Мастер театральной иллюзии

В бутафорской – идеальный порядок, и, как признается девушка, это временное явление. Сейчас она занимается оформлением фотозоны.

По замыслу директора учреждения Магомедрасула Магомедрасулова, в Аварском театре будет организована эксклюзивная фотозона в этническом стиле. Работу над ней бутафор практически завершила, остались мелочи. Казалось бы, обычные фанера и рейки, обклеенные тканью, заделанные камнями из пенопласта… А выглядит экспозиция вполне реалистично.

На мой вопрос, как ей удается создавать такие живые картины, Наида отвечает, что главное в ее работе — иметь художественное чутье и желание трудиться.

По воле судьбы

– Я отливала модели из гипса, лепила объемные бутафорские изделия, фактурировала деревья, изготавливала цветы из шелка и бархата, но то, что эта деятельность называется бутафорской, я узнала уже в самом театре, – говорит Наида.

Завершив учебу в гимназии №3 г. Оренбурга, девушка поступила в 2001 году там же в лицей №18 (ныне Институт индустрии моды).

– Мне предложили перейти на третий курс в Московский институт, но судьба распорядилась иначе: семья переехала в Дагестан, и здесь я нашла своего спутника жизни – актера Аварского театра Хайбулу Хасаева.

Поначалу я работала в своем ателье, затем приняла приглашение театра и вот уже 8 лет работаю здесь бутафором. Моя коллега Изахат Магомедовна, работавшая в театре со дня его открытия, до выхода на пенсию обучила меня тонкостям профессии, дала ценные советы, за что я ей очень благодарна.

Из детства с любовью

Все девочки в детстве играли в куклы. Наида, как и большинство девчонок, шила для своих кукол одежду, сооружала для них дома, обустраивала их быт, словом, создавала идеальный мир кукол. С возрастом эта любовь только усилилась.

– Каждое лето я привозила с собой куклы в Дагестан, куда мы приезжали проведать бабушек и дедушек. Хотя и родилась я в Оренбурге, душой всегда была в Дагестане. Мне нравятся наша национальная культура, обычаи и традиции, – говорит девушка.

Удержать внимание

Бытует мнение, что моноспектакли без декораций заменят классический театр, однако бутафор в это не верит.

– Удерживать внимание способен только актер высшего пилотажа, а их в мире не так уж много. Декорации помогают восприятию полноценной картины, бутафория – это не просто предметы, они помогают погрузиться в эпоху, когда разворачивались действия, отражают художественный стиль и атмосферу определенной постановки, позволяют ощутить, так сказать, «вкус времени», – объясняет Хасаева.

Национальный колорит

Когда зайдете в фойе Аварского театра, обязательно оглянитесь вокруг, вы увидите на стенах тарелки (на снимке внизу). Нет, не фарфоровые, они из папье-маше, но не каждый заметит это. Директор театра хотел украсить фойе с национальным колоритом. Предложенные бутафором эскизы ему понравились, и вот эти произведения украшают театр.

– Театральную бутафорию изготавливают чаще из папье-маше, картона, металла, дерева, поролона, мастики и других материалов, имитирующих бронзу, золото, серебро, ценные породы древесины, фарфор, хрусталь, стекло. Процесс создания таких тарелок – трудоемкая, кропотливая работа, — говорит Наида. – Люблю также создавать бутафорию под старину. Незамысловатые узоры, интересные формы и фактура будут приковывать внимание. А современные элементы – однотипные. До создания какого-либо элемента я изу­чаю историю, читаю книги по своей специализации. Большей частью в Интернете, потому что поход в библиотеку занимает немало времени. Смотрят многие, но видят не все, хотя вокруг нас столько прекрасного. Мы черпаем идеи из самой жизни.

Театр без бутафории – не театр

Декорации должны быть простыми в монтаже, легко перемещаемыми и мобильными, но в то же время устойчивыми к износу. Нередко Наида ищет замену материалу, оказавшемуся неустойчивым. С каждым годом появляются новые методики, упрощающие работу на всех уровнях.Тяжело представить Аварский театр без национальной кухни. Овощи, фрукты, курзешки и любимый аварский хинкал, изготовленные из бумаги, настолько настоящие, что хочется откусить кусочек. Деревянное оружие валит врагов наповал, а рыцарские доспехи из картона служат на­дежной защитой.

Идеи поддерживаются

По словам Наиды, ее идеи воплощаются в реальность благодаря пониманию со стороны руководства и поддержке коллектива.

– Цель каждого из нас – довольство зрителя. К примеру, на постановку к Новому году передо мной стояла задача соорудить бутафорские шапки. Но по композиции всей картины, на мой взгляд, выгоднее смотрелась сшитая шапка. Главный художник Вера Михайловна Агошкина одобрила эскизы, и зритель оценил задумку. Как правило, главный художник при подготовке нового спектакля приносит нам свои пожелания, мысли, эскизы и чертежи, на основании которых мы строим свою работу. Мы заказываем и закупаем необходимые материалы и приступаем непосредственно к созданию предметов. Мне в принципе интересно работать со всеми спектаклями, но больше всего с детскими, – делится бутафор.

Несомненным плюсом в работе бутафора можно назвать оригинальность: ни одна работа не повторяется, и не знаешь, какой в итоге она получится.

От месяца до двух

Размер сцены, количество задействованных в спектакле артистов, сложность декораций определяют время подготовки реквизита, оно варьируется от месяца до двух. Все детали обговариваются на художественном совете. Но мало создать цех, бутафоры следят за сохранностью и состоянием предметов. Ведь на репетициях и даже во время спектакля могут что-то из реквизита или мебели сломать или порвать.

Так, в детском спектакле «Кот в сапогах» приходится регулярно реставрировать шляпы. В спектакле «Как похищают красавиц» часто ломается чемодан, так как в сценарии жена выгоняет мужа из дома и выкидывает предмет через окно. При реставрации изделия меняют внешний вид. Иногда это помогает, если нужно создать эффект старины, где деталь должна быть с отломанным кусочком или треснувшей. Есть среди декораций и хрупкие. В спектакле «Навруз» на кувшинах и вазах отделка из камней, но их по-другому и не создашь, об этом актерский состав предупреждают заранее.

– Бывает, что настроение портится из-за испорченного реквизита. Но чаще отношусь спокойно, понимая, что это было сделано не­специально. До премьерного показа спектакль демонстрируют коллективу театра, мы вносим дополнительные коррективы. Разумеется, мы задерживаемся, но успех спектакля – импульс для новых идей. Понимаешь, что труд был не напрасным, – резюмирует Наида Хасаева.