Не кроманьонцы мы?


Помнится, когда я в первый раз услышала слово «нацмен» (национальные меньшинства) в школьные годы, оно мне показалось ругательным. Объяснения не помогли: чуткий, детский слух различал в нем «обзывательное» начало.
То самое, забытое чувство возникло у меня после событий на Манежной площади. Налицо конфликт культур. Плюс еще и массовое нарушение миграционного законодательства.
Вчера на радио «Эхо Москвы» ведущие дискутировали с гостем студии — дагестанцем. Последнего больше всего возмущал запрет на лезгинку. Ведущие, в свою очередь, возражали: как бы отреагировали кавказцы, начни их гости выплясывать на площади гопак? А я думаю, что в танце как таковом ничего страшного нет. Плохо, когда танец превращается в демонстрацию. Не из любви к искусству же в самом деле плясали наши парни на улицах Москвы. Лезгинка в этом случае сродни тому, как индейцы выделывали коленца перед бледнолицыми, желая напугать посильнее.
Манежка перенесла меня к событиям в карельском городе Кондопога. Напомню, там население всколыхнулось после того, как двоих местных убили выходцы из Чечни и Дагестана, а власти не нашли ничего лучше, чем назвать это бытовой дракой. Вот и на Манежной конфликт разгорелся не столько из-за убийства кавказцами болельщика «Спартака», сколько из-за того, что четверых из пяти задержанных милиция отпустила восвояси.
Никак не могу согласиться, когда эти события называют мятежом. Никакой это не мятеж, а проявление отсутствия в стране национальной идеи. Заменить ее футболом тоже не получилось. Есть даже те, кто считает эти события позором России. По мне, это боль России.
Вот писатель Сергей Есин, которого я, кстати, знаю лично (в мою бытность студенткой Литинститута он там ректорствовал), уверен, что национальная политика должна опираться на национальную экономику. Но о какой экономике может идти речь, если промышленность наша разрушена. И еще: чтобы получать сверхприбыли, наши работодатели завезли в Москву огромное количество гастарбайтеров, платя им треть положенной зарплаты. Но москвичи-то за такую зарплату работать не идут. Да и не нужно никому, чтобы шли.
Манежная затмила собой другой случай: молодой кавказец заехал на своем джипе к Вечному Огню. Не то чтобы он нарочно святыню попирал, просто ему развернуться надо было. Кто он? Платный студент МГИМО. Деньги у папы есть, и он убежден, что ему все можно. По-моему, это гораздо хуже, чем драка футбольных фанатов.
Деньги в сегодняшней России действительно решают все. О масштабах коррупции говорил и Президент России Д.Медведев. Недавняя инициатива европейских парламентариев – закрыть въезд в Шенгенскую зону 60-ти российским чиновникам, причастным, по их мнению, к смерти юриста Сергея Магницкого, арестовать их банковские счета – это очень действенная мера. А ведь похожее предлагал в свое время один известный журналист: у коррупционеров полностью конфисковать имущество, запрещать им работу на госслужбе и делать их невыездными. Не хватило на это политической воли.
Но вернусь к ситуации с гибелью болельщика. Не секрет, что есть (и давно!) расизм вокруг футбола. Его годами обрабатывают всевозможные ультраправые и неонацисты.
Важно посмотреть на все это с позиции здравого смысла. Вот уже в Ростове-на-Дону студенты требуют наказать убийцу Максима Сычева, их сокурсника, скончавшегося в конце ноября от травмы, полученной в драке с кавказцем.
Противопоставление одних другим – самый простой, первобытный способ самоутверждения и обретения уверенности. Неужели же мы так и остались кроманьонцами?
Статьи из «Общество»
Желанный позор

Вы нам писали

Следопыты недр

История одного села: Миатли

Знать и помнить!

Как Тажудин «был» немцев

Брянщина. Высота 171

Жалюзи на «окно Овертона»

Подари городу дерево!

Первые, вперед!
