Непревзойдённый мастер-ювелир

Базарган родился в этом ауле сто лет назад, в 1926 году. Однажды учитель по труду стал расспрашивать учеников, кто кем желает стать во взрослой жизни.

– А ты, Базарган, кем хочешь быть? – спросил учитель, внимательно глядя ему в глаза.

Мальчик быстро встал с места и так же быстро сказал:

– Не знаю – кем. Но знаю точно, что буду выполнять очень нужную и достойную работу.

Все в классе заулыбались.

В 1941 году грянула Великая Отечественная война, и многие мужчины Гоцатля были мобилизованы на фронт. А те, кто по каким-то причинам не подлежали мобилизации, записывались добровольцами. Базарган решил, что и он тоже должен быть на фронте.

Подросток пошел пешком в Хунзах, это почти 25 километров. Однако в военкомате отказались принимать у него заявление.

– Ты сколько классов окончил? – спросил военком.

– Семь, – ответил Базарган.

Тот усмехнулся.

– На фронт тебе еще рано, а вот бондарный завод в Махачкале нуждается в рабочих руках. Поэтому направим тебя туда. Жить будешь в общежитии. И это не просьба, а приказ. Сейчас военное время.

Так он стал бондарем.

После окончания войны продолжил работать бондарем уже в родном ауле на фруктовом заводе. А потом некоторое время работал столяром в Хунзахе.

Поворотным моментом в жизни Гимбатова стало знакомство с будущим известным ювелиром Магомедом Джамалудиновым. Они были почти ровесники.

– Чем занимаешься? – спросил его Магомед.

– Работаю столяром, – ответил Базарган.

– И всё?

– Еще являюсь участником художественного коллектива.

– А ювелиром стать не желаешь?

У Базаргана загорелись глаза:

– Конечно, хочу!

– Это хорошо, – кивнул Магомед. – Если желаешь, то приходи работать к нам в артель народных промыслов. Научу тебя всему, что умею сам.

Так в 1957 г. он стал работать ювелиром в артели народных промыслов. Поначалу учеником, позднее стал мастером.

Спустя несколько лет во владении рисунком равных ему не было. Обычно гоцатлинские умельцы говорят, что если с восьмилетнего возраста мальчик не берет в руки штихель, то хорошим мастером по изготовлению изделий из серебра и золота он не станет.

Но Гимбатов своими достижениями доказал, что это не совсем так. Ведь работать ювелиром он стал, когда ему стукнуло уже 30 лет.

Джамалудинов не переставал восхищаться своим бывшим учеником. На комбинате Базарган прошел путь от рядового художника до директора, внес значительный вклад в развитие ювелирного искусства. Впервые ввел в медно-чеканные изделия растительные и зооморфные элементы орнамента, разработал новые композиции.

Более того, выработал собственный орнаментальный язык, где весьма гармонично переплелись старинный аварский растительный узор, универсальные элементы резьбы по камню, стилизованные мотивы, заимствованные из хохломской росписи и узоров на персидских тканях. Он стал основоположником уникального стиля, который искусствоведы называют «орнаментом Гимбатова» или «узором Базаргана».

Среди значительных работ мастера особо можно выделить такие, как серебряный сервиз «Таус» (это образ сказочной птицы, он увидел ее в детстве в работах своего деда – камнереза), «Кувшин-кумган» с филигранным орнаментом в центральном медальоне, серебряная ваза «Гоцатль».

Над этой вазой умелец работал десять лет. Завершил ее незадолго до смерти. Ваза выполнена в очень сложной технике, сочетающей ручную выколотку, глубокую гравировку, чернь, чеканку и накладную филигрань. За эту работу Базарган Гимбатов был удостоен Государственной премии России им. Репина. Надо отметить, что его работы в разное время экспонировались на всесоюзных и зарубежных выставках.

Сегодня произведения мастера хранятся в коллекциях ведущих музеев России и в частных собраниях за границей.

(Подготовлено по материалам из открытых источников)