Сетевое издание «Дагестанская правда»

01:55 | 06 декабря, Вт

Махачкала

Weather Icon

«Больное мясо»

A- A+

Так в чем же причина масштабного распространения в Дагестане общей для животных и человека инфекционной болезни – бруцеллеза, перед которым человек очень уязвим, а обществу и государству наносится огромный экономический ущерб? Что следует предпринять для выправления ситуации? Поиски ответов на эти вопросы, ясное дело, начались с Комитета по ветеринарии РД.

Масштабы беды

Специалисты упомянутого ведомства только с разрешения первого лица представили данные из неблагополучных пунктов Дагестана по бруцеллезу скота. Цифры, действительно, не для слабонервных.

Вспомнились в этой связи беседы с заслуженным ветврачом РД, заслуженным работником сельского хозяйства РФ и ученым Нурмагомедом Магомаевым. «По своей распространенности и эпидемиологической уязвимости человека, — говорил он, — на первом месте стоит бруцеллез. В среднем за год в республике выявляется около 1400 голов крупного рогатого скота и по 900 овец и коз, зараженных бруцеллезом». По меркам того времени это было много. Но потом ситуация стремительно ухудшилась. В 2012 году в 19 пунктах РД по бруцеллезу на карантине была 9421 голова (в 6 раз больше, чем в прошлом) крупного рогатого скота (КРС) и 10938 (в 11 раз больше) овец и коз (МРС), в 2013 году  в 42 пунктах – соответственно 12744 КРС и 12924 МРС. Ничуть не лучше ситуация на 26 мая текущего года – ограничения (карантин) введены по КРС в 42 и по МРС в 14 неблагополучных  пунктах. 

 
С одной стороны, это факт, свидетельствующий об огромном объеме работы со скотом, поскольку выявить больных бруцеллезом животных можно только путем лабораторных исследований крови. С другой стороны, зараженный бруцеллезом скот — это беда для тех наших сограждан, которые живут на доходы от животноводства. Чего только они ни делают, чтобы не пустить, как положено, больных животных под нож. Да и  от овец и коз, которых предписано забить, не  спешат избавляться, продолжают выпасать и откармливать. Одним словом, в половине районов Дагестана есть неблагополучные пункты по бруцеллезу скота. Специалисты ветнадзора РД говорят о выдаче в течение года 502 предписаний владельцам бруцеллезного скота, но не могут столь же уверенно перечислить хозяйства, избавившиеся от заразы. 

Нашу республику  даже соседи, похоже, воспринимают своего рода Ямой Беккари (биотермическая яма). Как здесь рассказали, ловят наших предпринимателей в Калмыкии, Ставропольском крае, Астраханской области на их неуемной жадности, продавая им по бросовым ценам больных бруцеллезом овец. Животных без сопроводительных документов, как рассказывают ветеринарные работники, пользуясь отсутствием на дорогах ветеринарных постов, завозят в Дагестан, откармливают, забивают на мясо, которое продают. Слава, в том числе и дурная, шагает, как говорится,  впереди отрасли. Именно она, видимо, причина того, что, обладая значительным поголовьем крупного рогатого скота и овец-коз, Дагестан не закрепился в качестве надежного поставщика мяса ни в одном промышленном центре нашей страны.

Кого кормят «больным» мясом?

Наша республика сидит на «бруцеллезной мине замедленного действия», потому что именно местным потребителям достается зараженная этой тяжелой инфекционной болезнью мясная и молочная продукция. Закон о ветеринарии предписывает: «Мясо, полученное от убоя овец и коз, положительно реагирующих на бруцеллез, используют на вареные колбасы, консервы или проваривают при соблюдении санитарных условий», «Молоко (сливки)  от коров неблагополучного стада обеззараживают при температуре 70 градусов по Цельсию в течение 30 минут… или кипячением».

А торговцы ведь, бессовестные, объявление типа «Продаю мясо от забоя бруцеллезного животного» никогда не выставят. У нас в республике нет мясокомбината, специализирующегося на переработке «больного мяса», даже пунктов убоя скота, зарегистрированных должным образом, всего восемь. Нехитрые расчеты показывают, что в 2013 году, если забили на мясо весь неблагополучный скот в зонах карантина, в нашей республике употребили в пищу «больной» бруцеллезом говядины около 4 тысяч тонн, баранины – более 450 тонн, молока – более 6 – 7 тысяч тонн.

Что делает Комитет по ветеринарии?

Начнем с того, что это мощная организация, в системе работает 3200 человек, в том числе около двух тысяч ветеринарных специалистов. Призванная, образно говоря, лечить человечество, ветеринарная служба, безусловно, выполняет большой объем работы. Годовой объем противоэпизоотических мероприятий в нашей республике исчисляется десятками миллионов головообработок. Более того, эта широкомасштабная работа  ведется не в тиши кабинетов, а на природе.

Но что делать, если при всем при этом ветеринарная служба республики с бруцеллезом не справляется. Ответ прост: надо контролировать работу и строго спрашивать за недостатки. По этой части корреспонденту представили большую справку с массой цифр. Только с начала текущего года Ветнадзором РД  проведено 879 надзорных мероприятий на животноводческих объектах, в сельских администрациях, на предприятиях, занятых реализацией, хранением и переработкой животноводческой продукции. В то же время в справке не найти критического анализа работы ветработников, на участках которых пришлось наложить карантин по бруцеллезу.

Позиция председателя

У председателя Комитета по ветеринарии РД Вахмурада Курчаева имеется четкая позиция относительно выправления ситуации. «Чтобы снизить заболеваемость бруцеллезом крупного рогатого скота и овец–коз, необходимо в первую очередь выставить ветеринарные посты совместно с МВД, чтобы контролировать завозимый в республику и вывозимый из неё скот, — сказал он. – Нужно активизировать вакцинацию и другие мероприятия, то есть ту работу, которую всегда выполняли ветеринарные работники. Только в этом случае мы сумеем преодолеть недостатки, в том числе по бруцеллезу. Первые положительные результаты обозначатся через год – два». Из беседы с руководителем ведомства я сделал вывод, что он попытается хотя бы частично реанимировать  неосиленную в прошлом по финансовым причинам республиканскую программу борьбы с бруцеллезом. Обнадеживает его и то обстоятельство, что в последнее время в нашей республике заболеваемость бруцеллезом людей пошла на спад.

Что бы сказал ветеран–ветеринар?

Расследование этого важного вопроса завершилось, выводы вроде бы сделаны, но нелишне рассуждать о том, что бы сказал в этой связи ветеран-ветеринар Нурмагомед Магомаев, с которым познакомились в начале этой корреспонденции. Он бы сказал, что бруцеллез подвергает население и экономику животноводства нашей республики серьезным испытаниям. Причем здесь присутствует весь комплекс проблем бруцеллеза: болеют крупный рогатый скот, овцы и козы, заражаются люди. Руководство многих районов и сел должно быть готово  принять трудные решения, вплоть до полной замены неблагополучного поголовья целых ферм и населенных пунктов. Владельцам скота и местным администрациям непременно надо следовать обоснованным рекомендациям ветеринарных специалистов. Делу оздоровления Дагестана от бруцеллеза вредит и чрезмерно либеральный подход к спросу с самих ветеринарных работников.

 

Следите за нашими новостями в Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Экономика»