Сетевое издание «Дагестанская правда»

15:00 | 16 января, Сб

Махачкала

Weather Icon

Коррупция и террор

A- A+

Количество терактов в республике снижается. Это статистика. В этом есть несомненная заслуга и правоохранительных органов. Если не дают совершать большое количество терактов, то ничего другого не остается, как перенести акцент на «качество» совершаемых терактов. Террористы продемонстрировали это убийством Гаджи Абашилова. Прежде чем угаснуть, свеча вспыхивает. Означает ли это, что мы скоро станем свидетелями агонии терроризма?

Думаю, что успокаиваться рано. Общество напоминает тяжело больного пациента, который прекрасно осознает свое состояние, но ничего изменить не может. Мы осознаем, что коррупция приобрела угрожающие  размеры и уродливые формы, но кардинально изменить  ситуацию в этой сфере  пока не можем. Мы осознаем, что терроризм представляет реальную угрозу устоям общества, но искоренить терроризм пока не удается. Возникает вопрос: являются ли коррупция и террор родовыми признаками того строя, который внедряется в наше общество?

Мы знаем, что иногда под видом  лекарства нам подсовывают суррогат, который не имеет ничего общего с названием лекарства. Мы строим  демократическое правовое  государство (статья 1 Конституции РФ). Это замечательно. Уверены ли мы в том, что на практике (или в теории) мы имеем дело с «демократическим правовым государством»?

«Не может дерево доброе приносить плоды худые, ни дерево  худое приносить плоды добрые» (Матфей, 7:18). К сожалению, мы имеем плоды в форме коррупции и террора. Библейская истина гласит: не может дерево доброе приносить плоды худые. Может быть, дерево вовсе не доброе? «Демократия отвратительна, но лучше в мире никто ничего не придумал», — сказал Черчилль. Не могу согласиться. Власть действительно принадлежит народу, как бы это ни показалось Черчиллю отвратительным. Если на власть  народа посмотреть с отвращением, то мы в результате получим «отвратительную демократию». Родиной демократии признают Англию. Не получили ли мы  в подарок от Англии именно «отвратительную демократию»?

Лучше демократии человечество пока ничего не придумало. Демократия — это власть народа. У каждого народа своя культура. В этом богатство человечества. У каждого народа есть своя форма организации власти, ибо народы разные. Железной рукой Америка пытается научить весь мир «единому танцу демократии», а народы упорно продолжают танцевать свои любимые танцы.

Настало время спокойно разобраться в том, что в процедурах демократии придумано с «отвращением» к народу, а что — с любовью.  Что придумано для «верхов», чтобы они могли получить мандат доверия народа, а что придумано для «низов», чтобы они  имели реальную возможность делегировать  свои властные полномочия лучшим из  лучших. Возникает вопрос: разве «власть» может иметь интересы, отличные от интересов народа? Еще как может. Особенно, если речь идет о чужом народе.

«Без свободы нет демократии». «Свобода превыше всего и важнее всего». Хорошие лозунги. Правильные лозунги. Вы когда-нибудь видели листок бумаги без обратной стороны? Нет свободы  без ответственности. Чья-то свобода всегда предполагает чью-то ответственность.  Ответственность — штука обременительная, поэтому наши «демократы» взяли на вооружение лозунги свободы без груза ответственности.

Когда мы говорим о демократии, мы обращаемся к английской  революции XVII века, к французской революции XVIII века,  к трудам  Локка, Монтескье, Гоббса, Руссо и др. Тут у большинства читателей  терпение заканчивается.  Слишком толстая  временная стена отделяет нас  от этих событий и от этих людей. Мы готовы верить чему угодно, лишь бы не вникать в эти исторические подробности. Те, которые  вникают, очень часто оказываются  «очарованными» идеями естественного права.

Это было время, когда власть королей принималась как что-то божественное, естественное, раз и навсегда данное. Сын короля становился королем, сын пастуха был обречен оставаться  пастухом. Но нашлись люди, которые посчитали такой порядок вещей неестественным, ибо власть иногда наследовали явные дебилы. Так родились идеи равенства, идеи индивидуальной свободы, идеи общественного договора и т.д. Появилась теория разделения властей, королю показали свое место.

Теория естественного права  утверждала, что все имеют одинаковые права и свободы, все равны: что король, что пастух. Когда «пастухи» заняли   кресло короля, то «пастухам» ничего не оставалось, как признать   очевидный факт: этот «пастух» ничем не лучше остальных. Признавать себя «таким же, как все», было легче и безопаснее: представляете, сколько нужно сил, чтобы доказать, что ты самый достойный, тем более, если это заведомо не так. В чем же была самая  большая ошибка? Действительно, король не всегда оказывался самым лучшим, самым сильным, самым умным, самым достойным и т.д. Несомненно и то, что в народе были более достойные. Демократия должна была устанавливать механизмы выявления и выдвижения самых достойных на вершину пирамиды власти. Легче всего  этот вопрос  решает теория естественного права: какая разница, кто окажется на вершине пирамиды, если все равны. «Короли» не возражают против этих правил. Во-первых, достаточно иметь фактическое преимущество над остальными, а не превосходство в теории. Во-вторых, зачем претендовать на теоретическое превосходство, если это неминуемо потянет за собой вопрос ответственности. Таким образом, теория естественного права  выгодна как для «короля», который не должен ограничивать себя в проявлениях человеческой  слабости, так и для рядового гражданина, который «чувствует» свое равенство с «королем». Круг замкнулся, ловушка захлопнулась.

Человечество долгое время находилось в ловушке религиозного сознания и верило в божественное происхождение королевской власти. Из одной  ловушки  мы попали в другую — более сложную как в интеллектуальном, так и в психологическом плане.  
Нам говорили, что сын короля должен быть королем. Мы не согласились с этим, и правильно не согласились. Королем должен быть самый достойный. Пока самые достойные скромничали, более «шустрые» доказали, что  королем может быть любой, то есть любой автоматически  становится самым достойным, если соберет наибольшее количество голосов (бюллетеней). Потом научились покупать голоса избирателей, и все смешалось. Наиболее достойным оказывался тот, у кого больше денег. Все свелось к накоплению богатства. Если богат, то умен, силен, славен, достоин и т.д.

Сколько велось разговоров вокруг новой системы наделения  полномочиями глав регионов России. Президент Путин понял, что самый достойный не всегда является самым богатым. Если бы не новое осмысление Путиным смысла демократии, то мы  с удовольствием «кланялись» бы тому, кто сумел бы «купить» нас всех с потрохами, как баранов на базаре.
У нас до сих пор не выработаны механизмы и процедуры демократии, которые бы позволили народу определить  самого достойного и делегировать ему властные  полномочия народа. Мы продолжаем пользоваться навязанными Западом процедурами, которые разработаны с убеждением, что народ заслуживает «отвращения». С подачи Запада мы даже «проглотили» понятие «свободный мандат», потому что это позволяет не подходить к народу, у которого в день выборов «купили» мандат.

Вероятно, что мы еще долго будем находиться  в ловушке западной демократии. Почему так, я сказал выше. Вопрос очень сложный. Именно этот вопрос (выбор главы уммы) расколол ислам на две главные ветки: сунниты и шииты. Сунниты считают, что главой должен быть наиболее достойный из верующих, а шииты считают, что главой должен быть потомок халифа Али. Шииты запутались в своих имамах и перешли к теории скрытого имама. В  исламе существуют свои  процедуры выявления и выдвижения наиболее достойного в лидеры. Я не говорю, что они идеальны. Эти процедуры отличаются от процедур западной демократии. Запад должен был доказать всему миру  универсальность  своей теории. Англия поэтому предложила  востоку исламский вариант теории естественного права. Это известная всем  читателям теория — ваххабизм. Суть теории ваххабизма  сводится к тому, что верующему внушают, что между ним и пророком Мухаммадом (с.а.в.) нет никакой разницы. Все равны. Нет уважения к родителям, нет уважения к алимам, шейхам, устазам, нет уважения к пророкам и т.д. С этой заразой  пока успешно бороться не удается. Ваххабиста практически невозможно переубедить. Ваххабизм — это интеллектуальная и психологическая ловушка.

Такой же ловушкой является теория естественного права. Ваххабистам не нужно читать никакую литературу. Философские идеи ваххабизма находят ежедневное подтверждение в наших средствах  массовой информации. Мы говорим, что каждый может стать Президентом России, а ваххабист переводит это следующим образом: «каждый может достигнуть уровня устаза, шейха». Не дано каждому подняться до уровня устаза, не дано каждому  подняться до уровня  Президента России. Равенство  наше заканчивается на уровне принадлежности  к роду человеческому. У нас даже узоры на пальцах разные. Но как хочется быть равным пророку Мухаммаду (с.а.в.), как хочется быть равным Президенту России! И нам предлагают это равенство. Как же можно отказаться! Мы скромно опускаем головы и соглашаемся. Да, мы великие, и ничего для этого делать не нужно. Спасибо  Локку и Монтескье! Низко кланяемся Гоббсу и Руссо! Хвалим Абдулваххаба! Все они открыли «бездельникам» путь к величию. Обратите внимание на синхронность распространения идей естественного права на западе и идей ваххабизма на востоке.

Все мы с рождения имеем  равные права. И не сможете вы доказать  обратное  на уровне акта  рождения. Делайте же шаг вперед. Все мы  «равными» появляемся на этот свет. Только один из нас попадает в хижину, а другой — во дворец. Здесь заканчивается теория Локка и Гоббса, здесь заканчивается теория естественного права, ибо эта теория говорит о правах абстрактного первочеловека, который еще не спустился на грешную землю. Это тот человек, который был в потенции еще  до Адама.   Это тот человек, который имел естественное право на жизнь, ибо не было еще рядом с ним разбойника с ружьем, а был только первочеловек где-то «на небесах». Вот эта «дребедень» оказалась настолько «вкусной», что мы до сих пор облизываем ее.    

Прошедшие в марте выборы Президента России показали, что процедура выборов может быть более упрощенной, если мы думаем о будущем нашей страны, а не устраиваем политическое шоу для наблюдателей Евросоюза. Нам пора всерьез задуматься над содержанием понятия «суверенная демократия» и предложить миру более дееспособные механизмы и процедуры демократии. Да, мы уверены, что нет ничего лучше демократии, нет и не может быть ничего выше власти народа. И говорим мы это не с  «отвращением» к демократии, не с «отвращением» к собственному народу, а с осознанием величия народа,  с осознанием великой ответственности, которая  ложится на тех, кто берет на себя груз демократии, груз власти народа. Пока мы этого не осознаем, мы будем вынуждены бороться с коррупцией и терроризмом так же яростно, как в свое время боролся Дон Кихот с ветряными мельницами.

Покажем на примере, что из себя представляет теория естественного права. Возьмем абрикосовую косточку. Теория естественного права говорит о том, в этой абрикосовой косточке «спрятано» абрикосовое дерево, на котором растут вкусные и сладкие абрикосы. Только мы пока не видим это дерево. Для этого нужно косточку бросить в землю, поливать периодически, ухаживать за саженцем, в результате мы будем иметь абрикосовое дерево, на котором растут вкусные абрикосы. Внутри этих «новых» абрикосов имеются косточки, внутри которых также «спрятаны» абрикосовые деревья. В результате мы имеем уже целый абрикосовый сад. Если пойти дальше, то мы станем  «обладателями» бесконечного количества абрикосовых деревьев. Мы баснословно богаты. Стоп! Открой глаза. Это гипноз. Нет у тебя никаких абрикосовых деревьев. Есть всего лишь одна несчастная абрикосовая косточка. Сейчас ты ее проглотишь, и все твои «абрикосовые деревья», которые «спрятаны» в этой косточке, исчезнут в канализации. Любое право должно быть подкреплено чьей-то ответственностью. Дерево из косточки «появляется» не в результате философских рассуждений, а в результате упорного труда садовода. Вот о чем идет речь. Нужен труд, а не фантазии. Именно труд делает человека свободным, а не безделье. \ Человечество стремительно движется вперед. Развитие предполагает конкуренцию. Конкуренция предполагает выстраивание вертикальной иерархии общества, а не выравнивание по горизонтали. Коммунисты пытались нивелировать  всех под одну мерку, но ничего из этого не получилось. Среди равных всегда находились «более равные». В Москве построили больницу для богатых. Почему? Потому что мы не равные. Ставка подоходного налога одинакова для учителя сельской школы и для  олигарха. Почему? Потому что все равны. Вот эти двойные стандарты нужно признать неприемлемыми!                 

Какое  отношение все это  имеет к нашей повседневной жизни? Самое прямое. В нашей стране огромное количество людей (врачи, учителя и т.д.), которым не нужно «естественное право на жилье». Эти люди ждут от государства квартиру или дом, а не право на жилье. Это  «естественное право» превращается в пыль при виде зарплаты бюджетника. «Право на жилье» нужно тем, кто имеет возможность купить на рынке  десятки и сотни квартир. Я не выступаю против этого права. Человек сегодня может иметь в собственности целый город. Пусть имеет, лишь бы налоги платил. Я говорю о том, что есть другая часть общества, которая не претендует на равенство с олигархами, а мечтает иметь хоть  какую-нибудь крышу над головой.
Теория естественного права появилась в условиях безусловного господства религиозного сознания. Никто даже в мыслях   не покушался на власть Бога. Проблемы возникали не с Богом, а с королем. Короля  «отделили» от Бога. Коммунисты вообще исключили Бога из пирамиды власти, соответственно забыли о теории естественного права. За это время многое изменилось. Религиозное сознание  отступает под натиском научно-технической и информационной революции. Мы  строим светское государство. За правовую основу  взяли теорию, рассчитанную больше для теократического общества. В наших действиях и поступках столько прагматизма, что для божественного в них едва ли остается  процентов десять. Поэтому и предлагается реально оценить степень нашего прагматизма  и с учетом  этого вырабатывать правила нашего общественного устройства. Чего ссылаться на «божественные» права, если Богу не оставили места в системе власти?

«Билль о правах» (США, 1791г.) придумали люди, которые бросили родину ради золота. Поклонение золотому тельцу не поощрялось  церковью. Поэтому церковь была отделена от государства. Церемония коронации превратилась в процедуру инаугурации. Почему? Потому что никто не собирался отправлять в Америку английскую корону (она до сих пор в Англии). Вот этот «сброд» со всего мира, который варварски истребил коренное население Америки, придумал «божественные правила», которые сегодня навязываются всему миру.
Америка не могла получить корону от Рима без согласия Англии. Безбожная Америка доказала, что можно жить не только без короны, но и без Рима. Рим рухнул. Бог «переселился» в Америку. Теперь Америка «торгует Богом» оптом и в розницу в виде «божественного» естественного права и американской модели демократии. Только не работает эта модель, ибо в ней ничего от Бога не осталось.

Россия — религиозная страна. Коммунисты совершили непростительную ошибку, когда «сбросили» Бога с пьедестала власти. Демократы сделали попытку  все «вернуть» на круги своя. Бога признают даже высшие руководители государства, только просят ограничить «владения» Бога территорией храма. Для верующего человека Бог везде, а не только в храме. Теория естественного права предполагала, что Бог для каждого остается  сдерживающим фактором, своего рода моральным тормозом. К сожалению, в дальнейшем эти тормоза перестали работать. Христианская идея богочеловека предполагала возможность объявления человека высшей ценностью, наделенной основными правами и свободами от рождения. Предполагалось, что он будет вести себя в соответствии с формулой: «поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы  другие поступали с тобой», «возлюби ближнего своего, как самого себя» и т.д. Предполагалась огромная ответственность человека перед Богом. Человек постепенно стал  забывать  об ответственности. Он оставил себе права и свободы. Мы не выступаем против Декларации прав и свобод. Мы говорим, что это только одна сторона нашего естества. Существует другая сторона. Это не принятая до сих пор Декларация долга и ответственности человека. Вернуть Бога в систему власти в многоконфессиональной стране практически невозможно. Наш «Бог» давно имеет лицо американского доллара. Поэтому нужно новое осмысление реальности. Не ограниченная никем и ничем свобода приводит к уродливым формам в общественной жизни. Такими  проявлениями, в частности, являются коррупция и террор. Почему бы России не выступить инициатором разработки Всемирной декларации долга и ответственности человека, и тем самым выступить инициатором сбалансированного общественного развития.
 

Хайбула Малачилов, первый замминистра юстиции  РД,  профессор МАДИ

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Общество»