На кого была рассчитана операция «Имам Шамиль»?

Первые два плана, рассчитанные на отторжение западных районов республики и утверждение там исламского правления, похоже, не увенчались успехом, более того, и их разработчики усомнились в возможности осуществления задуманного. За десять дней непрерывных вооруженных столкновений в горах ни одна из поставленных целей так и не была достигнута. Триумфальному шествию агрессора воспрепятствовала четкая, выверенная позиция дагестанцев, которые в минуту опасности остались верны своей вековой традиции — сплачиваться, объединяться перед лицом внешней угрозы. Их не ввели в заблуждение ни пропагандистские уловки неприятеля, ни открытая демонстрация силы.

Крайнее возмущение действиями боевиков постепенно переросло в готовность сражаться за родную землю до конца. Именно поэтому в зону боевых действий отправились интернациональные отряды ополченцев, которые уже на деле доказали, что способны эффективно противостоять экстремистам. С треском провалилась и идея создания так называемой «Шуры», которая натолкнулась не только на непонимание, но и на совершенное неприятие ее со стороны дагестанцев.

Не прельстила их и пропагандистская наживка о том, что якобы победой боевиков в Дагестане будет положено начало «освобождению» Кавказа, что, видимо, и предусматривалось планом «Имам Шамиль». Дагестанцы всегда были далеки от мысли диктовать кому-либо свою волю, тем более с оружием в руках участвовать в «освобождении» Кавказа. Ну, от кого должен освобождать дагестанский крестьянин, простой учитель, рядовой коммерсант кабардинцев, черкесов или ингушей? Разве там живут не такие же крестьяне, учителя и коммерсанты? И как они отреагируют, если кто-то с оружием в руках вторгнется на их землю и будет устанавливать там свои порядки?

Не выдерживает критики и идея создания единого государства северокавказских народов «от моря до моря». Испокон веков эти свободолюбивые, мужественные люди жили на своих землях, данных им Аллахом. Были времена, когда их вовлекали в различные политические авантюры, но они всегда разбивались о вековую мудрость и жизненный опыт народов.

Войну, конечно же, развязали чеченские сепаратисты, преследующие определенные геополитические цели в отношении Дагестана. Чтобы удержаться у власти и получить международное признание, им нужно было расширить сферы влияния, в первую очередь — получить выход к Каспийскому морю и возможность контролировать международные транспортные коммуникации. А этого нельзя было добиться без присоединения к Ичкерии Республики Дагестан. Как потом стало известно, к войне сепаратисты готовились тщательно в течение 1,5-2 лет. На дагестанской территории строились оборонительные сооружения (нельзя считать случайными «самостоятельные исламские территории» в Карамахи и Чабанмахи), военные склады, завозилось оружие, вербовалось местное население. Неслучайными были и исламские съезды, собрания, провозглашающие в Дагестане исламскую шуру, и т.д.

Кавказские народы никогда не жили в едином государстве. Зато они имеют богатый опыт мирного сосуществования, если в их внутренние дела не вмешиваются посторонние политические силы. А среди тех, кто старался всемерно  усугубить положение, были как внутренние, так и зарубежные вдохновители. Их стратегическая цель — отделение Северного Кавказа от Российской Федерации с тем, чтобы она сама окончательно распалась на отдельные псевдосуверенные территории, которые будут находиться в постоянной вражде. После Северного Кавказа исламскую карту рассчитывали разыграть в мусульманском Поволжье. А там, мечталось, разрушенная Россия окажется под полным контролем США и НАТО и превратится в их вечный, неисчерпаемый сырьевой придаток. Дагестанцы первыми открыто выступили против этого сценария.