Чудесный зонт блестит в углу
Спецпроекты

Чудесный зонт блестит в углу

Мария Осепянц / Москва / Рисунок: Олег Ильдюков··3 мин чтения

Дождь в Лобне

Туча – таинственна, туча – сосуд,
Где вперемешку уют и полёт.
Тучи в себе обещанье несут –
Что-то грядёт.

В полдень в домах зажигается свет,
Преображаются берег и пруд,
Велодорожка и велосипед...
Чувствуют. Ждут.

Всё так привычно: над мэрией – флаг,
В парке, у входа, – железный олень...
Но превращается в сказочный мрак
Будничный день.

Ангелом вод с небосвода вода
Сходит на мир. Шёпот капель окрест...
Дождь – это праздник, что мне никогда
Не надоест.

Лети, вода, лети

Стекают капли по стеклу –
Беги, вода, беги! –
И старый зонт блестит в углу,
Как будто из фольги.

Шум ливня – сладкий сон кота,
Сны вербы – о дожде...
Дождь – воплощённая мечта
Моя, всегда, везде.

Он как любовь моя точь-в-точь –
Седьмых небес вода.
И в полдень, и в глухую ночь –
Он вовремя всегда.

Чудесный зонт блестит в углу,
И плащ промок в пути.
Струятся капли по стеклу...
Лети, вода, лети!

Про Марию Кюри

Умерла Мария Кюри – и чего же ради?
Все так просто: она очень сильно любила радий.

Обожала смотреть, как он по ночам лучится
(Даже если б и знала, что с нею что-то случится...).

И повсюду с собой носила его в кармане.
И во сне его видела, словно бы на экране.

И, возможно, она после смерти ушла куда-то,
Где лучатся деревья, как солнце в часы заката.

И, возможно, она и теперь обитает где-то,
Где лучится трава, словно солнце в часы рассвета.

Умерла Мария Кюри – но чего же ради?
Говорят, что она очень сильно любила радий.
А любовь – даже к мёртвому камню – она такая,
Что вопрос «чего ради?» – у любящих –
Не возникает.
* * *
Вот любила б Мария не радий, а, скажем, родий –
И жила бы до ста (так как родий безвреден, вроде).

Ну а если для вас лишь урановый ряд - отрада,
То уж лучше любите свинец (как продукт распада).

Воспоминание о поселке Северном

В пёстром стогу иголкой,
Вишенкой в шоколаде
Ласковый свет посёлка,
Дремлющего в Замкадье.

Яркий в небесной сини
Дом, позабытый ныне...
Радуги нотных линий,
Бабочка на гардине...

В кухне ремонт бы сделать...
В съёмной – смешно пытаться.
Линия номер девять,
А этажей – семнадцать.

Полночь, гитары струны...
Это же я когда-то...
Кружатся, реют луны...
Все ли они крылаты?

Сколько в процентах, точно?
Не сосчитать в процентах...
Вот я шагаю ночью
С позднего рок-концерта.
Дом – как маяк над морем,
Над номерами линий...
Сумрачно в коридоре...
Дом – словно грот в пучине.

С грязной горой посуды,
С пиццей грибной к обеду
Дом – как мираж, покуда
Утром я в офис еду.

Дом – как мираж в пустыне,
Дом – словно грот в пучине...
Яркий в небесной сини,
Он не забыт и ныне...

Высь там, как в праздник ёлка,
Блещет всё ночи ради
Северного посёлка,
Сказочного Замкадья.

Газета «Горцы»Спецпроекты

Читайте также