Память не по разнарядке

Достаточно посмотреть, как выстраивается у нас работа со знаменательными датами. Складывается впечатление, что если бы не «Дагестанская правда», ведущая собственный календарь памятных дат и регулярно публикующая материалы об известных в республике и стране людях, этот пласт истории мало кого бы интересовал. Но одна редакция не может и не должна подменять собой государственную политику памяти. По факту именно публикации в прессе нередко остаются единственным свидетельством того, что дата вообще замечена, а имя не забыто. Остальные институты – профильные министерства, ведомства, учреждения культуры и образования – чаще всего реагируют по остаточному принципу: если есть разнарядка, будет мероприятие; если нет – будет тишина.

Так и рождается формализм. Проводят круглые столы, где докладчики читают друг другу то, что и так знают. Открывают выставки, на которые школьников приводят строем. Публикуют отчеты о «более трехсот пятидесяти памятных акциях» и успокаиваются: цифра внушительная, значит, работа идет. Но за цифрой легко теряется человек. За строкой отчета не видно судьбы. За мероприятием не стоит мысль. Память превращается в еще один вид отчетности – с фотографиями, баннерами и заранее согласованными текстами. А ведь память – это не мероприятие. Это ежедневный труд души и ума, который не измеряется количеством проведенных акций.

Почему так происходит? Во-первых, работа с исторической памятью требует интеллектуального усилия и политической воли, а отчитываться проще количеством событий. Во-вторых, за содержание памяти у нас часто никто не отвечает персонально: Министерство культуры делает свое, Министерство образования – свое, Министерство молодежи… А на пересечении ведомств образуется пустота. В-третьих, историческое просвещение нередко воспринимается как дополнительная нагрузка к основной работе, а не как ее смысловой стержень. В результате даже хорошие инициативы существуют разрозненно, как острова в море. И новые поколения получают не целостную картину, а набор разрозненных дат, имен и плакатов.

Между тем без прошлого нет будущего – это не метафора и не красивый оборот речи. Это закономерность, которую сформулировал еще Пушкин: «Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие». В этих словах нет ни капли казенного пафоса. Есть точное указание на нравственную обязанность. Народ, который не знает своих героев, не понимает, откуда он взялся. Человек, который не знает своей истории, легко становится объектом манипуляций. Широко известна и мысль, приписываемая Ломоносову: народ, не знающий своего прошлого, не имеет будущего. Можно спорить об авторстве, но суть от этого не меняется. Память – это не архивная пыль. Это кислород гражданственности.

В Дагестане есть кем гордиться, и дело не только в хрестоматийных именах. Магомед-Салам Умаханов – воин, прошедший дорогами Великой Отечественной, и созидатель, с именем которого связывают укрепление образования, науки, промышленности и культуры республики. Магомет Гаджиев – легендарный подводник, Герой Советского Союза, чье имя стало символом мужества для нескольких поколений моряков. Расул Гамзатов – поэт, который сделал Дагестан понятным и близким для всей страны, а его «Журавли» стали народной молитвой о павших. Но рядом с этими именами должны стоять и другие: учителя, врачи, инженеры, строители, колхозники, рабочие – те самые простые труженики, без которых не было бы ни промышленности, ни школ, ни больниц, ни самого уклада жизни. Память не может быть только парадной. Она должна быть честной и полной.

Нынешнему поколению, которое редко отличается стремлением знать свою историю, нужно напоминать, благодаря кому и чему оно живет и здравствует. Но напоминать не значит читать нотации. Это значит рассказывать так, чтобы история задевала, удивляла, объясняла современность. Почему в республике появился университет? Кто стоял у истоков промышленности? Как в годы войны тыл держал фронт? Какие люди прокладывали дороги, строили школы, лечили, учили, сохраняли язык и культуру? Ответы на эти вопросы не абстрактная дань прошлому, а ключ к пониманию настоящего. Молодежь не обязана любить историю по приказу, но она имеет право на такую историю, которая говорит с ней на живом языке, а не языком протокола.

Именно поэтому новому составу правительства республики стоит задуматься над проведением системной работы в этом направлении. Не над очередным планом, а над реальной политикой памяти. Нужен межведомственный календарь знаменательных дат, где у каждого министерства будет своя содержательная зона ответственности: образование – через уроки местной истории и исследовательские проекты; культура – через музеи, библиотеки и театр; молодежная политика – через живой диалог и волонтерские инициативы; информация и печать – через качественные биографические материалы. Нужна поддержка историков, краеведов, журналистов, учителей, которые не по разнарядке, а по совести занимаются этим трудом. Нужно, наконец, перестать измерять память количеством проведенных мероприятий и начать измерять ее качеством знаний и глубиной интереса.

Ведь память не должна быть «сезонной». Нельзя вспоминать героев только в памятные даты, а потом снова забывать о них на год. Нельзя сводить историю к нескольким плакатам. Нельзя оставлять работу с прошлым на одну газету, как бы много она ни делала. Это общая задача – семьи, школы, вуза, музея, библиотеки, власти, медиа… И начинать надо не с отчета, а с вопроса: что мы хотим, чтобы наши дети знали о своем крае и своей стране? Если ответ будет внятным, появится и содержание, и форма.

Без прошлого нет будущего – эта формула должна стать не дежурной фразой, а практическим руководством. Иначе мы так и будем жить в странном режиме: торжественно клясться в верности традициям и при этом не знать имен, которые эти традиции создавали.

Память – это не только благодарность ушедшим. Это ответственность перед теми, кто придет после нас. И если мы не научимся передавать ее не по разнарядке, а по убеждению, то никакие самые красивые слова о преемственности поколений не заменят нам живого чувства истории. А без этого чувства народ действительно не имеет будущего – сколько бы мероприятий он ни провел «для галочки».