Извольте явиться, господа присяжные заседатели!

ину столь парадоксальных накладок в работе Верховного суда нашей республики, мне пришлось встретиться с судьей (он пожелал остаться инкогнито), который рассматривает данное уголовное дело. И вот что он сказал:

— Проблема в том, что гуманитарные науки, в частности философия, культурология, частично и политология, отстают не только от технических наук, но еще и от правовой культуры, а если еще точнее — от правовых процессов общественного развития.

— Простите, — говорю я, — это очень теоретично Далеко не все читатели «Дагправды» могут понять эту мысль. По крайней мере, еще никто в России не говорил об этой форме отставания гуманитарных наук…

— Хорошо. Я поясню. Дело в том, что если обвиняемый или один из обвиняемых подает ходатайство о рассмотрении его дела судом присяжных, то я как судья не имею права отклонить это ходатайство. Но чтобы собрать к судебному процессу присяжных заседателей, Уголовно-процессуальным кодексом России установлены определенные нормативы явки присяжных заседателей. В начале текущего месяца Верховным судом были приглашены 150 присяжных заседателей, но явилось всего 9 человек. Минимальная норма 20 человек. Буквально на следующий день были разосланы еще 200 приглашений судебным заседателям, но вновь явились только 13, то есть чуть более 20 человек, в силу чего процесс не может состояться. Не из кого выбирать.

— Интересное дело, — не смог я удержаться от реплики. — А в каком порядке вообще формируются присяжные заседатели? И главное — кем?

— Обязанность формирования списков присяжных заседателей закон возлагает на муниципалитеты, то есть на руководителей районов и городов субъектов Российской Федерации. Это один из главных показателей демократического состояния общества, качества правовой культуры и сознания. Судя по тому, насколько тяжело удается комплектовать для судебного процесса необходимое количество и качество присяжных заседателей, можно говорить о ментальности народа, об отношении людей к гражданскому долгу и в целом о господствующих среди людей ценностях, об их духовном содержании, если хотите.

В целом я как судья Верховного суда республики должен заявить о том, что исполнение присяжными заседателями своего гражданского долга становится весьма существенной проблемой. Откладывание судебных процессов очень негативно сказывается и на потерпевших, приезжающих в столицу республики из районов и городов Дагестана, и на обвиняемых. Помимо этого, данный правовой нигилизм влечет за собой ряд других правовых проблем, которые неизбежно отражаются на общественном развитии республики… Прописная истина в том, что социально-экономическое развитие немыслимо без качества правовой культуры, а она прививается, как все мы хорошо знаем со школьной или университетской скамьи, путем развития гуманитарных сфер науки, искусства и культуры в целом.

— Вы считаете, что в Дагестане плохо развиты гуманитарная наука, искусство и культура в целом?

— без всякого подвоха спросил я судью напрямик, ибо я сам именно так и считаю.
— Я считаю только то, что изложил выше. Дело в том, что собранные муниципальными образованиями списки присяжных заседателей утверждает Президент Дагестана, который неоднократно критиковал нерадивых чиновников за халатное отношение к служебным обязанностям. А в нашем случае дело обстоит следующим образом. Например, умирает кто-то из присяжных заседателей или выезжает на постоянное место жительства за пределы Дагестана, муниципалитеты не утруждают себя своевременным корректированием списка или сообщением о том, что данный житель района или города не может больше участвовать в слушании уголовных дел по таким-то уважительным причинам. В общем, правовой нигилизм напрямую сказывается на качестве работы судебной системы в республике.

— Благодарю вас за исчерпывающие разъяснения. Надеюсь, в третий раз все же состоится суд над обвиняемыми в убийстве пожилой женщины, и я обязательно напишу об этом репортаж.

Затем я встретился с пресс-секретарем Верховного суда, нашим постоянным автором Германом Костровым, некогда являвшимся судьей ВС РД.
На вопрос о состоянии правовой культуры среди дагестанцев Герман Константинович усмехнулся:

— Да, конечно, мы, дагестанцы, если судить в целом, за последние годы весьма существенно продвинулись в этом направлении, но все же правовая культура оставляет желать много лучшего.

— А скажите, пожалуйста, каково общее количество присяжных заседателей в нашей республике?

— Право же, я затрудняюсь вот так сразу по памяти назвать точную цифру, но совершенно точно, что их более 5000 человек. И что меня особенно печалит, так это то, что присяжные заседатели, точнее, некоторые из них, как бы выбирают уголовные дела, на какие прийти, а какие попросту проигнорировать. Это очень существенная проблема. И затраты на этот очень демократический институт весьма большие. Во-первых, присяжные заседатели, как и судьи, имеют возрастной ценз от 25 до 70 лет; во-вторых, любого гражданина не примешь в список присяжных заседателей. Присяжными заседателями могут быть люди добропорядочные, с определенным жизненным опытом и без юридического образования, чтобы максимизировать объективное решение при принятии вердикта. В-третьих, они довольно-таки дорого обходятся налогоплательщику. Представьте себе — разослать 300 писем. Если даже посчитать по 5 рублей конверт, это уже полторы тысячи рублей. Плюс деньги на зарплату тем, кто непосредственно составляет письма и рассылает их по адресам. И самое главное, оплата рабочего дня присяжного заседателя.

— Но для чего тогда вводили институт присяжных?

— Приоритет этого института как общественно-юридического механизма заключается в том, чтобы развивать правовое гражданское общество, что собственно и является демократическим устройством государства. А Россия, как это признают даже наши западные оппоненты, — государство исключительно демократическое. Так что нам, дагестанцам, надо думать сейчас о том, как победить правовой нигилизм, а не ностальгировать по прошлому.

— Ну и как же, по-вашему, можно победить правовой нигилизм?

— Методик огромное множество, но я как пресс-секретарь ВС РД не уполномочен комментировать их. Если хотите, потом мы поговорим на эту архиважную тему. Может быть, напишете очерк…

На том и договорились.