Купить газету
1585
Дахадаев родился в 1882 году в селении Унцукуль Аварского округа. Отец его Дахад Даудов был кузнецом и рано умер, а мать Хурия вышла замуж повторно. Махач рос не единственным ребёнком в семье. У него было три брата – Джабраил, Адильгерей и Давуд, а также сестра Патимат.
Пользуясь своим знакомством с начальником Аварского округа, отчим устроил Махача в Хунзахскую русскую одноклассную школу. Успешно окончив её, по рекомендации директора Махач поступил на подготовительное отделение Темир-Хан-Шуринского реального училища.
В 1900 году он поступил в Петербургский институт инженеров путей сообщения. Учился на стипендию князя А. Казаналипова. Во время учебы сблизился с революционными организациями и в 1901 году вступил в РСДРП. И там же, в Санкт-Петербурге, познакомился с сыном имама Шамиля Мухаммадом-Шапи и его супругой – татаркой из Казани Марьям Бану-Ханум. Стал частым гостем в их доме, а впоследствии женился на их дочери Патимат-Заграт. От этого брака родился сын Адильгерей, который скончался, не оставив потомства. В этом браке Махач состоял недолго. После развода женился на сестре бывшей жены Нафисат.
В 1905 году Махач вернулся в Дагестан и стал одним из руководителей организации РСДРП в Темир-Хан-Шуре, входил в состав «Крестьянского центра». Дважды подвергался аресту. В ноябре 1906 года был осуждён, но освобождён под денежный залог своего тестя Мухаммада-Шапи. В 1910 году окончил институт и до 1916 года служил на Майкопской железной дороге инженером.
В приданое будущий революционер от своего тестя получил кинжальный заводик в Темир-Хан-Шуре и, вполне успешно осуществляя коммерцию в годы Первой мировой войны, по договору с военным ведомством поставлял свою продукцию армии.
В агитационных целях Махач Дахадаев наладил издание газет «Заман» («Время») и «МагIарул мискин халкъ» («Горская беднота»). В этом ему помощь оказывала жена Нафисат, она окончила Смольный институт благородных девиц и великолепно владела русским, татарским, кумыкским, французским и немецким языками.
События 1917 года вдохновили Дахадаева на установление Советской власти в Дагестане. Вместе с Джелаледдином Коркмасовым, Алибеком Тахо-Годи, Магомед-Мирзой Хизроевым и другими активистами в июне того же года создал Дагестанскую Социалистическую группу. В начале 1918 года Махач организовал красногвардейские отряды против отрядов Горской республики. С мая того же года являлся членом областного военно-революционного совета, затем – комиссаром областного военного комиссариата. Вместе с Уллубием Буйнакским создал Дагестанскую Красную Армию, руководил ее боевыми действиями против германо-турецких войск и отрядов полковника Лазаря Бичерахова. Был избран в 1-й Советский Дагестанский областной исполнительный комитет, являлся членом Чрезвычайного военного совета Дагестана. Кстати, вопреки общепринятому мнению советской эпохи, он вовсе не был атеистом, о чем свидетельствует его письмо к шейху Али-Хаджи Акушинскому: «Я не из тех, которые отрицают шариат и ислам. Упаси Бог от этого. До сих пор не выходили из моих уст слова, противные ему, и после этого не выйдут. Мы не воспрещаем людям вести законы шариата».
Махач Дахадаев крайний справа в верхнем ряду, его жена Нафисат крайняя слева в нижнем ряду
Впрочем, революционная деятельность Дахадаева длилась недолго. Рано утром 19 сентября 1918 года Махач выехал из Нижнего Дженгутая в Кадар, чтобы собрать в горах новых бойцов и освободить Темир-Хан-Шуру от бичераховцев. Однако ему навстречу был выслан отряд во главе с Хаджи-Гасаном с целью задержать и убить.
Вот как описывает захвативших Дахадаева людей свидетель того события и соратник Махача Пахрутдин Мажидов: «Окружившая нас банда (около 15 человек) была вооружена пехотинскими и кавалерийскими винтовками, и у всех были полные патронташи. Некоторые из них имели кинжалы и револьверы, а у трех-четырех субъектов, в том числе и у Хаджи-Гасана, были привешены к поясам четырехгранные бомбы. Большей частью это была молодежь от 22 до 28 лет из Верхнего Дженгутая.
Одеты они были разно и смешанно – в гимнастерки, в кавказские рубашки, черкески, сапоги и чувяки, некоторые носили что-то вроде пиджаков или френчей, и у всех были полугорские бараньи шапки».
Последние часы жизни революционера Мажидов, шедший всего в нескольких шагах за ним, описывает так: «Мы шли все, ничего не подозревая, когда Хаджи-Гасан, ехавший позади нас на махачевской лошади и державший в руке его кольт, ускорил шаг лошади, проехал мимо меня и стал между мной и товарищем Дахадаевым. Так мы, наверно, не прошли и двух шагов, как вдруг Хаджи-Гасан быстрым движением подался вперед и выстрелил почти в упор в затылок спокойно шагавшего и ничего не подозревавшего человека. Это было так неожиданно, что я и даже наши враги внезапно остановились». Смертельно раненный Махач упал на землю, и враги добили его из ружей. «Не достигнув Аркаса, мы были отправлены с конвоем по казанищенской дороге в Темир-Хан-Шуру, где родственники, друзья и близкие товарища Дахадаева предали его тело погребению», — так завершает свой печальный рассказ Мажидов, сам позднее приговоренный к расстрелу и чудом избежавший смерти.
Супруга после гибели Махача переехала из Дагестана в Москву, затем поселилась в Ленинграде на Невском проспекте. Здесь она умерла во время блокады.
Похоронен Махач Дахадаев в братской могиле в Буйнакске вместе с Уллубием Буйнакским и другими революционерами (всего 12 человек).
В память о Дахадаеве 14 мая 1921 года указом Дагестанского революционного комитета город Петровск был переименован в Махачкалу – «Крепость Махача». А в 1971 году на Привокзальной площади установлен ему памятник, ставший одним из символов столицы Дагестана.
