526
Это и культурная экспансия, и научное сотрудничество, религиозное и информационное влияние. Словом, задействованы все стороны социальной жизни. Исторически так сложилось, что во многом центральным местом сосредоточения всех этих сил и влияний стал город Дербент. Находясь в самой южной точке России, он всегда являлся воротами для торговых путей, военных экспансий и религиозных миссионерств.
На прошедшей Международной конференции «Загадка крестово-купольного сооружения на территории крепости Нарын-кала. История христианства в Дербенте», организованной Комиссией РФ по делам ЮНЕСКО и администрацией города, спецсоветник генерального директора ЮНЕСКО Мунир Бушенаки отметил, что Дербент был частью Сасанидской империи и Арабского халифата, являлся сельджукским и монгольским городом, частью Тимуровской и Сефевидской империй, Дербентским эмиратом и ханством. С начала XIX века стал частью Российской империи, затем Советского Союза, а ныне – Российской Федерации.
Многообразие культур и конфессий Дербента сложилось благодаря принадлежности разных народов к этим империям и впитало в себя основные религиозные и исторические смыслы каждой из них. В городе многочисленные памятники ушедших эпох хранят следы мировых цивилизаций.
Концептуальная борьба в научных кругах
Очевидно, что доминирование каких-то одних исторических фактов и нивелирование других ведет к перекосу и в мировоззренческом смысле, который в свою очередь ведет и к политическим изменениям. Это ювелирная политтехнологическая работа, которая предполагает негрубое уничтожение фактов или памятников. Достаточно научно обосновать и дискредитировать значимость памятника, чтобы, уйдя в забвение, он стал разрушаться сам, стирая память об эпохальных событиях древности, оказавших влияние на современность.
Даже слабое влияние этих символов не дает покоя многим ревнителям развития исторической перспективы, где Россия не будет иметь прочных политических и концептуальных позиций, особенно на своих рубежах. Ведь, исключив идеологическую близость окраин России с ее центром, проще распространять идеологию ближайших соседей.
Так, древнейший памятник христианской архитектуры на территории крепости Нарын-кала, исследованный и интерпретированный как храм А.А.Кудрявцевым еще в 1976-1980 гг., в 1993 году неожиданно стал официально именоваться «Водохранилищем крестообразным». Изменение было подкреплено научными фактами, правда, почему-то ограниченными XVII-XVIII веками.
Из-за такого рядового бюрократического распоряжения по сути на целых 27 лет Дербент, а значит Россия, утратил право называться одним из мест самого раннего распространения христианства, имея для этого неоспоримые письменные археологические доказательства. Кому-то очень не хочется, чтобы в истории Северного Кавказа Дербент фигурировал как один из городов Кавказской Албании, куда в числе самых ранних территорий на всем Евразийском пространстве проникло и получило распространение христианство.
А такие доказательства имеются. Так, ссылаясь на сообщения известного раннесредневекового историка Моисея Каганкатваци (VII в. н. э.), признанный кавказовед, специалист по Дербенту, археолог Александр Кудрявцев отмечает, что христианское вероучение было широко распространено среди различных слоев неиранского населения Дербента.
Христианство, которое к V в. являлось религией большей части неиранских обитателей раннесредневекового города, составлявших основу его торгово-ремесленного люда, очень рано проникло в Дербент, и первые попытки распространения Священного Писания в городе Чога (Дербент) Моисей Каганкатваци относит еще ко временам апостолов, то есть к I в. н. э. Кавказ был по сути одной из первых территорий Северной и Восточной Европы, принявших христианство.
Первые поместные церкви государств Кавказа считаются апостольскими. То есть речь идет о том, что миссионерством на территории Кавказской Албании, где располагался и Дербент, занимались апостолы и их ученики. Одним из сохранившихся археологических доказательств раннего проникновения христианства в Дербент Александр Кудрявцев считает обнаруженное в цитадели Нарын-кала крестово-купольное сооружение, которое он интерпретирует как христианский храм V века.
На конференции выдвинули гипотезу о том, что данное сооружение было построено как «мартирий», представляющий в плане «латинский крест», ориентированный по сторонам света. Мартирий – культовое сооружение, храм, капелла, часовня, усыпальница, возводимое христианами над могилой мученика, святого или на месте, связанном с библейской историей, жизнью и проповедью Иисуса Христа, а также апостолов. И только на последнем этапе своего существования в XVII-XVIII вв. мартирий использовался в качестве цистерны при бане. Очевидно, для этих целей были заложены все входы и окна в торцовых стенах. Важное замечание еще и в том, что, судя по датам, крестово-купольное сооружение появилось раньше, чем каменная крепость Нарын-кала VI века (ранее стены были из сырцового кирпича).
Ведущий научный сотрудник сектора архитектурной археологии Государственного Эрмитажа Виктор Мыц в своем выступлении отметил, что мартирии практически никогда не строились отдельно, они всегда составляли единый архитектурный ансамбль с баптистериями (крещальня, помещение для крещения в христианском храме) и церквями. Если эта гипотеза верна, то ученый небезосновательно предполагает, что при проведении дальнейшего археологического исследования мартирия в цитадели крепости Нарын-кала рядом с этим уникальным памятником будет обнаружен еще более внушительный по размерам храм.
Ответственный секретарь Комиссии России по делам ЮНЕСКО Григорий Орджоникидзе, подводя итоги конференции, сообщил, что крестово-купольное сооружение является ранним христианским строением IV-V вв. нашей эры. Диспуты будут вестись лишь насчет того, был ли это храм или мартириум, что, собственно говоря, не столь важно. Важно, что утверждено и доказано первоначальное назначение этого строения как одного из древнейших раннехристианских сооружений в России и мире.
Символом этого признания стало установление на территории дербентской цитадели звонницы как знака духовной исторической судьбы и христианского прошлого Дербента и России. Присутствие казачества на церемонии открытия звонницы также символизирует то, что южные рубежи надежно охраняются присутствием России.
Руководство Дербента планирует обратиться к исполняющему обязанности Главы Республики Дагестан Сергею Меликову с просьбой рассмотреть вопрос о внесении изменения в распоряжение Правительства РФ и вернуть сооружению прежнее название «Крестообразный храм в цитадели Нарын-кала».
Что дает это научное открытие
Как минимум то, что теперь российский Дербент является одним из мировых центров христианства, открывающим возможности для паломничества к святым местам всех христиан мира. Ну а это в свой черед дает право значительно усилить в военном смысле южные рубежи России для охраны мировых памятников архитектуры, ссылаясь на нормы ООН, которая в своей Резолюции призывает охранять исторические памятники мирового значения.
Претензии соседей России по южной границе на доминирование в этом регионе по многим социальным и политическим вопросам диктуют необходимость обозначить нам и свои концептуально-государственные рубежи и интересы.
Конечно, хочется верить, что Дербент как центр святынь христианства, ислама и иудаизма может способствовать стабилизации региона в целом, приобщив представителей стран Ближнего Востока, Европы и России к мировым духовным ценностям, сохраненным в древнем городе.
Есть еще один город с похожей судьбой и мировой ответственностью. Недаром он вынесен в заголовок публикации. Иерусалим также пережил множество империй и завоеваний, сохранив духовные ценности. Сегодня он является мировым центром святынь иудейства, христианства и ислама. Так почему бы Дербенту не быть таким же созидательным духовным местом силы и крепости мира, дружбы и братства народов Евразии? Баланс влияний всех религиозных конфессий может обеспечить мир в религиозном и национальном вопросе.
… Закончить хочется фразой представителя ЮНЕСКО Мунира Бушенаки, являющейся квинтэссенцией, объединяющей идеи трех основных религий Дербента: «Бог нам всем благоволит. И нет разницы – Бог христианский, мусульманский или иудейский. Да пребудет Он с нами!».