Генная память безмерна

В этой связи «Дагестанская правда» начинает серию публикаций, в которых известные общественные деятели, политологи, историки делятся своим мнением о событиях, произошедших на горе Ахульго 177 лет назад и во многом определивших дальнейшее развитие народов России и Дагестана. Слово – председателю Комиссии по вопросам развития гражданского общества Общественной палаты РД Алюсету Азизханову.

– Открытие мемориального комплекса «Ахульго» – событие особой важности для всего дагестанского народа. Это тот самый момент истины, когда, оторвавшись от наносного, второстепенного, того, что вызывает противоречивые оценки, выкристаллизовывается истинная, правдивая оценка событий давно минувших дней, но от этого не переставших сохранять величественную правду. Правду, позволяющую оценить масштабность тех лет, ставших для российской государственности, самого Кавказа судьбоносными, обретя новое качество в своей судьбе, судьбе России. Немаловажно отметить то, что создание мемориала «Ахульго» сохраняет память, выявляя реальную историческую правду, а не вольную трактовку Кавказской войны, что многие годы вызывало противоречивые оценки историков, экспертов.

Но при всей разности мнений исторических источников, ученых, политиков, они сходятся в одном. Война под Ахульго стала переломным моментом всей Кавказской войны, доказав как величие подвига горцев, так и мужество солдат, преодолевших суровость скал-громад, столкнувшихся с ожесточенным сопротивлением горцев, поражавших царских генералов героизмом, беспримерной храбростью. В этой войне не было ни победителей, ни побежденных, несмотря на то, что генерал Граббе взял крепость, отдав за это жизни сотен тысяч солдат. Да, у каждой из сторон была своя правда. И каждый имел право на нее, потеряв близких, однополчан, боевых друзей. И настоящая правда об Ахульго так или иначе должна была положить начало той объективной исторической правде, что позволила бы снять камень с души, понять и принять события тех дней как данность, силу духа одних и стойкость других, верных своей присяге.

Я не историк, но далек от мысли принять другую правду, нацеленную на раскол дагестанского общества, на то, чтобы внести смуту в головы современных дагестанцев, которые сегодня оказались на перепутье, во власти тех, кому на руку история, трактуемая как история противостояния кавказских народов России. Не предавая забвению прошлое, нам, дагестанцам, важно сохранять в своей душе исторический посыл, ставший нашей общей судьбой, нашим настоящим будущим. Летопись горцев – это и переосмысление исторического прошлого, в котором, как в зеркале, отразилась эпоха передела мира, и та историческая судьба народа, которому открыл дорогу в будущее реформатор Петр Первый, заложивший на берегу древнего Каспия первый пограничный камень.

Величественный монумент – это не только наше историческое прошлое, но и наше настоящее, будущее, позволяющее лучше понять современникам мужественный горский характер предков, умевших воевать и одновременно подняться над собой, перед историческим выбором.

Как и многие другие памятники, мемориал «Ватан» стал предтечей судьбы горских народов, отражавших нападение пришлых восточных завоевателей, пытавшихся безуспешно покорить гордые племена горцев, проявлявших удивительное мужество и героизм в сражениях с самыми грозными завоевателями тех эпох. Тогда полчищам Надир-шаха в Андалале горцами был дан отпор, породив предания, песни о героическом прошлом народов горного края. И крепость стала символом консолидированной мощи дагестанцев, вместе с местным населением отразивших попытку завоевать горный край сильным противником. И сегодня «Ватан» символ героического прошлого, напоминание потомкам о неделимости края воинов, сказителей, народных умельцев, ставших символом самоотверженности, мужественности и мудрости.

Хотел бы процитировать Главу республики Рамазана Абдулатипова, высказавшего четко сформулированную мысль об историческом прошлом, настоящем будущем нашего народа. Он обращает взор в корень вопроса: «Незадолго до Кавказской войны был заключен Гюлистанский мирный договор 1813 года, и Дагестан наконец-то избавился от угрозы бесконечных кровавых нашествий восточных завоевателей, примирившись с тем, что оказался в составе России. Тем более, что веками воюя с персами и турками, дагестанцы всегда были больше предрасположены к союзу с Россией и русскими, с которыми никогда не было серьезных противоречий. И русские, и дагестанцы смогли этот союз выстроить в границах единого Отечества».

Корневая основа, связывающая горцев с Россией и стала в конце концов тем взаимным притяжением, соединяющим народы великой страны. И вот уже в новом веке современных войн наши народы убедились во всеобщей силе Дагестана и России. Именно в 1999 году, когда на Дагестан напали международные бандформирования, будущий президент РФ Владимир Путин сказал: «Когда я увидел, как дагестанцы защищают свою землю и целостность России, я еще сильнее полюбил Дагестан и дагестанцев». И Рамазан Абдулатипов точно и емко выразил общую для всех дагестанцев мысль: «… Кавказская война не была вой­ной прогрессивной, но прогрессивны и перспективны отношения с русским народом, русской культурой, с Россией и русских с Кавказом, Дагестаном, Чечней»… И еще. «Наше прошлое было определено законами того времени, а ныне Дагестан и Россия – это одно государство, одна страна и один народ. Мы одно целое, мы – граждане единой страны». И к этим словам трудно что-либо прибавить.