Во-первых, Советская Россия стала смертельной угрозой для свободного мира; во-вторых, надо немедленно создать новый фронт; в-третьих, этот фронт в Европе должен уходить как можно дальше на Восток». И такого рода люди называют себя «поборниками мира, надеждой угнетённых народов!?»

Не случайно, на мой взгляд, свой рассказ о мировом порядке Г. Киссинджер, известный американский политик и идеолог американской и европейской исключительности (Китай и Ближний Восток, а заодно и бывший Советский Союз – лишь окраины этой империи), начинает с цитирования Гарри Трумэна: о роли США в спасении Германии и Европы. В главе 3 своей книги с характерным названием «Исламизм и Ближний Восток: мир хаоса» Киссинджер пытается развенчать исламскую концепцию мирового порядка: «Все они (мусульманские страны – М.О.) застыли на полпути между грёзами о былой славе и своей текущей неспособностью объединить людей общими основами внутренней и международной легитимности».

Разделяй, чтобы властвовать

Для доказательства агрессивности ислама Киссинджер обращает внимание на деструктивную роль таких экстремистских организаций, как аль-Каида, ИГИЛ, «Братья мусульмане», ХАМАС, «Хезболла», Талибан, Хизб-ут-Тахрир, ставших на путь войны со всем остальным миром, но почему-то убивающих прежде всего своих же единоверцев и ставящих своей целью свержение всех правителей арабских стран во имя «благородной цели» – создания (здесь и сейчас!) мирового халифата. Киссинджер здесь скромно умалчивает, что именно США и страны Западной Европы своей политикой «разделяй и властвуй» создают «управляемый хаос» в странах арабо-мусульманского Востока. Восток проиграл в геополитическом соперничестве с Западом, убеждает Киссинджер читателей своей книги: доказательство – «христианские» народы Запада уже давно объединились и достигли невиданных доселе высот цивилизации, а арабы, страны арабо-мусульманского Востока – просто недоговороспособны (пример – нестихающие конфликты между суннитскими и шиитскими странами).

Запад с начала колонизации Востока стремился создавать на подконтрольных территориях лоскутные государства с проблемными (спорными) территориальными границами. Сегодня на Западе многих не устраивает семья Асада, «проницательный и беспощадный» Хафез Асад и его сын Башар Асад – заложники мирового террористического интернационала во главе с США. При Саддаме Хусейне сунниты правили шиитским большинством в Ираке, в Сирии «квазишиитские алавиты» (Г. Киссинджер) правят суннитским большинством. Впору спросить: разве это не политика вашей страны, г-н Киссинджер?!

По мнению Киссинджера, «арабская весна» началась в 2010 году, цель её – «подрывать позиции автократии и джихадистов». В этом смысле Киссинджера и стоящую за ним мировую западную и прозападную «элиту» можно назвать достойными продолжателями дел и идей «великого» Махно с его лозунгом «Бей красных, пока не побелеют, бей белых, пока не покраснеют». Когда Киссинджер и иже с ним говорят: «Народ требует свержения режима», это на самом деле означает – нужно ещё глубже погрузить арабские страны в хаос кризисов и гражданских войн. Возможно, все эти бедствия являются следствием и того, что ни одна из мусульманских стран не представлена в Совете Безопасности ООН.

У «шахматной доски» без партнера

Еще один известный русофоб Бжезинский в своей книге «Великая шахматная доска. Господство Америки и его стратегические перспективы» пишет, что впервые в истории неевразийская держава стала не только главным арбитром в отношениях между евразийскими государствами, но и самой могучей державой в мире … США в качестве единственной действительно первой подлинно глобальной державы, смакует Бжезинский, является главным фактором развития технологий, коммуникаций, систем информации, а также торговли и финансов; у США за евразийской «шахматной доской» нет и не может быть достойного партнера.

Чтобы придать своим мифам видимость научной объективности, Бжезинский осуждает родовые признаки старого буржуазного общества – фашизм, расизм, нацизм, коммунизм. Но и сам буржуазный строй в гораздо большей степени, чем коммунизм, как все мы знаем, душил и продолжает душить творческое начало человека и общества. Капитализм уже давно не соответствует требованиям и целям народов Запада ни как «объединяющая концепция», ни как «модель социального развития», ибо буржуа плюёт на эфемерный демос, на права, на жизнь, свободу и достойные условия существования простых людей, людей труда. Диктатуру пролетариата заменили диктатурой олигархата (буржуазии), но лучше от этого нашим народам не стало. Тесные связи с буржуазным Западом оказываются губительными для всех – это всё равно, что строить овчарню у логова волка. И доказательств этому более чем достаточно: коммунизма уже нет нигде, а зверья вокруг становится всё больше.