Оружие Победы

Почему винтовку им. Мосина прозвали «трехлинейкой»? Дело в том, что в русской императорской армии мерой измерения служила линия. В одной линии было 2,54 мм. Соответственно три такие линии составляли 7,62 мм. Именно отсюда и такое название.

Производство винтовки началось в 1892 г. на Тульском оружейном заводе. Первое боевое испытание она прошла через год в столкновении российского отряда на Памире с афганцами.

В марте 1897-го была выпущена 500-тысячная винтовка. К началу русско-японской войны (1904) в армию было поставлено свыше 3 млн винтовок. К моменту вступления России в Первую мировую войну на вооружении русской армии имелось 4 миллиона 500 тысяч.

Во время Гражданской войны производилось два типа винтовок – драгунская и в значительно меньших количествах пехотная. В 1923 году было принято решение остановить производство пехотных вариантов «трехлинейки». Таким образом, до 1929 г. основной винтовкой, стоящей на вооружении, оставалась «драгунская».

В 1930 году винтовка прошла модернизацию. Было изменено крепление штыка, изменилась мерная единица измерения (на метры). Ствольная коробка приобрела округлую форму вместо граненой. В 1932 г. началось серийное производство снайперской винтовки. Что интересно, после принятия на вооружение в 1938-м самозарядной винтовки Токарева (СВТ) предполагалось, что она практически полностью вытеснит в Красной Армии «трехлинейку». Однако эти планы не были выполнены в связи с началом войны.

В итоге винтовка Мосина стала самым выпускаемым оружием в ходе
Великой Отечественной: с 1941 по 1945 год было выпущено более 11 миллионов единиц этого оружия.

Генерал-майор Кирилл Москаленко в своих мемуарах «От Воронежа до Харькова» вспоминал, как в 1943-м на позиции 40-й армии, которой он командовал, приехал маршал Георгий Жуков и спросил вдруг у солдат:

– Какое оружие все-таки лучше? «Трехлинейка» или автомат ППШ?

– Конечно, «трехлинейка», товарищ маршал, – ответили тут же солдаты.

– Почему? – удивился Жуков.

– Потому что бьет без промаха. А когда кончаются патроны, в ход идет штык. Если же штыка нет, то трехлинейка сама по себе дубина знатная.

Маршал улыбнулся и одобрительно кивнул. И, видимо, поэтому уже после
войны Жуков, выступая как-то перед ветеранами войны, сказал:

«Символом нашей победы является не только подвиг советского солдата, но, как я понял, и наша «трехлинейка». Она очень помогала уничтожать врага. Скажем ей большое спасибо».

Хотя винтовка не была идеальной. Она была тяжелая и не самая скорострельная. Но в каждом ее винте – история, в каждом выстреле – эхо трех веков. Она служила царской России, Советскому Союзу и в постсоветское время. Она как прадед в кресле-качалке: немного потрепанная, но если надо, то поднимется и покажет где раки зимуют.

Жил со мной по соседству в одно время участник войны Романов Дмитрий Васильевич. Так вот он говорил про «трехлинейку»: «Есть оружие, которое стреляло, а есть, которое воевало. Винтовка Мосина действительно по-настоящему воевала».