Сказ о фининспекторе

— Вы посмотрите, в каком изящном и дорогом костюме идет этот молодой человек, — воскликнул мой дядя. — А кто ему, извините за выражение, сварганил такую красоту?  Не знаешь? Так я тебе скажу: это сделал известный на весь Харьков портной Лев Израилович Колтунов — дядя твоей мамы, который, как последний жлоб, не взял у заказчика деньги за выполненную работу. «Я не такой богатый, чтобы брать у такого заказчика деньги». А знаешь кто это? Это фининспектор.
— Ну что, — сказал я, находясь в скобяном магазине, хозяином которого в начале 30-х годов (период НЭПа) был муж сестры моей матери, — в таком случае надо готовить хороший куш, чтобы удовлетворить его потребности.
Фининспектор, зайдя в магазин, довольно любезно поздоровался с дядей и, как ни странно, со мной.
— Это, наверное, ваш сын или внук, — сказал он.
— Ни то, ни другое. Это мой племянник. Хороший парень.
Фининспектор проверил какие-то документы, пожелал дяде хорошей торговли и, уходя, сказал: «Зангезунд» (будьте здоровы).
— А почему ему не дали, как вы говорите, отступного, который вы даете инспекторам милиции, пожарным, санитарам?
— Ты, парень, не знаешь нашего инспектора. Он знает, у кого и когда надо брать. Вот он увидел, что у меня торговля пошла слабовато. Так зачем ему еще дополнительно расстраивать меня? Зайдет в следующий раз. Свое он всегда получит. А главными его поставщиками являются кустари, часовые мастера, портные, сапожники, обувщики и, конечно, ювелиры. Но он и тут рассчитывает на добросовестность дающих. Короче, мой дорогой племянник, нашим инспектором мы все довольны. И ему не стыдно, как говорят в Одессе, посмотреть в глаза своих подопечных. Он сам неплохо  живет и дает заработать другим. Он прекрасно понимает, что очень честно жить просто невозможно. А ведь среди них, инспекторов, есть такие хамы, что просто обдирают нашего брата. И когда, говоря юридическим языком, сведения о противоправной деятельности доходят до фининспекторских верхов, они там получают такую взбучку, что сразу снижают сумму дани с каждого налогоплательщика.
— А почему такого не увольняют?
— А не увольняют его потому, что, во-первых, снизится дополнительный доход его начальника, а во-вторых, неизвестно, как поведет себя вновь  принятый — может, он окажется хапугой и будет работать только на себя.
С того памятного разговора прошло много лет. Страна пережила Великую Отечественную войну, восстановительный период, распалась великая держава – Союз Советских Социалистических Республик, но фининспектор так и остался одной из заметных фигур нашей жизни.
Сегодня в России создана строгая система налоговой инспекции. Теперь без налоговика ни один вопрос не решается. Благодаря налогам мы строим дома, коммуникации, платим пенсии и т.д. Но взятки остались все же . Я как-то беседовал с одним хакимом — налоговиком (его отправили на пенсию).  Так он мне не то в шутку, не то всерьез сказал: «Если бы в нашей конторе вдруг не стали платить зарплату, то вряд ли бы кто уволился». И я  вспомнил 1950 год, когда после окончания Ленинградской школы милиции был назначен зам.начальника первого отделения милиции Махачкалы.
Ко мне в кабинет как-то зашел парень узнать о правилах приема на работу.
Я ему объяснил, что у милиционера небольшая зарплата. Ему, как имеющему высшее образование, можно найти другую работу с большим окладом.
— А меня оклад не интересует. Для меня главное «тапанча», — заявил посетитель.
— А что это такое? — спросил я.
— Это наган.
— А при чем тут наган?
— Наган, — сказал вошедший, — это мой авторитет. А авторитетному сотруднику всегда почет и уважение. А раз уважение, значит — и подношения.
Вот я, автор этих строк, всю сознательную  жизнь проработал в органах МВД и все равно не могу ответить на вопрос, когда больше брали — сейчас или в далекие 20-30 годы. Но брали, к сожалению, всегда.