В Мелкобритании опять туман

– Вовочка, сколько будет дважды два? – спрашивает Мария Ивановна у проказника на уроке математики

– Четыре, Мария Ивановна!

– А почему – объяснить можешь?

– Могу: так исторически сложилось…

Мда… Но вот интересный вопрос совсем в другом контексте: почему исторически сложилось так, что Британия Россию не любит?

Уж не потому ли, что русский самородок с Урала Иван Ползунов изобрёл двухцилиндровую паровую машину раньше англичанина Джеймса Уатта? Случилось это в 1765 году, а на британских островах аналогическая штукенция пропыхтела лишь в 1769 году.

– Арчи, что ты думаешь по этому поводу? – спросил Петька из Первухи владельца Гринвичского нулевого меридиана, члена нашего подвального симпозиума, британского мигранта в Редукторном поселке Махачкалы Арчибальда Хиггинботама.

– Плесни кулинской бузы, потом отвечу.

Тот плеснул.

– Я думаю, что тут дело не в паровой машине. Тут дело в габаритах.

– Габаритах чего? Паровой машины, что ли?

– Плесни ещё!

Наш Арчи спивался прямо на глазах. Если его соплеменник Уинстон Черчилль оправдался фразой «Я от выпивки взял больше, чем она у меня», то у Хиггинботама все обстояло с точностью до наоборот. Дело дошло до того, что хозяин подвала Президент Всемирной лиги сантехников Пантелеич настоял, чтобы он составил завещание, в котором отдельной строкой было прописано, что в случае чего новым хозяином нулевого Гринвичского меридиана становился наш симпозиум.

– Дело в габаритах территории, – закусил бузу курдюком Арчи. – Площадь Британского содружества составляет 244 820 квадратных километров, площадь же Российской Федерации – 17 125 191 квадратный километр! И это без учёта Новороссии. Каждый англичанин, укладываясь спать и утром проснувшись, принимается за овсянку, сопоставляет эти цифры. Ужас буго! Нас ещё называют не Великобританией, а Мелкобританией…

И Хиггинботам расплакался. Англосаксонская спесь даже здесь, в подвале Пантелеича, на западном побережье Каспия – а это на 28 метров ниже уровня мирового океана – не может угомониться.

– Прав был волюнтарист Хрущёв, когда спрашивал у маршала, сколько атомных бомб понадобится, чтобы Англия перестала существовать, – подал реплику Аташка из Тарков.

– Сколько же? – сквозь слёзы спросил Арчи.

– Три. А для Франции – пять. Так исторически сложилось…

А тем временем на Британских островах произошла очередная смена правительства. Его возглавил некто Энди Бернем. И поутру проснувшись, он заявил:

– Британия делает то, о чём давно заявляла, а именно – на 100 % поддерживает Украину… Мы не такие друзья, которые появляются только в хорошую погоду. Мы будем с Украиной в трудную минуту, и это не изменится, – заявил новоиспечённый премьер корреспонденту Sxy News.

Минута заканчивается через 60 секунд, после чего чем он будет заниматься, этот джентльмен не уточнил. Но мы тут решили уточнить, каким историческим сроком исчисляется британско-украинская дружба и насколько на неё влияют погодные условия.

Ого-го, любители форс-мажора, нас ждут потрясающие геополитические новости!

На встрече с бывшим в употреблении украинском президентом Зеленским в Лондоне глава МИД Мелкобритании Дэвид Лемми в прошлом году заявил:

– Ещё тысячу лет назад киевские принцессы выходили замуж за британских лордов. Наше партнёрство – оно про сотни и тысячи лет!

Ну и наглец же этот Лемми! Дело в том, что за всю историю династических браков жёнами иностранных правителей в те времена становились дочери древнерусского князя Ярослава Мудрого Анна (супруга французского короля Генриха Первого), Елизавета (супруга норвежского короля Харальда Третьего) и Анастасия (супруга короля Венгрии Андраша Первого). При этом женой другого древнерусского князя Владимира Мономаха была как раз английская принцесса Гита Уэссекская, дочь короля Гарольда Второго. Об этих вещах Дэвид Лемми не знал, что ли? Не туманная ли была погода тогда в Лондоне?

Так исторически сложилось, сэр. Об этом знает даже хулиганистый российский школьник Вова. Вы не знаете нашего Вовочку? А ваш приятель с континента Макрон знает. Ещё бы! Когда училка Мария Ивановна на уроке истории спросила, кто взял Бастилию, гражданин России Вова честно ответил:

– Я не брал Бастилию. Если бы взял, то не вернул бы. Ещё чего!