История одного села: Урахи

Сама Сергокала для меня осталась невнятным воспоминанием, этаким транзитом на пути к прекрасному, что ждет буквально за горизонтом, – старинному селению Урахи.

Урахи – одно из древних, широко известных даргинских селений Сергокалинского района. История о том, когда и как оно образовалось, затерялась во времени, но в письменных источниках указано, что оно существовало уже в 1070 году.

Это был центр одного из 18 союзов сельских общин даргинцев, известный под названием Каба-Дарго или Урахинский союз. О том, насколько воинственным было это село, говорят останки оборонительной стены шириной в полтора метра.

Урахинцы за свою историю от кого только ни оборонялись – от монголо-татар, Тамерлана, иранских шахов: Аббаса I и Надир-шаха… Особенность села в том, что дома здесь построены не по заведенному горцами обычаю: крыша твоего дома – двор для твоих соседей. Здесь дома, даже самые старые, стоят поодаль друг от друга, словно цепью. Кто знает, может, предкам так было проще защищать свою землю?

Бережно хранят жители в памяти историю о том, как их село от врага спас… петух. Да-да, если Рим спасли гуси, то Урахи – петух.

Рассказывают, что во время одного из многочисленных нападений, когда урахинцы уже сдавали позиции, одна женщина, полностью одетая в белое одеяние, с высокой горы бросила вниз белого петуха, который заголосил как скаженный и привлек внимание воюющих. Тогда женщина крикнула: «Урахинцы, держитесь, подмога близко». Увиденное повергло противника в шок, и враги бежали с поля боя быстрее, чем видели.

Об этом факте – не знаю, историческом ли, но общеизвестном точно – мне рассказала удивительная женщина Джаго Яхьяева (на снимке).

О Джаго Магомедовне о самой впору писать отдельный материал, да не один. Она родилась 10 февраля 1936 года в с. Урахи Сергокалинского района ДАССР. Ее отец Магомед Яхьяев – участник ВОВ, гвардии лейтенант, погиб в бою. Похоронен в Малгобеке.

Девушка окончила Урахинскую неполную среднюю школу, а потом была переведена в Махачкалу в интернат-горянок. Об этом эпизоде своей жизни она рассказывает с ностальгией. С грустью и теплом вспоминает, например, о том, как русские учителя приглашали в гости девочек-горянок и ненавязчиво учили их этикету поведения за столом, умению вести светский разговор и многим другим неизвестным, но столь необходимым юным барышням умениям.

Затем был физико-математический факультет ДГПИ им Гамзата Цадасы. И здесь юная Джаго (а имя это переводится как «творческая, инициативная») доказала, что имени своему соответствует. Еще студенткой она была награждена Почётной грамотой Дагестанского областного комитета ВЛКСМ.

В 1963 году окончила ДГПИ и начала свою профессиональную деятельность учителем физики в Урахинской средней школе, где проработала 52 года, пройдя долгий путь от простого учителя до заместителя директора по воспитательной работе, была организатором внеклассных и внешкольных мероприятий. Заслуженный учитель школы РСФСР и ДАССР, заслуженный методист ДАССР.

Наград и званий у нее не счесть, но самым главным званием, которым Джаго Магомедовна по праву гордится, она считает звание жены и мамы. Вместе с супругом Будайчи Меджидовым они уже справили золотой юбилей совместной жизни, воспитали четверых прекрасных детей и сегодня радуются многочисленным внукам.

В их гостеприимном доме мне посчастливилось побывать. Послушать историю семьи Меджидовых, напитаться, как из чистого родника, энергией любви, которой супруги делятся с каждым, кто пришел в их дом.

Джаго Магомедовна очень любит свое село и безмерно им гордится. Об Урахи она может рассказывать часами.

– Когда-то здесь было свыше тысячи дворов. А сегодня – более трехсот. Наше село по праву можно считать селом ученых и выдающихся личностей. Здесь родились основоположник даргинской поэзии Омарла Батырай, известные общественные и политические деятели Алибек Тахо-Годи и Магомед Далгат. Да если перечислять имена наших знаменитых земляков, много времени займет, – говорит она.

Рассказы текут неторопливо, как река, и они столь же наполнены интересными фактами, как ее полноводье. Когда-нибудь я обязательно к ним вернусь. А пока мой нетерпеливый гид Рустам зовет меня в дорогу. Прощаюсь с людьми, которые за несколько часов стали очень родными и близкими, и снова в путь.

Теперь, вспоминая Урахи, я всегда смогу сказать, что это музей под открытым небом. Туда редко едут массово туристы, но для тех, кто ценит историю, культуру и идентичность, это золотая находка. Расположенный вдалеке от современной цивилизации, аул может похвастаться красивейшими горными видами, потрясающей природой, отличной экологией, прекрасными людьми и по-особенному умиротворённой атмосферой.

А чтобы объяснить, куда дальше лежит наш путь, придется снова вернуться к делам давно минувших дней.

В конце XIX – начале ХХ вв. от Урахи отпочковалось 12 хуторов. Все они стали вполне самостоятельными селами. В том числе малая родина Рустама – селение Аймаумахи (дарг. ГIяймаумахьи, в пер. «отсёлок под загонами»).

Урахи – это музей под открытым небом. Туда редко едут массово туристы, но для тех, кто ценит историю, культуру и идентичность, это золотая находка

Можете назвать меня влюбчивой вороной, но ей-богу в каждое село, в котором мне повезло побывать, я просто влюбляюсь. Дорога к Аймаумахи – просто песня! Если бы я была акыном, рассказала бы о бескрайнем небе, в котором парят орлы, о высоких горах-исполинах, свято хранящих тайны, поведанные им за много лет до моего рождения, о зеленых полях, на которых колосятся рожь и пшеница… Это была бы песня любви и благодарности Всевышнему за то, что позволил мне родиться в прекрасном крае под названием Дагестан во всем его величии и многообразии.

Рустам подвозит нас к резным воротам, гостеприимно распахивает их настежь и говорит: «Моя мама вас уже заждалась». И то, что это правда, становится понятно по дразняще-вкусным ароматам, которые разносятся на всю улицу.

– Валик-джан, ты любишь настоящее даргинское чуду? Нет? Это потому, что у вас не умеют готовить чуду, – перефразируя бессмертного Фрунзика Мкртчяна, говорит Рустам.

Ну что сказать? Он абсолютно прав. То, что в городе выдают за даргинское чуду, очень-очень плохая подделка по сравнению с тем, чем угощают в доме Гамидовых.

– Просто продуктов жалеть не нужно, – смеется хозяйка дома. И щедро выкладывает на пласт теста желтое от масла картофельное пюре и огромные куски сушеного мяса и домашней колбасы. Потом все это великолепие печется в глиняной печи на дровах, и… М-м-м. Что сказать? Пища богов!

Уже после первого очень сытного кусочка я забываю, как дышать, а Рустам тянет меня в сад. С гордостью показывает теплицы, в которых «даже палка зацветет», многочисленные деревья, где растет все, что только можно, и даже то, что представить себе не можешь… А вокруг – горы. Если приглядеться, в одной из них огромная пещера.

– Мы в детстве там с братьями частенько прятались, – рассказывает Рустам.

А я ловлю себя на мысли, что отчаянно ему завидую. Ну что я, городская девочка, чье детство прошло в многоквартирном доме, могу ему противопоставить? И детям его я тоже завидую. Ведь для них поехать летом на каникулах к бабушке и дедушке – значит оказаться в этом маленьком кусочке рая на земле. Бегать по горам, есть фрукты с дерева, пить кристально чистую воду из родника и дышать полной грудью воздухом, напоенным цветением трав. Становиться сильнее, вернувшись на землю предков, к своим корням…