Купить газету
106
Плач малышей, мамаши, убаюкивающие своих чад, пестрые игрушки и горшки… Отделение плановой хирургии (ОПХ) напоминает детский сад, только пахнет здесь больше не манной кашей, а лекарствами, а вместо воспитателей и нянек – дяденьки и тетеньки в белых халатах. Работает ОПХ со дня открытия детской больницы. Сегодня оно рассчитано на 40 коек, которые почти всегда бывают заняты по назначению. До 1991 года здесь оперировали только новорожденных, теперь – детей с пеленок до 15 лет. Таковы правила, но в каждом правиле, как известно, есть свои исключения. Нередко пациентами отделения становятся и 17, 18 и даже 20 летние молодые люди. «Есть такое понятие «поэтапная операция», — объясняет С. Патахов. — То есть хирургическое вмешательство растягивается по этапам на несколько лет – 2,3, 4 года. За это время, естественно, оперируемый ребенок растет, и заключительный этап операции может прийтись на тот момент, когда он уже достигнет совершеннолетия. И потом, многие из тех вмешательств, которые проводят у нас, не делают в других клиниках, поэтому мы не можем и не должны отказывать в медицинской помощи пациенту, даже если он уже считается взрослым человеком…».
В ОПХ оперируют практически все органы, кроме сердца. В год насчитывается в среднем около 2-х тысяч операций. Наиболее частые – на грудной и брюшной полости. «У более 800 детей в нашей республике наблюдается деформация грудной клетки — образовывается некая воронка, усиливается изгиб грудного отдела позвоночника, — говорит хирург. — Вследствие этого у детей с такой патологией грудной клетки нарушается нормальная циркуляция крови, они отстают в физическом развитии. В просторечье этот дефект называют «грудью сапожника». Он может быть как врожденный, так и приобретенный. Причиной этой патологии является врожденная неполноценность реберных хрящей, и лечить ее нелегко. Ну, представьте сами, надо сначала поломать кости, прежде чем их исправить! Консервативное лечение возможно лишь при деформации грудной клетки первой степени. В этом случае возможны попытки задержать углубление процесса с помощью специальной гимнастики, занятий определенными видами спорта (баскетбол, волейбол, гребля, плавание). Вторая и третья степень деформации могут подвергаться только оперативной коррекции. Операция проводится в возрасте больного от трех до четырнадцати лет. Перед операцией ребенок должен быть обязательно подробно обследован, чтобы выявить другие заболевания, которые могут вызвать деформацию.
Распространен среди детей и эхинококкоз — хроническое заболевание, характеризующееся развитием в печени, реже легких и других органах солитарных или множественных кистозных образований. Этот недуг часто встречается в странах и регионах с развитым пастбищным скотоводством. Основной источник передачи инфекции человеку – собаки, а их заражают коровы, бараны, и другие домашние животные. Микроб выделяется с фекалиями зверей, загрязняя их шерсть и окружающую среду. Это заболевание не только медицинская, а уже социальная проблема. Оглянитесь вокруг — сколько у нас развелось бездомных собак! Они беспечно гуляют по продуктовым рынкам города, постоянно околачиваются у мясных прилавков…».
По словам педиатра, с каждым годом все больше и больше новорожденных с множественными и сочетанными пороками развития, требующими экстренного хирургического вмешательства. В коридоре отделения висит большой плакат с надписью «Рожденные дважды». Это дети, которых врачи спасли от неминуемой смерти, дети, рожденные без каких-либо жизненно важных органов (пищевода, кишки и т. д.). Беспокоит врача и то, что в последнее время возрастает количество малышей с поздно выявленными злокачественными опухолями. «Удивляет порой беспечность родителей! У ребенка, к примеру, увеличивается живот, а они даже не думают обращаться к врачу, тянут до последнего. Буквально сегодня к нам поступил мальчик с образованием размером с кулак в желудке, которому требуется срочное оперативное вмешательство. Мне не понятно, почему мать до сих пор не обращала внимание на жалобы ребенка на боль в области живота. А ведь он наверняка жаловался!», — сокрушался Сиражутдин Патахов.
В качестве негатива доктор отмечает и то, что слишком много травм среди детей, особенно школьников. В отделение часто поступают мальчишки и девчонки, пострадавшие в дорожно-транспортных происшествиях. И винит он в этом опять-таки нерадивых родителей. «Современные дети по большому счету предоставлены сами себе. Родители оставляют их без присмотра целый день, а некоторые ребята и до позднего вечера на улице пропадают. А мальчишки-сорванцы, им же на месте не сидится, вот и попадают они во всякие чрезвычайные происшествия…», — качает головой врач.
На мой вопрос, чем отличается детская хирургия от хирургии вообще, отвечает, что главный принцип их работы – бережное отношение к тканям и органам ребенка.
Практически все болезненные медицинские процедуры детям делают под наркозом. Обследуют малыша зачастую во время его сна. Так легче выявить болячку, уверяет доктор. Когда специалист нащупывает больное место, малыш отталкивает его руку. В медицинском мире такой метод диагностики называют методом «отталкивания руки». К таким хитростям педиатры частенько прибегают в своей практике, а иначе и нельзя, ведь к детям нужен особенный подход.
В последнее время в отделение внедрены более 40 операций, которые раньше не выполнялись. Практикуется лапароскопия и эндоскопия. Благодаря новым технологиям немало болезней сегодня можно диагностировать еще внутриутробно. Например, гидронефроз – заболевание почек. Развивается пластическая и челюстно-лицевая хирургия.
— А какие операции вы не делаете? – задаю вопрос С. Патахову.
— Операции, которые требуют высокотехнологических исследований. Например, врожденные пороки развития магистральных сосудов. К сожалению, оснащенность многих наших медицинских учреждений не позволяет нам проводить такие хирургические вмешательства в Дагестане, поэтому мы вынуждены отправлять больных лечиться за пределы республики. Важно признать, что некоторые операции нам не под силу и не скрывать это от пациентов. Некоторые честолюбивые медики берутся за хирургические вмешательства, изначально сомневаясь в их успешном исходе. Зачем? Ведь важен не престиж врача, а результат лечения…
Патахов работает хирургом с 1975 года, а в детской хирургии — 28 лет. За это время врач прооперировал порядка 5-6 тысяч мальчишек и девчонок, и говорит, что каждая операция для него сложная, дело отнюдь не в технической ее стороне. «Не важно сколько времени длится хирургическое вмешательство — полчаса или 4 часа кряду. И в том, и в другом случае мать оперируемого ребенка ждет от меня положительного результата, возлагая на меня как на врача свои надежды и чаяния. За все операции я одинаково несу ответственность», — считает эскулап.
Помимо него, ответственность за больных несут еще 6 врачей отделения, с богатым стажем работы с детьми. Все они врачи высшей категории, а главное, они понимают и любят своих маленьких пациентов. Без этого в педиатрии делать нечего. «Педиатры – это особая категория врачей. Одна из сложностей нашей профессии состоит в том, что ребенок далеко не всегда может рассказать, что с ним происходит, пожаловаться, описать свои ощущения: совсем маленькие еще не умеют говорить, а те, что постарше, часто пугаются людей в белых халатах или плачут просто потому, что им плохо. Детский врач должен проявлять огромное терпение, выдержку, доброту к своим пациентам. Настоящий, опытный педиатр умеет располагать детей к себе, моментально завоевывать их доверие. Он – друг детворы. А это невозможно, если по-настоящему не любить детей. Тому, кто к ним равнодушен, профессия педиатра противопоказана. Педиатр — первый врач, который появляется в жизни каждого ребенка, несомненно, он может быть только высоким профессионалом и психологом. Нам приходится общаться не только с ребенком, но и с его родителями, бабушками и дедушками », — делится С. Патахов. Он говорит, что невозможно искренне не радоваться тому, как ребенок, который совсем еще недавно был обессилен недугом, идет на поправку, как невозможно привыкнуть к детской боли и смерти.
