Никуда не годный?

– Папа, ты куда? – спросил один из них, глядя отцу в лицо. Другой хотел, видимо, спросить то же самое, но остановился на полуслове и теперь тоже ждал ответа.

– За шифером, золотые мои, – ответил отец, гладя их по голове, потом тихо отстранил от себя, сделал несколько шагов, обернулся к ним со словами «золотые мои» и, улыбаясь, продолжил свой путь.

Когда дети снова принялись за свою игру, соседка Аймисей отворила окно и спросила:

– Эй, вы, жучки-паучки, куда это отец ваш направился?

– За шифером! За шифером! – живо откликнулись дети.

Аймисей резко закрыла окно и пошла в дальнюю комнату к своему мужу Иманали, который еще не совсем пришел в себя после вчерашней попойки. Она собиралась продолжить семейную ссору как раз с того момента, на котором она была прервана ночью.

После того, как Аймисей в очередной раз высказала своему мужу всё, что она о нём думала, и направилась к двери, Иманали с трудом сел на постели, но встать на ноги не смог, тело не слушалось. Ему было очень плохо. Когда он возвращался домой навеселе, то обычно снимал сапоги прямо возле кровати. Но сегодня один сапог куда-то запропастился. Он поискал глазами и увидел сапог у самой двери.

«Видимо, я запустил сапогом в Аймисей», – отметил он про себя.

Иманали все-же нашел в себе силы, встал и вышел из дома. В голове у него звучали слова Аймисей, которая назвала его «двуногим животным». Ему стало очень обидно. И в то же время он понял, что жена была права.

«Выпивая, я разрушаю своё здоровье и превращаюсь в животное. Нет у меня ума и терпения. Если так разобраться, у моего соседа Атагиши даже специальности никакой. Он работает диспетчером в гараже. Нет у него и особых способностей. Зато днем и ночью к нему приходят люди, всем он нужен. «Дядя Атагиши, поплавок карбюратора запаяй»; «Дядя Атагиши, я думаю, тут самоторможение, посмотри, пожалуйста». Иногда, смотришь, двор у него полон детей. «Дядя, а что в боксе означает апперкот?» «А левша на ринге какую стойку принимает?», «Дядя, а можно во время поединка бить противника, если он повернулся к тебе спиной?», – думал Иманали. – Позавчера пришел один и спрашивает у Атагиши, как лучше делать прививку дереву – почками или черенками? Удивительное дело, но одна женщина даже спросила, сколько недель курица должна сидеть на яйцах, чтобы вывести цыплят. Только и слышишь вокруг: «Дядя Атагиши, дядя.., дядя…». Не знаю, как в голове у Атагиши величиной со сто­свечовую лампочку умещается столько знаний».

С этими мыслями Иманали подошел к сельсовету.

Здесь уже стояло человек двадцать. Среди них был и Атагиши.

Иманали немного постоял вместе со всеми, как вдруг кто-то сказал:

– Председатель идет.

Все посмотрели в сторону улицы. Председатель поздоровался с собравшимися и сообщил:

– Товарищи, чьей фамилии нет в списке, составленном по решению сессии сельсовета, тому шифер не будет выдан, зря здесь не стойте. И потом, шифер получите на станции Манас, а не на складе райпо.

С этими словами он стал открывать дверь, а та, словно давно уже ждала этого момента, повалилась на цементные ступени. Два-три человека кинулись поднимать ее и ставить на место. Им это удалось сделать, но держалась она плохо, надо было закрепить петли шурупами.

– Прислоните пока, не будете же вы ее держать целый день, – сказал председатель, собираясь войти в свой кабинет. Потом, обернувшись к людям, добавил: – Список у секретаря сельсовета. Сегодня она на собрании. Если кто не знает, значится он в списке или нет, приходите завтра пораньше, она вам покажет. И не забудьте у колхоза машину попросить, – сказав это, он скрылся у себя в кабинете.

Народ нехотя стал расходиться. Атагиши спокойно подошел к двери, прислоненной к стене.

Заметив его, председатель спросил:

– Атагиши, ты что, не понял?

– Понял, – сказал тот, не глядя на председателя, потянул дверь немного на себя и стал осматривать петли. Потом, достав из кармана фигурную отвертку и плоскогубцы, которые постоянно носил с собой, принялся за работу. Починив дверь, Атагиши отправился домой, председатель крикнул ему вслед слова благодарности, а также сообщил, что сессия совета ему выделила шифер в количестве пятидесяти штук.

Когда Атагиши подходил к своему дому, ссора его соседей Иманали и Аймисей была в самом разгаре.

– Атагиши ушел раньше тебя, но до сих пор не пришел. Вот увидишь, он не вернется без шифера. А ты, конечно, сразу поспешил домой. Наверное, дома грудной ребенок тебя дожидается некормленный. Что ты за мужчина такой, если не можешь сделать то, на что способен даже этот никуда не годный Атагиши, человек так себе, ни то ни сё, серединка на половинку, – сказала Аймисей и, подойдя к окну, увидела Атагиши.

С высоты второго этажа казавшийся еще ниже ростом Атагиши подошел к воротам своего дома.

«Странно, что никуда не годный сегодня вернулся домой ни с чем», – немного успокоилась Аймисей.

На следующий день «никуда не годный» привез на грузовичке пятьдесят штук шифера.

Аймисей, смотревшей из окна, показалось, что там все сто пятьдесят штук.

– Вот тебе и «никуда не годный», – в отчаянии вскричала
женщина.