Идеи радикального направления в исламе несут угрозу свободе совести

Ваххабизм — это один из «фрагментов» современного ислама, возникший в XVIII веке на Аравийском полуострове. Ваххабизм легко определить по вероучительным, обрядовым и нормативным отличительным признакам. Ваххабизм, начиная с XVIII века, постоянно развивался, и тема его эволюции остается малоизученной. Некоторые исследователи говорят о современном варианте ваххабизма — «неоваххабизме», иные — об «усамизме» — по имени выдающегося ваххабита рубежа XX и XXI веков Усамы бен Ладена. Констатация эволюции и неоднородности ваххабизма проникает и в политический дискурс. «Ваххабизм, причем в его изначальном виде, — это нормальное течение в исламе, ничего здесь страшного нет, — заявил Владимир Путин в интервью газете Monde 31 мая 2008 года. — Но есть экстремистские течения в рамках самого ваххабизма. Вот именно эти направления пытались внедрить в сознание чеченского народа».

С 70-х годов XX века распространение ваххабизма во всем мире стало важной составляющей внешнеполитической стратегии Саудовской Аравии, в которой ваххабизм является официальной и обязательной для подданных королевства государственной идеологией. Не менее 6 тыс. аравийских благотворительных фондов распространяли в разных странах мира, в том числе и в России, ваххабитскую литературу и направляли к местным мусульманам проповедников ваххабизма. Распространялась ваххабитская литература и через российских паломников, побывавших в Саудовской Аравии во время хаджа. В одной из таких брошюр, изданных на русском языке, рекомендовалось… убивать мусульман, не посещающих пятничной молитвы. Для распространения ваххабизма активно использовался и продолжает использоваться интернет.

Не менее полутора тысяч российских граждан прошли обучение в саудовских исламских университетах. Ваххабитское «кредо» было обязательным для изучения в лагерях моджахедов (воинов «джихада») и «Аль-Каиды» на территории Афганистана и самопровозглашенной «Чеченской Республики Ичкерия». Недавно второй человек в «Аль-Каиде» Айман аз-Завахири дал высокую оценку бывшему члену Совета великих улемов Саудовской Аравии Абу-Умару ас-Сайфу, ликвидированному российскими правоохранительными органами в конце 2005 года. Тот, являясь «муфтием моджахедов Кавказа», создал на территории Чечни институт и фонд «Аль-Худа», который занимался ваххабитской пропагандой, издавал несколько газет, создал радио, начал создавать всекавказское телевидение, возглавил «Верховный шариатский суд» в Ичкерии.

В ходе распространения ваххабизма в России резко проявились различия между исторически сформировавшимися местными «фрагментами» ислама, которые стали называться «традиционным (подразумевается, традиционным для России) исламом», и самим ваххабизмом. С одной стороны, это спровоцировало конфликт между ними. С другой стороны, ваххабизм стал «разъедать» «традиционный ислам»: начался процесс перехода в ваххабизм «традиционных мусульман», проникновения ваххабитского вероучения, политической доктрины, лозунгов, обрядов в среду мусульман, особенно молодежи.

В ходе дискуссий о ваххабизме (или его отсутствии) в России некоторые участники ставят вопрос о том, что те люди, которых называют ваххабитами, таковыми не являются, ибо не знакомы с ваххабитской идеологией (вероучением) во всей ее полноте. После беседы с террористами, захватившими заложников в театре на Дубровке в октябре 2002 года, Евгени Примаков сказал: «Я слышал, что там ваххабиты, а они не знают, что такое ваххабизм». Можно только удивляться, как академик Примаков за четверть часа успел и о судьбе заложников поговорить с террористами, и учинить им экзамен на знание ваххабизма! Но, по-видимому, ваххабизм воспринимается российскими гражданами, воспитанными в иных религиозных или нерелигиозных традициях, лишь фрагментарно. Кого-то привлекает максималистское единобожие ваххабитов. Иных — провозглашаемая простота и чистота нравов в условиях морального разложения окружающего общества. Немало мусульман, живущих в стесненных материальных условиях, обращают внимание на простоту и дешевизну обрядов в ваххабитских организациях. Для других солидарность ваххабитских джамаатов является альтернативой местничеству, кумовству и коррупции.

С позиций свободы совести все «фрагменты» ислама, в том числе и ваххабизм, равноценны и имеют в светском демократическом государстве, каковым является РФ, неоспоримое право на существование без каких бы то ни было ограничений наряду с другими религиями и нерелигиозными идеологиями. С одной оговоркой — если их идеи (идеология) и деятельность не представляют угрозы для общественной безопасности и прав человека.

Ваххабизм, в свою очередь, характеризуется «программным» неприятием свободы совести. В его идеологии заложена религиозная нетерпимость, проповедь религиозной розни, призыв к насильственному искоренению всех неваххабитских систем и идей. В этом — сущностное отличие ваххабизма от других «фрагментов» ислама, в частности, от распространенных в России шафиитского и ханафитского мазхабов.

Ваххабизм провозглашает неполноценность граждан по признаку их отношения к религии: христиане, поклоняющиеся иконам, по утверждению ваххабитских улемов (религиозных ученых), «относятся к числу наихудших созданий перед Аллахом». В отношении немусульман («носителей других верований, таких как христиане и прочие») провозглашается обязательность дискриминации на религиозной основе. «Мы не должны доверять им даже самые низкие руководящие должности. Перед ними должны быть закрыты двери всех средств массовой информации и связи, дабы они не распространяли свой яд среди мусульман», — пишет Мухаммад Шакир аш-Шариф в книге «Аль-Альманийа (светский образ жизни) и ее отвратительные последствия».

Ваххабизм осуществляет пропаганду исключительности своего учения, сопровождая ее угрозой применения насилия: «Имущество и жизнь человека будут неприкосновенны лишь тогда, когда все указанное выше (произнесение шахады — символа веры: «Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад — Его посланник». — А.И.) будет дополнено полным отвержением всех объектов поклонения, кроме Аллаха. Любое же сомнение или колебание лишает неприкосновенности имущество и жизнь человека». Данная формулировка принадлежит основателю ваххабизма Ибн-Абд-аль-Ваххабу. Она не может считаться «исторически обусловленным» призывом, действенным только для XVIII века. Без малейших изменений как руководство к действию она повторяется современными ваххабитскими улемами в публикациях на русском языке.

Ваххабизм распространяет призывы, направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения. «Необходим Джихад во имя Аллаха. Мы должны объявить войну каждому, кто борется против Аллаха и Его посланника (да благословит его Аллах и приветствует), так, чтобы исчезло всякое язычество (под «язычеством» понимается любая, не обязательно религиозная, неваххабитская система идей и действий. — А.И.) и вся религия принадлежала бы Аллаху», — пишет Мухаммад Шакир аш-Шариф. По мнению ваххабитских улемов, должно караться смертью вероотступничество — переход из ислама в другую религию. «Убейте того, кто поменяет свою религию», — говорится в одной из ваххабитских книг.

Особое, можно сказать, ключевое место в идеологии ваххабизма занимает категория или принцип, называемый «такфир». Такфир — объявление мусульманина, представляющего другой «фрагмент» ислама, кафиром, то есть «неверным». Некто (чаще всего это ваххабитский улем) заявляет о каком-то мусульманине или группе мусульман, что они «неверные», то есть немусульмане. На неарабские языки такфир нередко переводят как «отлучение» (excommunication) или «анафема».

Но такфир отличается от отлучения и анафемы тем, что непокаявшийся «вероотступник» должен быть убит. Такфир распространяется и на тех мусульман, которые от ислама не отступили ни словом, ни делом, ни сомнением, ни колебанием, но не присоединяются к ваххабитскому такфиру. «Тот, кто не считает кафира кафиром или не обвиняет кафира в куфре (неверии), сам становится кафиром», — эти слова Абу Мухаммада Аль-Макдиси приводит интернет-сайт «Кавказ-Центр».

Есть в ваххабизме еще более изощренное, религиозно-политическое обоснование насилия в отношении мусульман. «Язычеством» (ширк), «вероотступничеством» (ридда) или «неверием» (куфр) провозглашается любое участие в деятельности «тирании» («тагута» — так ваххабиты называют государство и любую систему власти, которую они не контролируют), например, участие в выборах или получение пособий по многодетности. Делается это на том основании, что человек либо признает над собой чью-то власть, кроме Аллаха, либо надеется на помощь кого-то, кроме Аллаха. А за «вероотступничество» в ваххабизме полагается смерть. Речь идет не только о переходе из ислама в иную религию, но и о следовании, пусть одноразовом, в виде участия в голосовании или присутствия на партийном собрании, в каких-то неисламских процедурах или обрядах, так как это участие расценивается ваххабитами как перемена религии, ибо демократия (как и либерализм, коммунизм и проч.) трактуется ими как религия (дин).

Такфир предполагает обязательное действие — джихад, то есть насилие, вплоть до убийства тех, кто квалифицирован как «вероотступник» («муртад» в ваххабитских материалах на русском языке) или «кафир» («неверный»); обязанностью мусульман, по утверждению ваххабитских богословов, является «джихад против кафиров». «Сражение против муртаддов и их предводителей является самым обязательным среди всех обязанностей», — заявляет Абу Мухаммад Аль-Макдиси.

Ваххабиты последовательно претворяют в жизнь все эти положения. Так, арабские и чеченские ваххабиты, окопавшиеся под сенью самопровозглашенной «Чеченской Республики Ичкерия», уничтожали или пытались уничтожать тех, кого они квалифицировали как вероотступников. Например, «Верховный шариатский суд» под руководством саудовского ваххабитского улема ас-Сайфа вынес смертный приговор главе Центрального духовного управления мусульман России Талгату Таджуддину и председателю Совета муфтиев России Равилю Гайнутдину, которые были объявлены «вероотступниками».

Приведенные идеи абсолютно ясны по своему содержанию, смыслу и имеют цель мотивировать читателя (предполагается: мусульманина) на ограничение свободы совести мусульман и немусульман — вплоть до самых крайних форм физического насилия. Подобные призывы подпадают под статьи Уголовного кодекса Российской Федерации (например, под ст. 282) и статьи Закона «О противодействии экстремистской деятельности».

Есть еще один, обычно остающийся незаметным аспект проблемы. Распространение в России ваххабизма с его проповедью религиозной нетерпимости, религиозно мотивированного терроризма, джихада — все это привело к росту исламофобии и ксенофобии, обращенных против российских граждан — «этнических мусульман». Какая реакция может возникать у православного, иудея, неверующего при чтении антихристианских, антииудейских, антилиберальных, антикоммунистических пассажей в ваххабитских произведениях, например, таких: «Джихад означает борьбу за то, чтобы слово Аллаха было превыше всего, чтобы на земле была только одна власть — власть ислама».

Исламофобия — это боязнь ислама. И именно страх перед мусульманами, страх перед исламом стал характерен для некоторой части российского общества, хотя в который раз повторим: если уж чего-то страшиться, то самого ваххабизма.

В течение всего периода распространения ваххабизма в России мусульмане оказывали ему активное сопротивление. Ваххабизм два раза запрещали в Чечне (в 1997 и 2001 годы) и по одному разу в Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии. В Дагестане был принят Закон «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» (1999 год). В разных регионах России Духовные управления мусульман стали публиковать списки литературы, не рекомендуемой к прочтению мусульманами, куда входили ваххабитские книги и брошюры с вполне «исламскими» названиями вроде «Основы исламского вероучения».

Федеральные органы власти России поддерживают инициативы гражданского общества. Министерство юстиции РФ публикует федеральный список экстремистских материалов, в котором немалое количество позиций занимают ваххабитские сочинения. Все эти действия нужно рассматривать как направленные на защиту прав и свобод российских граждан от идеологии и практики маргинальных групп, покушающихся на эти права, в частности на свободу совести. В ходе этой борьбы образовалась четко не сформулированная дилемма: противостоять ваххабизму, этой чужой идеологии, содержащей в себе подстрекательство к силовому ограничению прав и свобод, или же противостоять «ваххабитам», российским гражданам, которые обладают неотъемлемым правом на свободу совести, например, правом верить в идеи, с которыми в XVIII веке выступил аравийский религиозный реформатор Мухаммад Ибн-Абд-аль-Ваххаб? Запретительные меры демонстрируют, что российское государство и гражданское общество в России предпочитают бороться против ваххабизма, а не ваххабитов.

Запретительная деятельность в отношении ваххабизма сочетается с поощрением «традиционного ислама»: развитием исламской инфраструктуры (строительство мечетей, обустройство мусульманских кладбищ, создание сети средних и высших религиозных учебных заведений с выдачей дипломов государственного образца и т.п.), организацией и частичным финансированием паломничества (хаджа) в Мекку, публикацией исламской литературы распространенных в России направлений ислама — ханафитского и шафиитского.

И в богатой палитре российских «фрагментов» ислама есть группы «единобожников» (араб. «муваххидун»), которых называют ваххабитами. Вполне вероятно, что когда-то и их станут называть традиционными мусульманами…

Источник — НГ-Религии, 01.10.2008