Думали, что за незнакомец. Оказался Кантария

Родился он в предвоенные годы в селении Харбук Дахадаевского района. Окончил Буйнакский финансово-экономический техникум. Во время учебы на профессиональном уровне занимался вольной борьбой, гимнастикой. По окончании техникума направили работать в Дахадаевский райфин­отдел инспектором бюджета. Оттуда уже призвали в армию.

– Это была великая школа жизни, школа возмужания, – с теплотой вспоминает Аминулла Абдулкадырович время, проведенное в рядах Вооруженных Сил. – Я служил в Ленинграде, и летом нас вывозили из города в сосновый лес, жили в палатках. Кормили очень хорошо. Почти курорт, какая там служба (смеется)!

Выступал на соревнованиях за войсковую часть. Исполнял в течение нескольких месяцев обязанности заместителя командира части по физвоспитанию. Тогда он и узнал, что в Ленинграде есть Институт физической культуры им. Лесгафта. Поступил очно, был старшиной курса, председателем студенческого совета. «Мне доверяли, потому что еще студентом был членом КПСС, и я старался оправдать это доверие», – скромно замечает ветеран.

Окончив институт, Аминулла Абдулкадырович возвращается на родину – его направляют в Дагпединститут, на факультет физвоспитания. В разные годы работал ассистентом, старшим преподавателем, деканом факультета. Многие его студенты в последующем добились впечатляющих успехов в спорте, стали видными спортивными деятелями. В их числе Юрий Шахмурадов, Владимир Назлымов, Загалав Абдулбеков, Джаруллах Мурадов. Пошел на повышение и сам декан – Рабаданова назначают председателем спорткомитета ДАССР.

– Не было ни одного случая, – рассказывает наш собеседник, – чтобы обращался к руководству республики с какой-либо просьбой, и мне отказывали. А ведь по всяким мелочам я не ходил.

– Сколько человек было у вас в штате?

– Двенадцать, включая техничку и водителя. Зато работали: проводили спартакиады народов Дагестана, спартакиады среди школ и вузов, международные турниры по борьбе, боксу, теннису.

– А когда появились первые серьезные результаты?

– У меня мечта была выиграть у бессменных на тот момент чемпионов по вольной борьбе, наших соседей-осетин – Спартакиаду народов России. На зональном этапе в Краснодаре мы заняли второе место. Через месяц – финал в Таганроге. Незадолго до отъезда я пригласил Юрия Шахмурадова и Гапиза Мусаева, пользовавшихся большим авторитетом в команде, и спрашиваю у них: «Что нужно сделать, чтобы победить в финале?» Шахмурадов отвечает: «Отправьте, если можете, нас на сборы туда же, в Таганрог». Отправили. И в 1971 году мы впервые стали чемпионами Спартакиады народов России. Последние такие соревнования проходили в 1983 г. в Красноярске, где мы также заняли первое место, причем на том турнире боролись не 12, как в остальных командах, а 11 ребят.

– С борьбой понятно. Другие дисциплины как развивались?

– При мне в республике внедрили новые олимпийские виды, в том числе стрельбу из лука, дзюдо, акробатику. Был такой Зулпукар Зулпукаров, мастер спорта по стрельбе из пистолета, член Союза писателей Дагестана. Мы командировали его на 10-12 дней в Баку, где хорошо развивался этот вид спорта, с целью изучить их опыт. Потом купили необходимый инвентарь и стали тренироваться на стадионе «Труд». Подготовили 16 мастеров спорта, Махлуханум Мурзаева стала чемпионкой Союза, участвовала в составе сборной на Олимпиаде. В фехтовании феноменальных результатов добился Владимир Назлымов, первый на Северном Кавказе трехкратный олимпийский чемпион. По всей республике в тот период было 25 спортивных школ, плюс в системе Минобразования около 10. Сегодня их более 170, результаты при этом дают единицы. Всё заглохло.

– Как была устроена в те годы система поддержки спортсменов?

– После успешного выступления на чемпионатах мира и Европы, Олимпийских играх первый секретарь Дагестанского обкома КПСС Магомед-Салам Умаханов традиционно встречался с триумфаторами, оказывал им всемерную поддержку. Помню, перед домашней Олимпиадой-1980 в Москве я получил указание обеспечить явку кандидатов в сборную и тренеров на совминовскую базу отдыха в Тарках. Напутствуя ребят, Умаханов сказал, что каждый член национальной дружины получит автомобиль марки «Жигули», а медалист – «Волгу». Такой стимул дал. Как итог – три золота и одно серебро.

– В республике вас, наверное, встречали как национальных героев?

– А как же? Кстати, когда возвращались домой, в составе нашей делегации был незнакомый мужчина в сталинской фуражке. Меня спрашивают: «Кто это такой?» А я и сам не знаю. И кого ни спроси, никто не знал. Приземлились, в аэропорту нас встречают все члены бюро обкома партии во главе с Умахановым. Выходит тот незнакомец, и они с Магомед-Саламом Ильясовичем тепло обнимаются. Оказалось, что на борту с нами находился Мелитон Кантария, Герой Советского Союза, водрузивший с сержантом Егоровым под руководством лейтенанта Береста знамя Победы над поверженным рейхстагом. Умаханов и Кантария воевали вместе, дошли до Берлина. Про это, к сожалению, мало кто знает, особенно молодежь. Как и о том, что первым дагестанцем-чемпионом Советского Союза был Али Исаев (метание диска).