Предприниматель-патриот Абдулмукмин

Цех примыкает к жилому дому хозяина. Сразу за порогом попадаешь в широкий коридор, битком набитый разными тканями и материалами. Вдоль стен штабелями сложены готовые швейные изделия. Отдельная большая комната отведена под рабочее место, где расставлены столы с пристроенными на них швейными машинками. Остальные помещения используются как склады.

Мурзаев рассказал, что на днях побывал в Иванове. Он специально ездил туда, чтобы оптом закупить необходимый материал для изготовления продукции мобилизованным дагестанцам. В основном цех выпускает термобельё, спальные мешки, одеяла, вафельные полотенца, простыни, полевую зимнюю одежду, постельное белье.

Своё предприятие Мурзаев открыл в 1990 году. Тогда предпринимателю было разрешено в частном доме организовать швейный цех, чтобы обеспечить надомный труд. Отсюда и название – «Надомник».

Есть в деле Абдулмукмина социальный аспект. У многих женщин в сложную пору девяностых возникали затруднения с поиском работы. А если и трудоустраивались, не всем подходил плотный график. Поэтому предприниматель организовал работу и в цеху, и на дому, чтобы дать работницам возможность и шить, и домашние дела успевать сделать, за детьми присматривать.

В тот непростой период предприятие обеспечивало работой около 300 человек. Не только жителям Каспийска, но и в горные населённые пункты доставлялась продукция «Надомника». Сегодня на работу в цех приходят 5 человек, а на дому работают порядка 60-ти.

В беседе предприниматель сетует на чрезмерную жажду наживы отдельных своих коллег, на резкое подорожание некоторых товаров на фоне объявленной частичной мобилизации. «Как только приходят тяжёлые времена и появляется высокий спрос на определенный вид продукции, производители взвинчивают цены до небес, а то и вовсе не продают, ждут, пока цена заоблачной станет. Например, раньше влагонепроницаемую и ветрозащитную ткань «оксфорд» редко покупали. До начала спецоперации она стоила каких-то 50–60 рублей за метр, а теперь 140. Потому что из «оксфорда» делают спальные мешки. Нельзя такими вещами заниматься», – возмущается Абдулмукмин.

Предприниматель говорит, что шьёт продукцию про запас. Убытка от этого не испытывает, зато когда нужна помощь, он всегда выручает людей, снабжает
одеждой, бельём.

Мурзаев оказался одним из первых предпринимателей, кто тотчас откликнулся на необходимость изготовления средств защиты в период распространения ковида. Коронавирус тогда застал мир врасплох, ощущалась острая нехватка масок. Абдулмукмин сразу организовал производство: в самый дефицитный период его закройный цех выпустил 45 тысяч штук марлевых повязок. Помимо масок шили медицинские халаты и бахилы.

Сегодня продукцию «Надомника» заказывают больницы и детские садики. Для Республиканского перинатального центра предприятие обязалось поставлять спальные халаты, простыни, подушки, ночные сорочки для рожениц, пеленки и т. п. А знаменитые кизлярские ножи и унцукульские кувшины шлифуют специальными хлопковыми кругами, которые выпускают в цеху. Эти шлифовальные круги изготавливают из хлопка, даже нитки, которыми куски ткани сшиваются между собой, – из хлопка.

В цеху не дают пропадать сырью: отходы, обрезки, маленькие кусочки – всё идёт на производство. К примеру, из кусков хлопковой ткани получаются отменные пекарские рукавицы, а из обрезков брезента можно сшить рукавицы для сварщиков.

«Как видите, у меня небольшой цех. Нет налаженной розничной торговли, но есть старые преданные клиенты – ещё с тех далеких времен, когда я начинал создавать швейное производство. Люди приходят, делают заказы, мы их исполняем. А сегодня готовы оказать посильную помощь мобилизованным ребятам, ведь все силы нужно отдавать для победы и поддержки наших ребят», – говорит собеседник.

Абдулмукмин Мурзаев считает своим гражданским долгом помогать по мере сил солдатам, призванным в рамках частичной мобилизации. «Как раньше это делал, так и в дальнейшем я буду оказывать всяческую поддержку своим землякам», – заявил предприниматель-патриот.