Резонанс

Барон Зеленский и ракета до Москвы

В мире большой политики, где слова часто стоят дороже нефти, а жесты – дороже золота, высказывание Зеленского посетить Москву не совсем обычным способом звучит как плохой анекдот, рассказанный на полях Генассамблеи ООН.

В зале, по свидетельствам корреспондентов, во время выступления украинского лидера аншлага не наблюдалось. Видимо, зрители заранее знали, что главный аттракцион будет не в зале, а на выходе.

И вот тут начинается настоящий цирк. Зеленский, покидая здание под охраной, отвечает на вопросы. Про дроны в Румынии – на английском. А на вопрос на русском «когда приедете в Москву?» – отвечает по-русски: «На ракете». И заканчивает фразу словом, которое в приличном обществе не принято писать даже на заборе.

Ситуация напоминает классику кинематографа. Помните барона Мюнхаузена, который вытащил себя из болота за волосы? Так и здесь: Киев вроде бы и не отказывается, но и не едет. Кремль вроде бы и ждет, но как-то без особого энтузиазма.

Закроем глаза на тот факт, что у Владимира Александровича интересовались не тем, на чем конкретно он планирует добираться до Москвы. Журналиста интересовали сроки его визита.

С точки зрения дипломатического протокола, ненормативная лексика от лидера нации – это, конечно, провал. С точки зрения барона Мюнхгаузена – гениальный ход. Ведь барон, как известно, летал на ядре. Зеленский же обещает прилететь на ракете. Разница лишь в том, что барон летал верхом на снаряде, а украинский лидер, судя по всему, предпочитает управлять процессом лично. Правда, в отличие от литературного героя, у которого была шпага и верный конь, у Зеленского в руках только микрофон и охрана, которая, вероятно, очень надеется, что слово «ракета» останется лишь метафорой.

Официальный голос Кремля Дмитрий Песков, человек с невозмутимым лицом, сообщил журналистам: оказывается, Владимир Зеленский не отказывался приезжать в Москву. «Я, по крайней мере, этого не слышал», – заявил пресс-секретарь российского президента, видимо, намекая, что в шуме нью-йоркских кулуаров слова украинского лидера тонут в океане других заявлений.

Песков, комментируя это все, сохраняет лицо, в отличие от офиса Зеленского, где, похоже, давно перепутали дипломатию с ток-шоу. Команда Зеленского разыгрывает очередной спектакль для западных спонсоров. Возможно, в Кремле сейчас сидят аналитики и расшифровывают: не было ли там завуалированного «да»? Не кроется ли в нецензурном эпитете глубокая дипломатическая тоска по московским пробкам? Но тщетно: у киевской команды вместо стратегии – хайп, вместо аргументов – ругань.

Одно можно сказать точно: если Зеленский действительно прилетит в Москву на ракете, это будет самый быстрый способ добраться и самый наглядный пример того, как его команда понимает переговоры.

Правда, встречать его будут системы ПВО. И тогда полупустой зал Генассамб­леи покажется уютным кинозалом по сравнению с тем, что начнется. Но, видимо, в офисе Зеленского этого не понимают: там привыкли, что в пустом зале можно спрятаться за очередной громкой фразой, а за нецензурным словом – замаскировать пустоту реальных дел.

А так – что? Добро пожаловать, Владимир Александрович. Хоть на ракете. Такой способ передвижения тоже стоит испробовать хотя бы раз в жизни. Пусть и в последний раз.

Новая рухлядь

На фоне очередного массового отключения электроэнергии в Дагестане телеграм-канал Mash сообщил, что жители республики вынуждены подключать жизненно важную технику к бензиновым генераторам. Напомним, на минувшей неделе десятки тысяч человек остались без электроснабжения из-за непогоды и плохого состояния линий электропередачи.

Так вот. Местная жительница рассказала Mash, что подключила аппарат искусственной вентиляции легких к бензиновому генератору, чтобы ее ребенок мог дышать.

На первый взгляд, публикация из серии «тоже мне новость» – для Дагестана перебои с электричеством давно стали повседневностью. Однако удивление авторов канала указывает на то, что для большинства других российских регионов использование бензиновых генераторов для бытовых нужд – что-то из области апокалиптических сценариев. Для дагестанцев же это суровая реальность, к которой люди адаптируются годами.

О причинах происходящего сотрудник «Газеты.Ru» («Холодильник сгорел, две печки сгорели»: почему жители Дагестана остаются без электричества» от 10 сентября этого года) поговорил с местным инженером электросетей Шамилем (по понятным причинам имя изменено). Его оценка ситуации предельно откровенна: «В больших кабинетах про некую модернизацию говорят постоянно. Но ситуация очень сложная… Я не видел какого-то грамотного плана развития и модернизации энергосетевого хозяйства республики. Только закрываем дыры старым оборудованием, списанным из других регионов. Поставили рухлядь, покрасили, вот и новый трансформатор. Или ЛЭП делают меньшего сечения, чем положено. Откаты и хищения, без этого никуда в Дагестане. В итоге постоянные отключения, света нет, как в зоне СВО».

Эта цитата объясняет многое. Речь идет не о форс-мажоре, а о системной проблеме: имитации модернизации вместо реального обновления инфраструктуры. По официальным данным, в одной только Махачкале электросети изношены на 50–60 %. При этом на «улучшение» выделяются миллиарды рублей. Вопрос в том, доходят ли эти деньги до реальных работ или оседают в карманах, а на подстанциях остается покрашенная рухлядь.

Подготовил Тимур Мусаев