Суджа: точка отсчёта

А неожиданная для врага операция «Труба» оказалась как нельзя кстати. Никого из наших ребят не пугали трудности, с которыми пришлось столкнуться на пятнадцатикилометровом пути. Российские журналисты, в том числе и дагестанцы, рискуя жизнью, вместе с военными оказались в той трубе, подробно рассказывая, что происходило внутри на протяжении ­недели.

Да, в таких операциях потери неизбежны. Это понимали и наши ребята. Отравленные газом, продвигались вперед, делая перевалы, как требовала оперативная обстановка, держались до конца, дав слово одолеть жуткую трубу, чтобы уничтожить врага и победить.

«Труба» стала моментом истины. Она оказалась детонатором, психологическим, военным аргументом, чтобы враг не просто бежал, а оказался в растерянности, запаниковав, что не смог разведать планы противника. И появление в тылу ВСУ наших батальонов посеяло страх. Мы все видели, как украинцы бежали одновременно из нескольких населенных пунктов, наспех бросая технику, раненых. Это была «бомба» для наших заклятых друзей, небратьев, пытавшихся до недавнего времени манипулировать захваченной территорией.

Да, самое трудное в переговорном процессе впереди. Да, в политике нет одномоментных решений, но мы становимся только крепче, только сильнее, только увереннее в том, что победим любой ценой, что боевое братство сильнее смерти. И каждый в мире смог убедиться в этом по скупым кадрам продвижения наших ребят в трубе, ставших символом стойкости, необыкновенного героизма, скрепленного одними мыслями, одними чувствами – позади Родина и отступать ­некуда.

Сражаясь против пятидесяти государств, мы продолжаем идти вперед. И останавливаться не собираемся. Невозможно забыть, как на встрече Путина с матерями погибших воинов, женщинами, воюющими вместе с мужьями, братьями, мать погибшего Героя России В. Дорохина обратилась к Главнокомандующему с просьбой не останавливаться на пути к победе: «Мы не должны никому уступать». Всем запомнились эти слова. Потому что так думает каждый, кому дорога Родина, её историческое прошлое, её ценности, её завоевания.

Отравленные газом, продвигались вперед, делая перевалы, как требовала оперативная обстановка, держались до конца, дав слово одолеть жуткую трубу, чтобы уничтожить врага и победить

Да, с нами наш Президент. Да, мы ощущаем биение его сердца, его энергетику, его душевный порыв, его сопереживание за судьбу страны. Но даже для нас, россиян, оказалось неожиданностью, что он прибыл в центр боевых событий в Курской области, заслушав в одном из штабов доклад об освобождении Суджи, значительной части региона от оккупантов. Путин появился в военной форме, давая пищу для размышлений всему миру. А западные СМИ отреагировали молниеносно, утверждая о победном положении России на поле боя, в переговорном процессе: «План Украины использовать Курскую область в качестве инструмента торга на переговорах потерпел крах».

Появление Главнокомандующего в зоне СВО – это сигнал Украине и всем остальным господам, предпринимающим попытку растащить Украину, уже распоряжающимся ее недрами, человеческими ресурсами. Это не просто намек, а предупреждение – игра в одни ворота невозможна. Хватит дурака валять: или учёт русских требований, или Россия принимает другую форму военных действий. Ясно и другое: внимательно наблюдающие за тем, как рулит Путин, российские военные понимают, что они дышат в унисон с нашим Президентом. Внешний вид, поведение, высказанные тезисы произвели эффект разорвавшейся бомбы и на мнимых союзников, расценивающих риторику Президента как ответ на предложение о перемирии: нет. Этот его ответ можно рассмотреть как эффектный политический ход и конкретный сигнал российскому обществу: «Не переживайте, Минские соглашения не повторятся».

Владимир Путин акцентировал внимание на том, что виновные в террористической акции на Курщине понесут наказание. И уже Трамп просит своего российского коллегу сжалиться над загнанными в курский котел украинскими военными. На это Путин отреагировал ясно и четко, по-военному: в случае сложения оружия и сдачи в плен им будет гарантирована жизнь, достойное обращение в соответствии с нормами международного права и законами РФ. Но с наемниками поступим по всем правилам военного времени.

Тем временем российские войска­ на отдельных направлениях перешли государственную границу и вышли в Сумскую область, где продолжают уничтожение резервов противника и расширяют зону безопасности. А военкоры, прямо с мест событий рассказывающие о положении на фронте, считают, что «нависать над Сумами полезнее всего. Если ослабим границу, враг попытается вернуться в Суджу». В самом Киеве признали провал под Курском. А западные источники констатируют: костяк курской группировки ВСУ уже сбежал на Украину под огнем русской авиации и артиллерии. Живыми ушли немногие. Кому повезло. Источники высказывают мнение, что ВСУ скоро вообще не останется в регионе.

Да, Киев лишился главного козыря на возможных переговорах с Москвой. Так чем теперь он намерен шантажировать Путина? Вопрос риторический. Путин же прямо говорит: о возврате новых субъектов, вошедших в состав РФ согласно Конституции страны, речи быть не может. А всё остальное определяется тем, куда в результате дойдут наши вооруженные силы.

Да, врагов много. Но Путин – прагматик, он держит слово и говорит: «…Как бы то ни было, если в последний момент Запад попытается соскочить, или все переиначить, или в итоге нарушить соглашения, у России всё еще есть способ добиться победы и своих целей, и надо это понимать, особенно после разгрома курской группировки ВСУ. Наша армия идёт вперед. И Киев осознает неизбежное».