Сетевое издание «Дагестанская правда»

01:00 | 27 января, Ср

Махачкала

Weather Icon

А на дуде — игрец?

A- A+

Всегда так было, и всегда так будет: сколько людей, столько и мнений. Были и будут люди мнительные, были и будут сомневающиеся. В принципе, ничего плохого в этом нет, и даже наоборот: здравомыслящий человек должен сомневаться, анализировать услышанное, а не слепо верить ему. Хорошо, когда человек внутри себя производит такую работу, хорошо, если у человека складывается своё мнение. Но это хорошо лишь в том случае, когда и мнение человека, и его сомнения остаются при нём. А если, будучи публичным человеком, он их высказывает? Как обществу реагировать на это?

Всегда так было, и всегда так будет: любое высказанное мнение публичного человека, особенно регионального руководителя, его окружение будет воспринимать как побуждение к действию. За примерами далеко ходить не надо: стоило только Президенту РД Муху Алиеву после просмотра в Русском театре спектакля по пьесе англичанки  Натали Пелевайн (бывшая русская Наталья Пелевина) «В твоих руках» сказать, что он ему не понравился, как чиновники решили «исправить ситуацию», а на самом деле еще больше усугубили. И вместо одного спектакля, как сказал сам Президент, мы получили два.

С мнением главы республики такие «накладки» случаются не так часто, и потому поговорим о другом. Нередко публичные люди своей мнительностью и сомнениями остужают некоторые горячие головы, выступают своего рода тормозом, чтобы общество, сбитое с толку баснями какого-либо краснобая, не скатывалось в пропасть. Но мы часто сталкиваемся и с таким явлением, когда такие «тормоза» используют в политических целях, чтобы навредить конкретному политику, умалить его достижения. И здесь не всегда и не каждый читатель сможет определить разницу между этими позитивными и негативными «тормозами».

Очень часто в роли «публичного человека» выступают СМИ, недаром ведь их называют четвёртой властью. И вот газета «Черновик» (№ 15 от 11  апреля) публикует статью «И швец, и жнец…», выдержку из которой хотелось бы привести. «Руководство Дагестана сбилось с ног в поисках инвесторов. Те проекты, которые уже реализуются в Дагестане, весьма сомнительны, так как не несут практической пользы для республики. А ведь при снижении инвестиционных рисков сюда могли бы повалить инвесторы хотя бы из числа магнато-олигархической дагестанской диаспоры, которой жизненно необходимо нести социальное бремя, быть привязанной к региону, показать власти, что именно они (представители диаспоры) составляют экономическую основу Дагестана. Им это нужно для того, чтобы не попасть в немилость к власти, как Ходорковский, а быть, как, например, Абрамович, который спокойно делает свой бизнес, поддерживая Чукотку. И тогда в республику придут не сто, а пятьсот миллионов долларов, а то и миллиард. Но искоренить недоверие к Дагестану самих же дагестанцев — потенциальных инвесторов — пока не удаётся…».

Читая подобное, как мы, читатели, должны реагировать? Верить безоговорочно, как верили совсем недавно в любое печатное слово, и промолчать? Сомневаться, и свои же сомнения противопоставить сомнениям оппонента? Эта процитированная половина абзаца сама рождает столько вопросов, столько сомнений, что не поделиться с ними невозможно. К примеру, автор утверждает, что те проекты, которые реализуются в Дагестане, не дадут практической пользы для республики. Интересно, на чем основано это утверждение? Оставим в покое сомнительный именно своей грандиозностью проект «немецкой деревни» и зададимся вопросом, почему это и цементный, и стекольный, и стеклотарный заводы, Дворец спорта, современные дороги, малые гидроэлектростанции не принесут пользы для республики? А что же тогда строить, зачем же тогда вообще нужны инвестиции? Может быть, автор знает что-то такое, чего мы, читатели, знать не можем, но не хочет делиться?

Это, во-первых. А во-вторых, где он нашел толпу магнато-олигархических дагестанцев? Да, некоторые наши земляки за пределами республики сколотили кое-какое состояние, но их так мало, и по этой причине слово «повалят» рисует картину немножко в преувеличенном формате. Да и имеющиеся миллионеры и миллиардеры не повалят хотя бы по той причине, что им, наоборот, нет никакой жизненной необходимости нести, как пишет газета, социальное бремя, поскольку они свои капиталы не своровали. И даже если своровали — теоретически допустим и такое, —  то и отвечать (читай: делиться) будут там, где воровали, а не здесь, в Дагестане.  И в-третьих, в немилость нашей дагестанской власти они никак попасть не могут, поскольку с ней (в целом и с республикой) соприкасаются лишь отчасти, и именно по этой причине не могут составлять экономическую основу Дагестана. Экономическая основа Дагестана — это все мы, которые не уехали, которые трудимся здесь, несмотря на нищенскую зарплату, ненасытность чиновников, политические неурядицы. Надеяться нам, кроме как на себя, больше не на кого. 

Из приведённой выше цитаты на одну хотелось бы обратить особое внимание «… искоренить недоверие к Дагестану самих же дагестанцев — потенциальных инвесторов — пока не удаётся…». Автор не приводит причину, почему же нам искоренить недоверие к нашей же республике не удаётся. И недоверие не россиян, не жителей других стран, но даже и самих дагестанцев. А я знаю, почему нам это не удаётся. Потому что авторы наших «независимых» газет (публичные субъекты) подобными публикациями делают всё возможное и даже невозможное, чтобы такого доверия не было. Некоторые из СМИ даже учреждены именно с такой целью. Пока им решать поставленные задачи удается. Казалось бы, радоваться им надо, а не лить крокодиловы слёзы, не делать вид, будто озабочены поднятием доверия к республике, ее имиджа и престижа.

Не один раз в наших еженедельниках проскальзывала мысль, будто наш Президент зациклился на собираемости налогов. Вот и в обсуждаемой нами статье её автор, касаясь внесения поправок в Федеральный закон «О государственной гражданской службе РФ» (речь идёт о том, что глава государства своим Указом может разрешить некоторым госслужащим совмещать должности) съязвил: «Представляете, как бы повысились налоговые сборы, если бы УФНС по РД по совместительству возглавил бы Муху Алиев». Так изгаляться на эту тему может или циник, или человек, не до конца понимающий всю глубину проблемы. От реализации и винно-водочных изделий, и горюче-смазочных материалов в казну налогов поступает столько, сколько должно было поступать, если бы их объёмы были в пять раз меньше. Эти цифры прозвучали из уст главы республики, и автор «Черновика», не раз демонстрировавший чудеса осведомлённости, не мог не знать этого. Хотя бы потому, что следующая газетная статья «Невесомое бремя налогов» тоже говорит о том же. Здесь всё дело в том, что налоги собирать не тяжело, а тяжело, как признаётся налоговик в одной из карикатур Наби Анкаева, в казну их отдавать. Невольно закрадываются сомнения: а не стоит ли автор «Черновика» за спинами таких налоговиков, не лоббирует ли подобными публикациями их интересы? А сомневаться, как было отмечено выше, полезно.

Справедливым вопросом задаётся статья, как же сделать так, чтобы тотально коррумпированные чиновники, вскормлённые на взятках и откатах, не отпугивали инвесторов? И предлагается «простое до гениальности» решение — по-отечески, сурово так, сказать им: прекратите вкладывать в особняки и дорогущие иномарки, а вкладывайте в бизнес. И сами уходите в бизнес, освободив чиновничьи кресла для профессионалов-управленцев. Одно плохо: приказами ни бизнес не построишь, ни мил не будешь. Наша же реальность такова, что мы наблюдаем движение в прямо противоположном направлении: во власть люди приходят лишь после того, как уже наладили свой бизнес.

Русскую поговорку «И швец, и жнец, и на дуде игрец» применяют к людям, которые все знают, все сами делают, везде успевают. Трудно сказать, преднамеренно ли в статье о главе республики пропущена вторая часть поговорки. Но хорошо хотя бы то, что Президента признали и швецом, и жнецом. А игрецов на дуде у нас и без него хватает.
 

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Общество»