Сетевое издание «Дагестанская правда»

22:00 | 09 мая, Вс

Махачкала

Weather Icon

Сраждин Батыров. Сын степи

Газета «Горцы»
A- A+

«Вы слышали песню домбры, вы слышали, о чем она поет? Вы только прислушайтесь – и услышите звуки степи, ржание и храп коней, почувствуете запах земли, песка, запах весны и трав. Как велика любовь к родине и народу! О мой жалкий и бедный народ! Скажи мне, где твое настоящее, где твоя красота, где твое прошлое, скажи мне… О народ мой, зачем ты забыл душу домбры, почему ты ее не слышишь? Ведь пройдет год, пройдет два, пройдет пять, и не станет на земле песни домбры, песни души. Что же мне сделать, как остановить время, чем мне помочь? Подскажи, какую принести жертву, я на все пойду!».

Эти слова из дневника юного Сраждина Батырова раскрывают не только поэтичную тонкую душу первого профессионального ногайского художника, но и определяют главный вектор всей его будущей деятельности. C его именем связана не одна страница в истории культуры ногайского народа. Универсальный талант, благородная душа, драматическая судьба…
Основоположник изобразительного искусства ногайцев Сраждин Батыров родился 70 лет назад, 4 апреля 1951 года в ногайском селении Выше-Таловка Кизлярского района. Ему было суждено прожить короткую, но наполненную высоким смыслом и самоотверженным творческим трудом жизнь. Сложно обозначить главное направление его деятельности: художник, этнограф, фольклорист, прикладник, педагог, хореограф, музыкант, танцор, сценограф, дизайнер, поэт, прозаик, книжный график – этот список можно продолжить. Многое начиная с нуля, в одиночку, не имея практически никакой материальной и моральной поддержки, он заложил основы таких новых для ногайцев видов искусства, как живопись, сценография, хореография, реконструкция традиционного и дизайн сценического костюма.
О каждом направлении деятельности Сраждина Батырова можно и нужно говорить отдельно, и серьезное изучение его творческого наследия только начинается. Скоропостижный уход Сраждина в 41 год оборвал многие его начинания. При жизни Сраждина не было ни одной его персональной выставки. У него была договоренность с руководством Государственного музея этнографии народов СССР (г. Ленинград) о проведении его выставки, в экспозицию которой вошли бы произведения декоративно-прикладного искусства ногайцев. Затем эта выставка должна была демонстрироваться в Дагестанском музее изобразительных искусств. Осуществить этот проект художник не успел. Он многого не успел. Но того, что Батыров успел совершить за свою короткую жизнь, хватило бы на несколько полноценных жизней. Мы знаем о нем до обидного мало, а ведь значение Батырова огромно не только для ногайцев, но и в контексте всей дагестанской культуры.
Этнографический музей «Дагестанский аул» при администрации Ногайского района к 70-летию выдающегося художника и просветителя подготовил ретроспективную выставку «Сраждин Батыров. Сын степи». Участники проекта — ДМИИ им. П. С. Гамзатовой, Ногайский филиал Национального музея им. А. Тахо-Годи, детская школа искусств им. С. Батырова из Терекли-Мектеба, Фонд возрождения ногайской культуры, Союз художников Дагестана. Впервые художественное наследие С. Батырова предстало в таком объеме и полноте, отражая все этапы и направления его многогранного творчества: от ранних этнографических зарисовок дорогого его душе ногайского мира до картин середины 80-х, наполненных глубокими раздумьями о судьбах своего народа, от экспрессивных, исполненных боли полотен, посвященных трагической гибели великой ногайской поэтессы Кадрии, до экспериментальных поисков художественного языка, адекватно передающего новое эстетическое сознание последних лет.
Творчество Батырова, несмотря на его многогранность, обладает удивительной цельностью как за счет единой темы жизни родного народа, его истории и культуры, так и благодаря практически не меняющемуся на протяжении всего творческого пути живописному стилю. Но главное – пронзительный, глубоко эмоциональный нерв всего его творчества, питаемый неиссякаемой любовью автора к родной земле и своему народу и передающий его картинам неповторимую одухотворенность и особую чувственность.
Действительно, вся деятельность Батырова была пронизана единой целью – пробуждение самосознания своего народа через возрождение некогда богатейшей кочевой культуры ногайцев, точнее, ее осколков, того, что уцелело в потоке времени. Батыров, безусловно, осознавал свою высокую миссию, но не как избранничество Высшим миром, а как нравственный долг перед историей и своим народом. Его дневник, который он начал вести еще в школьные годы, раскрывает перед нами глубокий внутренний мир будущего художника, удивительно поэтическое восприятие мира, напряженные духовные поиски своего места в природе, страстную любовь к своему народу: «Стану ли говорить о безграничной любви к народу, фольклору, этнографии и прикладному искусству моего малого народа. Как много еще не изучено, сколько еще не изведано, куда ведет моя тропа, пройдет ли она через все уступы, скалы, заросли, в которых запрятано бесценное прошлое моего народа?», – писал Батыров в дневнике еще в 1974 году.
Однажды на вопрос о том, не бывает ли у него желания написать картину из жизни какого-нибудь другого дагестанского народа, Батыров с жаром ответил: «Бывает, да еще какое! Когда я бываю в горах, всегда думаю: какой же здесь клад зарыт под ногами, куда смотрят наши художники? Но вовремя останавливаю себя: нет, Сраждин, тебя ждет твоя степь». И он спешил домой, в эту выжженную беспощадным солнцем, пропитанную запахами полыни и чабреца степь, чтобы бесконечно воспевать ее на своих полотнах.
Да, живопись – особая область его творчества. Художественное наследие Батырова насчитывает более 200 живописных станковых и графических работ, этюдов и эскизов, тематика которых всегда связана с родным краем: ногайская степь, ногайский аул, интерьер ногайского дома, обыденные сцены неторопливой сельской жизни, ногайские и только ногайские лица… На его полотнах мы видим, как женщины валяют войлок, пекут хлеб, работают в поле или ведут неторопливую беседу за пиалой ногайского чая, индюшата купаются в пыли, рядом играют дети, старушка греется на солнце, на крыше сушится кукуруза, а мужчины ведут коней на водопой… Удивительно цельный, гармоничный мир… Идеализации нет, атрибуты национального быта не являются самоцелью, не заслоняют главного – изображения жизни народа в его вечном движении из прошлого через настоящее в будущее. И такой поэзией и правдой настоящей жизни веет от этих незамысловатых бытовых сцен, что обыденное вдруг становится высоким, и ты начинаешь понимать глубинные смыслы человеческого бытия, а все ногайское становится твоим родным и близким.


Степь, выжженная палящим солнцем земля, воздух, напоенный степными ароматами, сообщили живописи С. Батырова свою цветовую гамму. Живопись его достаточно монохромна, и картины, выполненные преимущественно в охристо-зеленовато-оливковой гамме, всегда узнаваемы. С любовью тщательно выписывает он травы, диковинные растения, животных, каждую морщинку на мудром лице домбристки Абубекеровой, серебряные украшения на капталах юных девушек… Мир Батырова при всем его драматизме гармоничен. Здесь живет таинственная лесная фея Албаслы, влюбленные летают по поднебесью, мальчишки шлепают босиком по теплым лужам, а девушки в великолепно выписанных национальных костюмах исполняют в степи старинный танец.
Но иногда в этот гармоничный светлый мир врываются драматические ноты, и тогда мы слышим напрасный зов последней верблюдицы ногайской степи, видим одиночество старой женщины, самым близким существом которой стал котенок, ощущаем мучительные фантасмагории, через которые проходит душа художника после трагической гибели Кадрии…
Вот это умение в малом видеть многое, в обыденном – вечное, и любить это все бесконечно, и посвятить свою жизнь служению тому, что так страстно любишь, – удел немногих, но настоящих художников. Такая сконцентрированность уже в юном возрасте на единственной цели – служении своему народу через служение искусству, думается, и помогли Сраждину Батырову так много успеть за свою короткую жизнь.
Всего на выставке «Сраждин Батыров. Сын степи» представлено около 150 произведений художника, включая графику, живопись, акварели, реконструкцию этнографического и эскизы сценического костюма, книжную иллюстрацию. Несомненно, особая ценность настоящей выставки в том, что многие вещи, в частности, замечательные натурные акварели впервые предстанут перед зрителем. И если живопись Батырова отличается добротностью и профессиональным владением реалистическим методом, то именно в рисунках и акварелях наиболее полно предстает его легкий, изящный, свободный дар художника-импровизатора, умеющего несколькими мазками передать портретный образ старика, юной девушки, непосредственного ребенка, сельский уют маленького дворика с пасущимся осликом, глинобитного домика под камышовой крышей – тот уходящий традиционный ногайский мир, который еще застал и успел запечатлеть Сраждин.
Но Сраждин Батыров был не только первым профессиональным художником Ногайстана. Нередко ему приходилось поступаться одним видом творчества ради другого:«Мне трудно совместить танцы с живописью. Я не могу разделять их – и то, и другое мне дорого. Боюсь прожить жизнь напрасно, хочу жить в труде, поиске, в радости от любимого искусства», – писал Батыров в дневнике. Во второй половине 80-х годов он отходит от живописи, но в итоге мы обязаны ему созданием настоящей жемчужины дагестанской хореографии – фольклорно-этнографического ансамбля «Айланай» (в переводе с ногайского «кружись, луна»). Он шел к «Айланаю» долго, всю свою сознательную жизнь. С ранней юности и до конца дней, будучи неутомимым собирателем и исследователем народной культуры, Сраждин Батыров скрупулезно, по крупицам собирал, фиксировал, записывал, зарисовывал обряды и танцы, старинные музыкальные инструменты и народные мелодии (сазы), костюмы и предметы быта, сказки, предания, пословицы – вплоть до колыбельных песен и детских считалок. Это была подготовительная работа по созданию главного детища своей жизни. Для «Айланая» он сам до мельчайших подробностей разрабатывал эскизы костюмов, подбирал ткани, продумывал аксессуары, заказывал их в Москве, отбирал талантливую молодежь, а затем кропотливо обучал ее старинным танцам своего народа. Рассказывают, что на первых выступлениях «Айланая» старики-ногайцы плакали, не веря, что стали свидетелями возрождения почти утраченных танцев своего народа.
Но с созданием костюмов для «Айланая» не закончилась работа Батырова по реконструкции народного костюма. Историческая достоверность и прекрасное знание народной культуры, высокий профессионализм рисовальщика, безупречный вкус и особое, только ему присущее изящество рисунка привлекли внимание многих хореографов как в Дагестане, так и за его пределами. Сраждин создал десятки замечательных эскизов сценических костюмов для ансамблей «Лезгинка», «Песни и танца народов Дагестана», чечено-ингушского «Вайнаха», каракалпакского ансамбля народной песни и танца «Айгулаш», которые востребованы до сих пор.
Всего им создано более 180 эскизов и набросков традиционных и сценических костюмов – мужских и женских, детских, сословных, повседневных и праздничных, а также головных уборов, обуви, аксессуаров, большая часть которых представлена на выставке. Батырова интересовало абсолютно все, что касалось материальной и духовной культуры своего народа, и поэтому среди эскизов, отражающих, казалось бы, только традиционный костюм, встречаются листы с изображением предметов быта ногайцев, декоративно-прикладного искусства, жилища, в том числе, свадебная кибитка и юрта, переметные сумки, перевязь для верблюда, наседельник для коня и многое другое.
Историко-этнографическая и художественная значимость эскизов Батырова огромна и с каждым годом становится все более ценной. Свои знания в области народной культуры в целом и традиционного костюма в частности Сраждин постоянно использовал в своих станковых живописных произведениях – портретах, исторических и бытовых сценах, фольклорных образах.
Сраждин Батыров был удивительно обаятельным человеком, открытым в общении, интересным собеседником, обладал великолепным чувством юмора, легко становился душой любого общества. Каждый человек, познакомившись с ним, дальше по жизни уже шел со Сраждином в сердце. Он никогда не перекладывал груз своих проблем на другого человека, но всегда был готов сам прийти на помощь.
Сраждин Батыров ушел от нас двадцать девять лет назад – ушёл неожиданно, никого не обременяя, ушел в расцвете жизненных и творческих сил, оставив навсегда пример беззаветного служения своему народу. И память о великом сыне ногайского народа не растворилась во времени и пространстве. Имя Сраждина помнят по всей ногайской степи, в каждом ауле, в каждой юрте…

 

Следите за нашими новостями в Facebook, Instagram, Vkontakte, Odnoklassniki

Статьи из рубрики «Газета «Горцы»»