Каспийск. 16 ноября 1996 года

В доме жили семьи российских пограничников из Каспийского особого погранотряда, отдельной авиационной эскадрильи и оперативно-войскового отдела «Махачкала» Кавказского особого пограничного округа, а также простые граждане. Как заявляла тогда ФСБ России, мощность бомбы составила от 30 до 150 кг в тротиловом эквиваленте. Было возбуждено уголовное дело по статье «терроризм». На тот момент после нападений бандформирований Шамиля Басаева на Будённовск и Салмана Радуева на Кизляр данная диверсия стала самой кровавой.

Я в то время работал в газете и, естественно, стал свидетелем дальнейшего развития событий. Предлагаю вниманию современного читателя тот самый, написанный по свежим впечатлениям репортаж, найденный сегодня на просторах интернета.

Я видел этот ужас …

Услышав страшную весть, я кинулся за фотоаппаратом и отправился в Каспийск. Пристроившись в хвост к правительственной машине, на своем автомобиле проследовал прямо к разрушенному зданию. Увиденное было ужасным: обломки стен на высоте 8-го и 9-го этажей и груда камней внизу, здесь работали спасатели. Завал обнюхивали специально обученные собаки – искали погребенных под ним людей. Один из спасателей по-альпинистски карабкался на верхние этажи, цепляясь за качающиеся обломки стен.

Работой руководил лично министр по чрезвычайным ситуациям РФ Сергей Шойгу. Чуть позднее на вопрос, как он оценивает работу местных служб, министр ответил, что она была организована достаточно оперативно и эффективно. Узнаю, что уже через 5 минут после взрыва к дому подъехала первая машина «скорой помощи», через 30 минут все жильцы из уцелевшей части дома были эвакуированы. Примерно в 12 часов дня на специальном самолете прибыли 90 спасателей МЧС России.

В 13:40 Сергей Шойгу провел заседание штаба, в котором участвовали первые лица республики, руководители МВД, ФСБ, погранотряда, администраций Каспийска и Махачкалы, организации общественного питания, здравоохранения. Министр МЧС каждому поставил задачу. Например, руководству МВД было поручено организовать оцепление в радиусе 100 метров от места взрыва, что поначалу сделать не удалось, так как наряду с любопытствующими, запрудившими всю территорию, к месту катастрофы со всех концов республики съехались родственники и друзья погибших. Многие не могли сдержать слез.

Работа шла беспрерывно. Сразу после взрыва гора щебня и обломков была на уровне шестого этажа, а к полудню она понизилась до уровня второго этажа.

Около 17:00 я увидел, как из-под завала спасатели достали тело двухлетнего мальчика с размозженной головой, спустя несколько минут достали тела молодых родителей – офицер Богданов был разведчиком… Вскоре был обнаружен живой мужчина. Чтобы извлечь его из-под обломков, требовалось отрезать ноги. Он умер от разрыва сердца, когда понял, что членов его семьи уже нет в живых. Это был майор-пограничник. Поскольку обрушилась только часть дома, в крайних комнатах правого крыла, которые были спальнями, многие уцелели, их снимали спасатели. Случайный очевидец взрыва, сторож какого-то рядом стоящего предприятия утверждал, что дом обрушился точь-в-точь как в фильме известного иллюзиониста Дэвида Копперфильда: снизу поднялось облако пыли, и часть здания осела вниз. Уцелел блок из двух комнат – он валялся на боку, и его обитатели, вероятно, остались живы.

В 17:30 состоялось второе заседание штаба. Сергей Шойгу потребовал от ответственных лиц отчет о проделанной работе: счет в банке открыт, питание организовано, жильцы дома эвакуированы в санаторий «Чайка», на заводе «Дагдизель» изготовлено 50 цинковых гробов, местность освещена. Было отдано распоряжение обрушить оставшуюся часть дома, которая и так грозила рухнуть, поэтому спасатели торопились извлечь тела мертвых и еще живых людей. Недостатка в помощниках и технике не было. Из Москвы прибыл еще один самолет МЧС – АН-74 с медикаментами и врачами на борту. То и дело садились и взлетали вертолеты. В конце концов число работающих приблизилось к 700.

В воскресенье, 17 ноября, прибыл премьер-министр В. Черномырдин. Он провел рабочее совещание с руководителями министерств и ведомств РФ и Дагестана по ликвидации последствий трагедии и оказания помощи пострадавшим.

И в этот, и на следующий день продолжались работы по раскопке завала. В понедельник, через двое суток после взрыва, гора щебня уже спустилась до уровня первого этажа, но после взрыва образовалась довольно глубокая воронка, куда опустились первые два этажа дома, которые тоже следует еще разобрать. Первые два этажа были нежилыми, поэтому многие уверены, что людей там не было. В этом же убеждает список жильцов и их гостей, уже выявленных следствием. Заместитель командира отряда дагестанских спасателей З. Никомагомедов сказал, что они первыми прибыли к месту катастрофы группой в 7–8 человек, а затем стали приезжать и другие.

Основными версиями теракта называли «месть пограничникам со стороны мафиозных структур» и так называемый «чеченский след». Тогда на Каспийском море в крупных масштабах происходили незаконный лов осетровой рыбы и добыча черной икры, которые браконьеры вывозили за пределы республики, получая от этой деятельности баснословные доходы. Версия гласила, что российские пограничники пресекли деятельность этой мафии, а взрыв дома стал ответом с их стороны.

Вторая версия – «чеченский след». Чечня в начале 1990-х годов стала своего рода рассадником бандитизма, национал-сепаратизма и терроризма, что привело к чеченской войне 1994–1996 гг.

С 1996 года 15–16 ноября зажигаются поминальные свечи на могилах ни в чем не повинных людей. В этот день к месту трагедии приносят цветы, в подразделениях регионального пограничного управления проходят траурные мероприятия. На месте разрушенного дома построен мемориал и установлена стела в память о погибших. В 2020 году у мемориала появилась новая аллея.